The analysis of expert survey on factors of self-preserving behavior of population of the central regions of Russia

Abstract


For the reproduction of healthy society, it is necessary to pay special attention to self-preserving behavior of population, since health is not only medical, but also and social category. The health acts both as result of interaction of individual and the social environment, and as key condition for successful implementation of social statuses and roles, viability of social system as a whole. The spontaneous “health-saving” socialization, and, as a result, lacking of formation of behavioral patterns related to maintaining and strengthening health, imitation practices of self-care, which are demonstrated by different social demographic groups, especially young population, form danger of development of chronic diseases, further deterioration of national health indices, including decreasing reproductive potential of the state and increasing risks of for demographic policy in the future. This dictate needs for systematic analysis of factors and causes that lead to weak behavioral activity of Russian population in matters of “health-saving”, determining their significance and relationship with health indices. The expert survey was carried out that allowed to identify configuration of main factors and risks in the system “environment - health”, significantly affecting development of patterns of behavior in relation to it. The participation of experts representing various areas of professional activity (health care, physical education, ecology, state and municipal administration, education and science) proves high reliability of results and makes it possible to consider localization of main external dangers with highest rates of negative impact on development of self-preservation attitudes. The overall pattern of significance of various factors determining possible variations and main line of behavior of population of the central regions of Russia in context of health conservation allows to bring to foreground personal factors associated with willingness to ensure reproduction of one's own health, infrastructural and socio-economic factors that determine individual and group opportunities for Russia population to use potential of “health-saving” attitudes as well as factors of trust acting as an impulse, activating relationship of population and health care system.

Full Text

Введение Формирование самосохранительного поведения населения является одной из приоритетных задач не просто демографического развития, но и сохранения, воспроизводства социального потенциала российского общества, обеспечения государственной целостности, суверенности и национальной безопасности. На передний план выходят социально-демографические проблемы, связанные с низкой рождаемостью, высокой смертностью населения трудоспособного возраста, снижением продолжительности жизни, общим ухудшением здоровья людей, ставящие перед государством и его системами задачу преодоления кризисных тенденций и противоречий, связанных с реальными практиками самосохранительного поведения россиян, имеющими в основном негативное следствие для здоровья. Для современного российского социума, особенно молодой его части, по мнению О. В. Лисиной, характерно распространение двух крайних форм поведения в области здоровьесбережения. Первая связана с желанием выглядеть, а не быть здоровым, вторая - с гипертрофированной ориентированностью на здоровый образ жизни, выражающейся в нарциссическом культе тела [1]. Поведенческие факторы, влияющие на здоровье, усиливаются факторами окружающей среды, материального благополучия и неравенства, социальной политики обеспечения здоровья и продолжительности жизни, психологической атмосферы, стрессогенности и прочего [2]. Отдавая безусловный приоритет активной деятельности индивида в отношении собственного здоровья, исследователи отмечают, что самосохранительное поведение - категория довольно многомерная. Одни авторы раскрывают смысловое содержание данного понятия в терминах демографии и определяют его как «специфическую форму поведения, которая характеризуется комплексом действий, ценностей и установок, направленных на воспроизводство своего здоровья и продление жизни» [3], «необходимый сложный многоуровневый компонент социального воспроизводства населения, разновидность социально-демографического поведения, включающий в себя совокупность знаний, потребностей, ценностных ориентаций, мотивов, установок, характеризующих, организующих и направляющих внешнюю действенную активность личности, группы, общества на сохранение, воспроизводство и поддержание своего здоровья, здорового образа жизни в течение всего жизненного цикла, оптимизацию средовых факторов» [4]. Другие подчеркивают связь самосохранительного поведения с социокультурными факторами, отмечая, что культура здоровья (самосохранения) относится к фундаментальным образованиям личности (группы), обеспечивающим ее активность и избирательность в реализации конкретных практик по оздоровлению своего образа жизни. Как личностная (групповая) характеристика такая культура проявляется «в системе ценностей, мировоззрении, характере деятельности, поведении и способе жизни» [5]. Социокультурная детерминированность здоровья, рассмотрение его в контексте личной, групповой, национальной культуры акцентируют внимание исследователей на ценностных основаниях социетальной системы, позволяющих обеспечить такую модель поведения людей, которая приводит к сохранению, а не разрушению здоровья [6-8]. Некоторые исследователи предпринимают попытки экономически объяснить готовность населения к усвоению норм самосохранительного поведения, выделяя среди наиболее значимых факторов социально-экономической детерминации уровень экономического развития и деятельности региона, состояние инфраструктуры здравоохранения, инвестиции в основной капитал, дифференциацию населения по уровню доходов [9]. Материалы и методы Полидетерминированность самосохранительного поведения и многогранность проблемы отношения населения России к своему здоровью обусловливают необходимость верификации факторов и рисков в системе окружающая среда - здоровье, влияющих на формирование ценностных и поведенческих паттернов, связанных с обеспечением и укреплением здоровья. Комплексная оценка действия указанных факторов была предпринята нами в рамках экспертного опроса (n=30). Выборка производилась по четырем основным показателям, среди которых сфера деятельности, пол, возраст и место жительства респондентов. Результаты исследования Определяя степень влияния различных факторов на состояние здоровья населения (табл. 1), эксперты на первое место поставили курение и злоупотребление алкоголем (53,3%). Вторую позицию разделили неблагоприятное состояние окружающей среды (43,3%) и некачественные продукты питания (40%). На третьем месте находятся несвоевременное обращение к врачам, пренебрежение профилактическими осмотрами (33,3%) и недостаточная двигательная активность (30%). Среди малозначимых факторов были отмечены плохие жилищные условия и нерациональное питание (6,7%). Отсутствие условий для занятий физической культурой и спортом, по мнению экспертов, абсолютно не влияет на ухудшение общественного здоровья. Таким образом, наиболее существенную роль в формировании и поддержании здоровья человека играют образ его жизни, качество окружающей среды и медицинская активность. Радикальные изменения в указанных сферах в состоянии обеспечить необходимый уровень здоровья граждан. При этом если среда человеческой жизнедеятельности является внешним фактором детерминации состояния здоровья, то образ жизни и медицинская активность, несмотря на определенную обусловленность социально-экономическими условиями,- в большей степени поведенческие факторы, а результат личностного выбора, их коррекция во многом зависят от усилий самого человека, самодисциплины, самоконтроля и самовоспитания, использования резервных возможностей личности. Оздоровительные практики, занятия физической культурой и спортом, отказ от курения, употребления алкогольных напитков, переедания, злоупотребления вредными продуктами и пр. - позитивные примеры реализации здоровьесберегающей стратегии, активного поведения в сфере самосохранения. Таким образом, эксперты констатируют ведущую роль самого человека в воспроизводстве собственного здоровья, отдавая приоритет с точки зрения степени влияния на здоровье изменяемым факторам риска. ps202002.4el00085.jpg Формирование здоровья человека происходит под воздействием сложной многокомпонентной рискогенной среды, в которой наряду с природно-климатической обстановкой, способной ослаблять защитные функции человеческого организма, огромную роль играют собственно социальные условия жизни. Поскольку естественная среда испытывает постоянные антропогенные трансформации, состояние здоровья человека определяется главным образом экономическими, политическими, экологическими, бытовыми и другими сторонами его личной жизни и общества в целом (табл. 2). По мнению экспертов, в значительной степени здоровье связано именно с социально-экономической ситуацией (51,9%). Уровень жизни, безработицы, ценовой фактор спроса, состояние экономики в целом являются важнейшими показателями, определяющими экономические возможности граждан вести здоровый образ жизни. Отмечают естественную взаимосвязь здоровья с рисками жизненного цикла 33,3% респондентов. Так, на заключительном этапе человеческой жизни возможность влияния на состояние здоровья значительно снижается в связи с необратимым процессом старения организма. ps202002.4el00087.jpg В целом при разработке и реализации программ здоровьесбережения должен учитываться весь комплекс объективно и субъективно осознаваемых рисков и факторов социально-экономического, социально-политического, социокультурного и собственно социального характера, под воздействием которых формируется и трансформируется отношение населения к здоровью, вырабатываются здоровьесберегающие установки (табл. 3). Первые позиции среди указанных факторов, по оценке экспертов, занимают уровень развития медицинской, рекреационной, спортивной инфраструктуры (53,3%), уровень социально-экономического развития территории (46,7%), уровень жизни населения (46,7%), социальное самочувствие (46,7%), наличие в общественном сознании здоровья как ценности (70%), наличие в массовом сознании установки на поддержание здоровья (60%). Если социально-экономические и социально-политические факторы, отмеченные экспертами, характеризуют внешнюю среду и отражают качество жизни населения, то социокультурные факторы говорят о ценностных приоритетах граждан, от которых во многом зависит готовность к различным видам поведенческой активности, направленной на сохранение и поддержание здоровья, выбор тех или иных форм ведения здорового образа жизни. Культура самосохранения позволяет минимизировать некоторые факторы риска и снабжает человека навыками, необходимыми для обеспечения здоровой и максимально продолжительной жизни [10]. Зачастую население может демонстрировать весьма безответственное отношение к вопросу сохранения собственного здоровья, занимая преимущественно пассивную позицию и нивелируя ответственность самих его обладателей. Объясняя причины низкой активности значительной части россиян по укреплению здоровья, эксперты в качестве доминирующей проблемы отметили отсутствие внимания к здоровью населения именно со стороны государства (70%). Это является вполне закономерным, если учитывать патерналистский характер общества и государства, в том числе системы здравоохранения советского периода, долгое время бесплатно и качественно гарантировавших необходимый уровень общественного здоровья. Социально-экономические трансформации 1990-х годов поставили население перед необходимостью изменить поведение в сфере здоровья, взяв ответственность и заботу о нем исключительно на себя, к чему большинство россиян оказались просто неспособны из-за ограниченности адаптационных ресурсов. Именно этим во многом объясняется тот факт, что при достаточно высоком уровне нормативной ценности здоровья в общественном сознании граждан она зачастую не находит реального выражения в соответствующих поведенческих практиках. ps202002.4el00089.jpg Усугубляется ситуация еще и тем, что реализуемая сегодня на государственном уровне политика в области укрепления здоровья нации по-прежнему продолжает рассматривать население не как самостоятельный субъект, формирующий свое здоровье и отвечающий за него, а как объект для социальных экспериментов государства (24,1%), которому отводится роль пассивного потребителя медицинских товаров, услуг, технологий (27,6%). Совокупно эти позиции выбрали большинство экспертов. На втором месте среди причин, объясняющих низкую поведенческую активность россиян в сфере здоровьесбережения, находятся иные, требующие первоочередного внимания проблемы, в основном материально-бытового характера, а также пренебрежительное отношение самого населения к своему здоровью, их указали 40% опрошенных (табл. 5). Вместе с тем, по оценке экспертов, в первую очередь сами граждане (62,1%) несут ответственность за поддержание высокого уровня личного здоровья и расширение сферы самосохранительной активности. Не меньшую роль в этом процессе способна играть семья (69%) как важнейший социальный институт, обеспечивающий формирование смыслов, мотивационно-ценностных установок, имеющих витальное значение для человека. Как показывает практика, современная семья не справляется с реализацией указанной функции в полной мере в силу отсутствия необходимых знаний и неподготовленности в данной сфере, в лучшем случае уделяя внимание регламентации здорового образа жизни и купированию нежелательных деструктивных привычек. Отметили, что основная роль в формировании ответственного отношения населения к своему здоровью принадлежит учреждениям системы здравоохранения, 55,2% респондентов. «Здоровьесберегающей» социализации в определенной мере могут способствовать средства массовой информации (31%), образовательные учреждения (20,7%), региональные и муниципальные органы власти (20,7%). При этом эксперты абсолютно нивелировали роль общественных организаций (0%), возможно, объясняя это крайне низким уровнем самоорганизации россиян, тотальным доминированием форм индивидуального, а не коллективного действия. ps202002.4el00091.jpg Состояние здоровья во многом является индикатором сформированности культуры здоровьесбережения, предполагающей деятельностную реализацию ценностных установок на профилактику болезней и ведение здорового образа жизни. Полагают, что реализуемые в настоящее время программы по охране здоровья лишь отчасти способствуют формированию у населения культуры самосохранения и заботы о своем здоровье 63,3% респондентов; 13,3% экспертов отмечают, что указанные программы вообще не решают эту задачу, 3,3% придерживаются противоположной точки зрения. Самосохранительное поведение, как и отношение населения к здоровью, имеют определенную социокультурную подоплеку. Мы не ставили своей задачей определить воздействие конкретных традиций, обычаев, норм, систем образования, воспитания, а ограничились лишь общей оценкой степени влияния культурно-исторических особенностей нации на поведение населения в отношении своего здоровья. Российские эксперты в целом отметили, что указанный фактор оказывает определенное воздействие (6,7% - существенное влияние, 33,3% - определенная степень, 23,3% - незначительное влияние). Противоположной точки зрения придерживается 26,7% экспертов, отмечая низкую степень влияния данного фактора по сравнению с другими. Следующий блок вопросов был связан с определением эффективности региональной политики в области здравоохранения. В целом положительную экспертную оценку с точки зрения состояния лечебно-профилактической системы (см. табл. 5) получили лишь две характеристики: достаточность лечебно-профилактических учреждений на территории региона (55,2%) и наличие современной диагностической и лечебной аппаратуры (56,7%). Среди негативных тенденций следует отметить кадровый голод в учреждениях здравоохранения (70%), невозможность быстрого получения медицинской помощи (90%), низкое качество обслуживания (70%), невнимательное отношение к больному (70%), неравные возможности в укреплении здоровья (70%), низкую ответственность врача перед пациентом (80%). С учетом обозначенных экспертами проблем общая оценка современной ситуации в сфере здравоохранения от проводимых реформ выглядит скорее как неудовлетворительная: 43,3% респондентов отмечают, что в их регионе становится все труднее получить качественную и доступную медицинскую помощь (рис. 1). Хотя именно эта задача на государственном уровне декларируется в качестве приоритетной в развитии здравоохранения в России. Это обстоятельство, связанное с рассогласованием официально декларируемых государством целей и реальных практик на местах, является одной из основных причин низкой эффективности региональной политики в области здравоохранения. В целом иерархия ведущих причин недостаточной эффективности реализуемых в регионе программ по охране и укреплению здоровья населения представляется экспертами следующим образом: 1. Низкий уровень доверия к системе здравоохранения со стороны населения (56,7%). 2. «Разрыв» между декларируемыми на государственном уровне целями и готовностью к их реализации на уровне регионов и муниципалитетов (53,3%), а также недостаточная обеспеченность ресурсами для реализации лечебно-профилактических мероприятий на местах (53,3%). 3. Пассивность населения, его низкая мотивированность к ведению здорового образа жизни, недостаточный уровень финансирования отрасли здравоохранения в целом и средств, выделяемых на реализацию подобных программ в частности (по 30,0% соответственно). 4. Слабая информационная политика по сопровождению реализации региональных программ охраны здоровья (10%). С позиции экспертов (табл. 6), первоочередное внимание со стороны региональных и муниципальных органов власти должно быть направлено на формирование ответственного отношения населения к своему здоровью, повышение качества его жизни, а также усиление профилактической составляющей в деятельности медицинских учреждений. Такое социально-ценностное отношение к здоровью, как ответственность, является важнейшим элементом здоровьесберегающей культуры, поскольку предполагает осознание его личной и общественной значимости, сформированность системы знаний, потребностей, мотивов и установок, обеспечивающих устойчивость самосохранительного поведения. Категория качества жизни раскрывает социально-экономические предпосылки эффективности процесса формирования стратегий жизнедеятельности, способствующих поддержанию здоровья и выражающихся в соответствующих практиках. Переориентация с лечебной на профилактическую врачебную помощь, повышение ее эффективности в системе здравоохранения выглядит как наиболее активный метод укрепления и воспроизводства здоровья граждан по причине предотвращения заболеваний и обеспечения динамического наблюдения за состоянием здоровья и возможности устранения потенциально корригируемых факторов риска. Уровень информированности и грамотности российского населения в сфере здоровьесбережения является еще одним фактором, определяющим его реальное самосохранительное поведение, поскольку он отражает адаптационные возможности людей, позволяющие им предпринимать усилия в отношении заботы о здоровье, избегать действий, представляющих для них опасность, адекватно реагировать на профилактические мероприятия, предотвращать элементарные заболевания, выполнять медицинские предписания, оказывать в определенных жизненных ситуациях первую помощь. По мнению экспертов, наибольший интерес население региона проявляет к информации о факторах, негативно влияющих на здоровье и продолжительность жизни. Меньше всего его волнуют реализуемые на федеральном и региональном уровне проекты по охране здоровья населения, а также отношение к здоровью политических лидеров страны и области (рис. 2). Потребность населения в информации о факторах, ухудшающих здоровье, вызвана скорее страхом перед серьезными заболеваниями, нежели сознательным желанием предпринимать конкретные меры по его воспроизводству и укреплению. Самосохранение предполагает ориентацию в большей степени не на лечебные, а на профилактические меры с точки зрения заботы о здоровье, а также сформированность поведенческих паттернов, отвечающих за увеличение продолжительности активной жизни. Представляется, что высокий уровень заинтересованности в информации о здоровом образе жизни больше подчеркивал бы приоритет активной деятельности индивида по здоровьесбережению. Эксперты отметили преимущественно средний уровень интереса регионального сообщества к сведениям такого характера. Что касается оценки доверия населения региона различным источникам информации, освещающим проблемы здоровья и здоровьесбережения (рис. 3), то лидирующие позиции здесь занимают друзья, знакомые и родственники, федеральные каналы и интернет-сайты. Низкий уровень доверия граждане демонстрируют по отношению к региональной и местной прессе, а также специализированной медицинской литературе. Среди наиболее эффективных форм продвижения здорового образа жизни со стороны властных структур эксперты выделяют законодательные инициативы по стимулированию здорового образа жизни (34%) и более активное включение темы здоровьесбережения в риторику средств массовой информации (34%). Особая роль в реализации здоровьесберегающих мер отводится институту средств массовой информации и медиапространству. Популяризация здорового и экологически целесообразного образа жизни, освещение проблем сохранения и укрепления здоровья, формирование ответственного отношения к нему, позиционирование данной ценности в контексте модного поведения - важнейшие направления активизации самосохранительного и минимизации саморазрушительного поведения граждан. Обсуждение Полидетерминированность самосохранительного поведения комплексом факторов различной природы ставит вопрос о необходимости социологического осмысления представлений о здоровье и здоровьесберегающих поведенческих моделей, реализуемых теми или иными социальными группами. Очевидно, что влияние внешних защитных факторов, способных предотвратить депопуляцию российской нации и деградацию среды ее обитания и жизнедеятельности, весьма ослаблено. Падение жизненного уровня населения страны на фоне распада системы бесплатного здравоохранения, во многом неудовлетворительное состояние медицинской и рекреационной инфраструктуры, непостоянство целей социальной политики в области охраны здоровья, несовершенство экологической политики, непрофилактический характер медицины в целом, перенос ответственности за здоровье населения с государственных структур на самих граждан - все эти тенденции представляют реальную угрозу и не позволяют надеяться на внешние защитные механизмы в вопросах сохранения здоровья. Данный факт только подтверждают результаты экспертного опроса. Кто именно в условиях несостоятельности государства способен решать задачи, связанные с сохранением и укреплением физического и психического здоровья, поддержанием долголетней активной жизни населения? Нейтрализовать воздействие и минимизировать факторы риска заболеваний в таких обстоятельствах, мы полагаем, возможно на основе поиска внутренних резервных возможностей, обеспечения перехода к здоровьеформирующей жизненной стратегии, в которой сознание и поведение индивида соответствуют требованиям здоровья. Социологическое понимание того, каким образом граждане в различных жизненных обстоятельствах с учетом индивидуальных возможностей и способностей адаптируются к несовершенствам социальной и природной среды, демонстрируя при этом позитивную направленность самосохранительного поведения, позволит определить набор знаний, умений и навыков, необходимых для воспитания культуры здоровьесбережения. Однако этого явно недостаточно для решения данной проблемы, поскольку закономерно встает вопрос другого характера: какими средствами обеспечивать тиражирование этой своеобразной компетентности и грамотности для формирования ее у других социальных групп, культивирование запросов на здоровый образ жизни в массовом сознании и поведении. Это наиболее сложная задача, так как оно требует системных изменений в институциональной системе, а именно - в тех социальных институтах, которые в первую очередь призваны способствовать «здоровьесберегающей» социализации и транслировать правила и нормы, позволяющие в реальном пространстве вести образ жизни, приносящий пользу, а не вред здоровью. Данный вопрос, несомненно, требует дополнительных исследований. Заключение Обобщая результаты исследования факторов самосохранительного поведения, следует обозначить две ключевые позиции, которые, по мнению экспертов, определяют главную линию поведения населения центральной части России в контексте здоровьесбережения. Во-первых, речь идет об ожидании патерналистского отношения, внешнего локуса контроля со стороны государства в вопросах здоровьесбережения наряду с ограниченностью адаптационного потенциала, не позволяющем осознать собственную активную роль и аутоперсонализировать ответственность за действия по сохранению своего здоровья в течение всего жизненного цикла, что проявляется в реализации преимущественно пассивных моделей и низкой мотивированности к ведению здорового образа жизни. Отсюда социологически фиксируемый парадоксальный характер ценности здоровья: признавая достаточно высокое его нормативное значение, индивиды при этом «успешно» осваивают поведенческие практики, ухудшающие их физическое и психическое самочувствие. Во-вторых, кризис доверия, проявляющийся в отношении системы здравоохранения, которая, несмотря на свое функциональное предназначение и определенные социальные ожидания, демонстрирует растущую неспособность охранять жизнь и защищать здоровье людей, удовлетворять потребности населения в качественной медицинской помощи, испытывает серьезные проблемы с кадрами, лечением, профилактикой, ресурсами и управлением на всех уровнях, включая региональный и муниципальный. Усиливая друг друга, эти обстоятельства, наряду с экономическими, политическими, культурными и собственно социальными факторами детерминации, задают внешние границы конфигурации, в пределах которых и формируются различные стратегии самосохранительного поведения. Исследование выполнено в рамках государственного задания НИУ «БелГУ» на 2017 год, проект № 28.7195.2017/БЧ «Риски и тренды самосохранительного поведения населения центральных регионов Российской Федерации». Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

A. V. Kisilenko

The Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education ““The Belgorod State National Research University”

Email: kisilenko@bsu.edu.ru

I. S. Shapovalova

The Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education ““The Belgorod State National Research University”


D. G. Kisilenko

The Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education ““The Belgorod State National Research University”


S. V. Khashaeva

The Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education ““The Belgorod State National Research University”


O. V. Kovalchuk

The Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education ““The Belgorod State National Research University”


References

  1. Лисина О. В. Социокультурные детерминанты здоровьесберегающего поведения православной российской студенческой молодежи. Научный результат. Серия Социология и управление. 2015;(3):36-42.
  2. Ковалева А. А. Самосохранительное поведение в системе факторов, оказывающих влияние на состояние здоровья. Журнал социологии и социальной антропологии. 2008;XI(2):179-91.
  3. Борисов В. А. Демография. М.: Изд. Дом NOTABENE; 1990. С. 235.
  4. Шклярук В. Я. Формирование самосохранительного поведения в условиях перехода России к расширенному воспроизводству населения. Саратов; 2013. С. 73.
  5. Сережникова Р. К., Воротилкина И. М. Формирование культуры здоровьесбережения как условие, обуславливающее самореализацию студента. Ученые записки Забайкальского государственного университета. Серия: Педагогика и психология. 2012;(5):195-8.
  6. Резанова Н. И. Культура здоровья: факторы и основные направления формирования в условиях среднего города (социогендерный аспект). М.; 2000.
  7. Харисов Ф. Ф. Роль национальной культуры в формировании здоровой личности. Наука и школа (Набережные Челны). 2014;(12):21-2.
  8. Лысенко Е., Рагимова О. Культура жизни и культура здоровья. Высшее образование в России. 2008;(11):139-42.
  9. Тухтарова Е. Х., Кузьмин А. И., Неклюдова Н. П. Социально-культурные факторы дожития лиц мужского и женского пола в экономически активном возрасте: региональный анализ. Экономика региона. 2018;14(1):109-22.
  10. Шилова Л. С. Трансформация самосохранительного поведения. Социологические исследования. 1999;(5):84-92.

Statistics

Views

Abstract - 36

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2020 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 (495) 916-29-60

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 (495) 916-29-60
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies