EMOTIONAL EXHAUST AS A FACTOR OF THE ORIGIN AND DEVELOPMENT OF NEUROTIC CONDITIONS OF MEDICAL WORKERS

Abstract


The purpose of the study is to determine the specifics of neurotization of medical workers with emotional exhaust. Out of 6,830 medical workers surveyed, 1,012 were selected with severe emotional exhaust in order to further determine their specificity of neurotization. Used: Maslach Burnout Inventory questionnaire (MBI), modification of Maslach Burnout Inventory questionnaire (mod MBI), burnout questionnaire (BQ), neurotic level diagnosis technique (NLDT), clinical questionnaire for identifying and evaluating neurotic conditions (CQIENC), symptomatic questionnaire (SQ). Mathematical and statistical processing included descriptive statistics, C. Pearson's correlation criterion, and Cheddock's table for determining the tightness (strength) of correlation (weak - <0.3, moderate - 0.3-0.5, noticeable - 0.5-0.7, high - 0.7-0.9, very high - >0.9).Medical professionals with a higher than average level with a tendency to a high level of emotional exhaust (51.64) and emotional burnout (270.14) are dominated by stress (109.17), experience of traumatic circumstances (28.65), dissatisfaction with oneself (26.05), driving into a cell (29.10), anxiety and depression (25.37), which determine above the average level of anxiety ( 4.35, high connection 0.80), asthenia (4.20, high connection 0.74), anxiety, tension (51.57, high connection 0.76), neurotic disorders (40.28, high 0.74), hypochondriacal disorders (29.04, high connection 0.74), psychasthenic disorders (37.53, 0.76 high connection). The specifics of neurotization of medical workers with emotional exhaust affects, first of all, the emotional-volitional sphere, which gives grounds to recommend medical workers a systematic diagnosis and prevention of emotional exhaust as a component of professional deformations of medical workers.

Full Text

Введение Переживание медицинскими работниками (МР) наличия у себя профессиональных деформаций (эмоционального и/или физического истощения, психоэмоционального истощения, деперсонализации, личностного отдаления, редукции личных достижений и профессиональной мотивации), вызванных множеством стрессогенных условий профессиональной деятельности [1, 2], может приводить к возникновению: •симптомов профессионального стресса (ухудшение самочувствия, эмоциональные сдвиги, особенности отдельных психических процессов, снижение общей активности, ощущение усталости, соматовегетативные нарушения, нарушения цикла «сон-бодрствование», особенности социального взаимодействия, снижение мотивации к деятельности) [3, 4]; •психосоматизации (боли в различных частях тела или ревматический фактор, давление (интенсивность) жалоб, жалобы на деятельность дыхательной, опорно-двигательной, пищеварительной (желудочные жалобы), сердечно-сосудистой (сердечные жалобы) систем, жалобы на негативные кожные реакции) [5, 6]; •невротизации (тревога, невротическая депрессия, астения, истерический тип реагирования, обсессивно-фобические и вегетативные нарушения, страхи и фобии, депрессивные расстройства, беспокойство и напряжение, нарушения сна, истерические, неврастенические, сексуальные и ипохондрические расстройства, дереализация, навязчивости, трудности в социальных контактах, психастенические и соматические нарушения) [7, 8]. Цель исследования - определить специфику невротизации МР с эмоциональным истощением. Материалы и методы Проведен опрос 6830 МР с целью дальнейшего определения у них специфики невротизации. Эмоциональное истощение у МР выявляли с помощью опросника на выгорание Maslach Burnout Inventory (MBI) [9, 10] и его модификации (mod MBI) [9, 11] в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой с целью установления наличия такой составляющей профессиональных деформаций, как эмоциональное истощение (ЭИ). Кроме того использовали опросник эмоционального выгорания (ОЭВ) [12] в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой с целью установления наличия: 1) напряжения (Н) и его симптомов: •переживания психотравмирующих обстоятельств (ППО); •неудовлетворенности собой (НС); •«загнанности в клетку» (ЗК); •тревоги и депрессии (ТД); 2) резистенции (Р) и ее симптомов: •неадекватного избирательного эмоционального реагирования (НИЭР); •эмоционально-нравственной дезориентации (ЭНД); •расширения сферы экономии эмоций (РСЭЭ); •редукции профессиональных обязанностей (РПО); 3) истощения (И) и его симптомов: •эмоционального дефицита (ЭД); •эмоциональной отстраненности (ЭО); •личностной отстраненности (деперсонализации) (ЛОД); •психосоматических и психовегетативных нарушений (ППН); 4) эмоционального выгорания (∑ЭВ). Определение специфики невротизации МР с эмоциональным истощением проводилось с применением (в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой): 1) методики диагностики уровня невротизации (МДУН) [13] с целью определения уровня личностной невротизации (ЛН); 2) клинического опросника для выявления и оценки невротических состояний (КОВОНС) [14] с целью установления выраженности: •тревоги (ШТ): •невротической депрессии (ШНД): •астении (ША): •истерического типа реагирования (ШИТР): •обсессивно-фобических нарушений (ШОФН): •вегетативных нарушений (ШВН); 3) симптоматического опросника (СО) [15] с целью диагностирования: •страхов, фобий (СФ); •депрессивных расстройств (ДР); •беспокойства, напряжения (БН); •нарушения сна (НС); •истерических расстройств (ИсР); •неврастенических расстройств (НР); •сексуальных расстройств (СР); •дереализации (Д); •навязчивостей (Н); •трудностей в социальных контактах (ТСК); •ипохондрических расстройств (ИпР); •психастенических нарушений (ПН); •соматических нарушений (СН); •невротического синдрома (∑НС). Математико-статистическая обработка включала использование критерия корреляции Пирсона и таблицы Чеддока для определения тесноты (силы) связи корреляции (слабая - <0,3, умеренная - 0,3-0,5, заметная - 0,5-0,7, высокая - 0,7-0,9, весьма высокая - >0,9). Результаты Из числа опрошенных были отобраны 1012 человека с выраженным эмоциональным истощением (табл. 1). У МР выявлен выше среднего уровень с тенденцией к высокому уровню эмоционального истощения (51,27 и 52,01 соответственно, высокий уровень) или эмоционального выгорания (270,14, уровень выше среднего), что характеризуется следующими показателями: ps2020s2.4htm00117.jpg 1. Высоким уровнем выраженности напряжения (109,17) и его симптомов: •переживания психотравмирующих обстоятельств (28,65); •неудовлетворенности собой (26,05); •«загнанности в клетку» (29,10); •тревоги и депрессии (25,37). У МР наблюдаются: •агрессивные проявления при общении с коллегами, пациентами и клиентами; •безысходность при столкновении с трудностями в работе; •беспокойство по поводу предстоящей работы; •восприятие производственной обстановки как сложной; •интеллектуально-эмоциональный затор; •концентрация на своих профессиональных неудачах; •личностная тревожность; •напряжение при решении нескольких профессиональных задач одновременно; •невозможность сопротивляться психотравмирующим обстоятельствам на работе; •негодование при трудностях общения с коллегами, пациентами и клиентами; •недовольство своими производственными успехами; •нервозность, вызванная неудовлетворенностью результатами работы; •неудовлетворенность рабочими межличностными контактами; •отчаяние при невозможности быстро принять решение; •ощущение тупика; •потеря покоя из-за работы; •профессиональный стресс; •психологическая защита, чаще всего в форме дистанцирования; •психологические перегрузки; •раздражение многими условиями работы; •разочарование в себе как специалисте; •ситуативная тревожность; •усиление осознания психотравмирующих факторов профессиональной деятельности; •физические перегрузки; •эмоциональная ригидность; •эмоциональные переживания из-за работы. 2. Выше среднего уровнем выраженности резистенции (87,92) и ее симптомов: •неадекватного избирательного эмоционального реагирования (23,46); •эмоционально-нравственной дезориентации (19,89); •расширения сферы экономии эмоций (23,02); •редукции профессиональных обязанностей (21,55). У МР диагностированы: •вербальная защита в стрессогенных производственных условиях; •влияние негативных мыслей и эмоций на результаты работы; •деление окружающих на хороших и плохих; •желание скинуть с себя часть профессиональных обязанностей; •неадекватная экономия на эмоциях при общении с коллегами, пациентами и клиентами; •невозможность освободиться от отрицательных эмоций и повлиять на свое плохое настроение при межличностных контактах; •нежелание заниматься домашними делами; •неучтивость к собеседникам; •ограничение времени общения с родными людьми и неприятными партнерами; •психологическая защита своей стратегии отношения к коллегам, пациентам и клиентам; •равнодушие к некоторым производственным задачам; •ситуативное бескультурье в рабочих контактах; •ограничение эмоциональной отдачи и руководство личными предпочтениями в производственном общении; •стремление к самооправданию; •усталость от контактов; •уход от общения после работы; •эмоциональная черствость по отношению к трудным пациентам и клиентам; •эмоциональное непринятие происходящего на работе. 3. Средним уровнем с тенденцией к высокому уровню выраженности истощения (73,05) и его симптомов: •эмоционального дефицита (21,85, уровень выше среднего); •эмоциональной отстраненности (17,89, средний уровень); •личностной отстраненности (деперсонализации) (14,03, средний уровень); •психосоматических и психовегетативных нарушений (19,28, уровень выше среднего). У МР выявлены: •выполнение работы автоматически; •желание уединиться; •игнорирование просьб окружающих; •невнимательность к партнерам; •невозможность полной эмоциональной отдачи, требуемой профессиональным долгом; •негативное реагирование на обоснованные претензии окружающих; •нервозность при частых контактах с коллегами, пациентами и клиентами; •ограничение эмоциональной отзывчивости; •осознание, что нервы подводят; •ощущение недомоганий после работы и нехватки признательности от окружающих; •переживания за работу; •повышение артериального давления; •покалывание в области сердца; •потеря живого интереса к происходящему вокруг; •преобладание плохого настроения; •притупление эмоций и чувств; •психологическая защита в форме выставления экрана от чужих страданий; •раздражение даже в обычных ситуациях общения на работе; •разочарование в работе с людьми; •сбои в режиме «сон-бодрствование»; •ситуативные головные боли; •стремление принять успокоительные средства, сторониться людей и сэкономить силы и сберечь здоровье; •усталость от выслушивания проблем на работе; •ухудшение психического и физического самочувствия. У МР с эмоциональным истощением выявлен средний уровень невротизации: личностной невротизации (30,57, уровень выше среднего) или невротического синдрома (340,05, уровень ниже среднего), что характеризуется: 1. Выше среднего уровнем выраженности тревоги (4,35), астении (4,20), беспокойства, напряжения (51,57), неврастенических расстройств (40,28), ипохондрических расстройств (29,04), психастенических нарушений (37,53). МР с эмоциональным истощением свойственны: •апатия; •беспокойные движения рук и ног; •беспомощность; •блуждающие боли; •быстрая беспричинная смена настроения; •внутреннее напряжение; •вспыльчивость; •гнев; •длительные колебания при принятии решений; •желание больше отдыхать; •забывчивость; •замедленность движений; •затрудненность мышления; •злость; •злоупотребление спиртными напитками; •концентрация на телесных функциях; •невнимательность; •невозможность усидеть на месте; •непоседливость; •нервозность в условиях ожидания; •несамостоятельность; •нетерпеливость; •неуверенность в себе; •обидчивость; •ощущение больших усилий при выполнении прежних профессиональных обязанностей; •повышенная утомляемость и чувствительность к громким звукам, яркому свету и резким запахам; •потеря сообразительности; •раздражительность; •ранимость; •рассеянность; •ситуативное беспокойство по мелочам; •скованность и неуверенность в некоторых ситуациях общения; •слабость после пробуждения; •снижение быстроты мышления; •суетливость; •трудности в сдерживании слез и с засыпанием из-за беспричинной тревоги; •тяжелые сны на производственные темы; •усталость даже после длительного сна; •ухудшение концентрации внимания и памяти; •хаотичность движений; •чувство бунта, протеста. 2. Средним уровнем выраженности обсессивно-фобических нарушений (2,98), вегетативных нарушений (3,10), страхов, фобий (43,89), нарушения сна (20,06), навязчивостей (30,51), трудностей в социальных контактах (20,35), соматических нарушений (169,82). Для МР с эмоциональным истощением характерны: •аллергические недомогания; •беспокойные навязчивые воспоминания о работе; •беспричинная тревога; •бессонница; •вздутие живота; •волнения о возможной неудаче при оказании помощи; •головные боли; •головокружение; •длительные колебания при принятии решений; •дрожь в мышцах конечностей; •жжение в пищеводе, изжога; •запоры; •звон в ушах; •зуд кожи или сыпь при переживаниях; •многократная проверка сделанного, выполненного; •навязчивые сомнения в принятых решениях; •нарушение равновесия; •неприятные ощущения в области желудка и сердца; •отсутствие аппетита; •периодические нарушения зрения и слуха; •поверхностность и беспокойность сна; •повышенная потливость; •покалывание и онемение в конечностях; •поносы; •потеря чувствительности кожи; •потребность в одиночестве; •приливы крови к голове; •приступы голода и учащенного сердцебиения; •пульсация крови в сосудах при волнении; •рябь в глазах; •сильное чувство голода в стрессогенных условиях; •ситуативное возвращение навязчивых мыслей о работе; •совершение машинальных действий, например, перекладывание документов, открывание ящиков, потирание рук; •сонливость; •судороги в мышцах; •сухость во рту; •сыпь; •трудности с засыпанием и пробуждением; •уменьшение аппетита; •ухудшение самочувствие при увеличении объемов работы и погодных изменениях; •учащенное мочеиспускание; •учащенное сердцебиение; •частое пробуждение ночью; •чрезмерная жажда; •чувство кома в горле; •чувство одиночества. 3. Ниже среднего уровнем выраженности невротической депрессии (2,43), истерического типа реагирования (2,39), депрессивных расстройств (17,85), истерических расстройств (14,35), сексуальных расстройств (13,25), дереализации (21,37). У МР редко обнаруживаются безразличие, вялость, желание побыть одному, малая интенсивность переживаний, медлительность, неприязнь окружающих, нехватка воздуха, обидчивость, чувство одиночества и сдавливания в груди, ощущение кома в горле, пассивность, пессимизм, печаль, подавленность, потеря веры в свои силы, самообвинение, слезливость, угнетенность, чувство вины, чуждость собственного тела. Математико-статистическая обработка дала возможность установить (табл. 2): 1) высокую связь между эмоциональным истощением, переживанием психотравмирующих обстоятельств, неудовлетворенностью собой, «загнанностью в клетку», тревогой и депрессией, напряжением и личностной невротизацией (0,79), тревогой (0,80), астенией (0,74), беспокойством, напряжением (0,76), неврастеническими расстройствами (0,74), ипохондрическими расстройствами (0,74), психастеническими нарушениями (0,76); 2) заметную связь между неадекватным избирательным эмоциональным реагированием, эмоционально-нравственной дезориентацией, расширением сферы экономии эмоций, редукцией профессиональных обязанностей, резистенцией, эмоциональным дефицитом, психосоматическими и психовегетативными нарушениями, эмоциональным выгоранием и личностной невротизацией (0,61), тревогой (0,61), астенией (0,62), беспокойством, напряжением (0,62), неврастеническими расстройствами (0,60), ипохондрическими расстройствами (0,62), психастеническими нарушениями (0,63); 3) умеренную связь: •между эмоциональной отстраненностью, личностной отстраненностью (деперсонализацией), истощением и личностной невротизацией (0,40), тревогой (0,43), астенией (0,43), беспокойством, напряжением (0,41), неврастеническими расстройствами (0,43), ипохондрическими расстройствами (0,42), психастеническими нарушениями (0,45); •между эмоциональным истощением, переживанием психотравмирующих обстоятельств, неудовлетворенностью собой, загнанностью в клетку, тревогой и депрессией, напряжением и обсессивно-фобическими нарушениями (0,44), вегетативными нарушениями (0,43), страхами, фобиями (0,45), нарушением сна (0,44), навязчивостями (0,42), трудностями в социальных контактах (0,44), соматическими нарушениями (0,45). Обсуждение ps2020s2.4htm00119.jpg Результаты исследования специфики невротизации МР с эмоциональным истощением коррелируют с выявлением особенностей синдрома эмоционального выгорания МР государственных и частных медицинских учреждений [16], нивелированием внешних и внутренних факторов эмоционального истощения и невротизации с целью профилактики асоциальных форм поведения [17], описанием диагностики и профилактики профессиональной деформации и синдрома эмоционального выгорания специалистов амбулаторно-поликлинического звена здравоохранения [18], определением особенностей профилактики и коррекции эмоционального выгорания МР [19], установлением взаимосвязи факторов эмоционального поведения личности и риска возникновения эмоционального выгорания МР [20]. Заключение Таким образом, у МР с выше среднего уровнем с тенденцией к высокому уровню эмоционального истощения и эмоционального выгорания доминируют напряжение, переживание психотравмирующих обстоятельств, неудовлетворенность собой, загнанность в клетку, тревога и депрессия, которые детерминируют выше среднего уровень тревоги, астении, беспокойства, напряжения, неврастенических и ипохондрических расстройств, психастенических нарушений. Следовательно, специфика невротизации МР с эмоциональным истощением затрагивает, прежде всего, эмоционально-волевую сферу, что дает основание рекомендовать МР систематическую диагностику и профилактику эмоционального истощения как составляющей профессиональных деформаций. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов. Исследование не имело финансовой поддержки.

About the authors

T. I. Boncalo

State Budgetary Institution “Research Institute for Healthcare Organization and Medical Management of Moscow Healthcare Department

Email: bonkalotatyanaivanovna@yandex.ru

O. B. Polyakova

Russian State Social University; Open Humanitarian and Economic University


References

  1. Дробышевская Е. В. Профессиональная деформация как компонент профессионализации личности медицинских работников. Научные труды Республиканского института высшей школы. 2018;(18-2):118-25.
  2. Jafar Zade D. A., Senkevich L. V., Polyakova O. B., Basimov M. M., Strelkov V I., Tarasov M. V. Features of professional deformation (burnout) of medical workers depending on working conditions. Prensa Medica Argentina. 2019;105(1):1000334.
  3. Шевчук В. В., Кашкина Н. В., Высотин С. А., Сайфитова А. Т. Синдром хронической усталости и профессиональная деформация врача. Международный студенческий научный вестник. 2018;(5):36-42.
  4. Elshansky S P., Anufriev A. F., Polyakova O B., Semenov D. V. Positive personal qualities and depression. Prensa Medica Argentina. 2018;104(6):1000322.
  5. Голева Н. В. Исследование влияния эмоционального выгорания на развитие психосоматических расстройств у медицинских работников. В сб.: Психологическое здоровье человека: жизненный ресурс и жизненный потенциал: Материалы III международной научно-практической конференции. Красноярск: Версо; 2016. С. 256-62.
  6. Polyakova O. B., Petrova E. A., Mironova O. I., Semenov D. V. Specificity of psychosomatization of psychologist-leaders with professional deformations (burnout). Prensa Medica Argentina. 2019;105(1):1000326.
  7. Ким Е. С., Унжаков В. В., Токмаков К. А. Эмоциональное выгорание как форма профессиональной деформации личности специалистов с медицинским образованием. Здравоохранение Дальнего Востока. 2018;(1):80-5.
  8. Polyakova O. B., Semenov D. V., Anufriev A. F., Blinov A. O., Kovaleva M. A., Pchelinova V. V. et al. Specificity of the Neurotic Syndrome of Employees of Organizations with Professional Deformations. Indian J. Public Health. 2020;11(3):1357-62.
  9. Maslach C., Jackson S. MBI: Maslach Burnout Inventory; research edition. Palo Alto, CA: Consulting Psychologists Press; 1981. P. 13-15.
  10. Ильин Е. П. Мотивация и мотивы. СПб.: Питер; 2000: 512 с.
  11. Практикум по психологии профессиональной деятельности. СПб.: СПбГУ; 2000: 304 с.
  12. Бойко В. В. Энергия эмоций в общении: взгляд на себя и на других. М.: Филинъ; 1996: 472 с.
  13. Методика диагностики уровня невротизации. Режим доступа: http://brunner.kgu.edu.ua/index.php/psy-metodiks/20-2010-07-08-04-48-24/494-vasserman (дата обращения 02.06.2020).
  14. Яхин К. К., Менделевич Д. М. Клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний. В кн.: Клиническая и медицинская психология. М.; 2005: 432 с.
  15. Карвасарский Б. Д. Клиническая психология. СПб.: Питер; 2004: 960 с.
  16. Чернышкова Н. В., Дворникова Е. О., Малинина Е. В. Особенности синдрома эмоционального выгорания у медицинских работников государственных и частных медицинских учреждений. Вестник Южно-Уральского государственного университета. 2018;11(4):61-72.
  17. Bonkalo T. I., Polyakova O. B., Bonkalo S. V., Kolesnik N. T., Sorokoumova E. A. Development of ethnic social identity among the members of ethnic community organizations as the factor of preventing the spread of nationalist in a multicultural society. Biosciences Biotechnol. Research Asia. 2015;12(3):2361-72. doi: 10.13005/bbra/1912
  18. Толмачева А. С., Страхова Н. В., Зуйкова А. А., Котова Ю. А. Профессиональная деформация и синдром эмоционального выгорания у специалистов амбулаторно-поликлинического звена здравоохранения. Системный анализ и управление в биомедицинских системах. 2018;17(1):189-95.
  19. Толоченко Я. О. Особенности профилактики и коррекции эмоционального выгорания медицинского персонала. Ученые записки Крымского инженерно-педагогического университета. 2017;(3):113-8.
  20. Костакова И. В. Взаимосвязь факторов эмоционального поведения личности и риска возникновения эмоционального выгорания у медицинских работников. Вектор науки Тольяттинского государственного университета. 2016;(4):44-7.

Statistics

Views

Abstract - 159

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2020 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 (495) 916-29-60

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 (495) 916-29-60
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies