The effect of education level on intensity of using medical care by women of reproductive age

Abstract


The education is often considered as one of the basic social determinants of population health, but its impact on the need for medical care is to be studied. The purpose of the study is to analyze effect of education as health social determinant on intensity of medical care consumption by women of reproductive age. The sampling consisted of 566 non-pregnant women aged 18-49 years residing in Samara and being monitored in municipal antenatal clinics. The level of territorial accessibility of medical care for all women participating in the study did not differ reliably. The data was obtained using anonymous survey with adapted questionnaire “Research of social determinants of health”. The first comparison group included 306 women with higher or incomplete higher education (high educational status). The second comparison group included 260 women with secondary or specialized secondary education (lower educational status). Each of the groups was divided into four subgroups based on age characteristic (18-25, 26-34, 35-42, 43-49 years). In the group of women with a high educational status, volume of consumption of out-patient medical care were higher and decreasing of health self-rating was accompanied by decreased rate of visits to ambulatory physicians (r = -0.67). Whereas in women with low educational status, decreasing of health self-rating is accompanied by decreased rates of visits to ambulatory physicians (r=0.5). With age increased, volume of out-patient medical care consumption in group of women with high educational status increases, while in group of women with low educational status this volume decreases. The lower rate of out-patient medical care consumption results in increasing of volume of in-patient medical care consumption in the group of women with low educational status. Despite the same increasing dynamics of volume of consumption of in-patient medical care in women with different educational statuses, gain rate of demand is significantly higher in group of women with low educational status (1.42% versus 2.54% of annual gain in consumption). More significant increase in consumption of emergency medical care was observed in group of women with low educational status (annual increase 3% versus 0.22%).

Full Text

Введение Достижение наивысшего из возможных уровней здоровья рассматривается как одна из первостепенных задач социальной политики государства [1]. Для решения такой сложной задачи требуется теоретическое обоснование механизмов формирования здоровья, которое должно быть положено в основу практических действий и мероприятий как системы здравоохранения, так и общества в целом. Признанная в настоящее время факторная теория формирования здоровья на индивидуальном, групповом и общественном уровне не всегда может объяснить наблюдаемые процессы и влиять на них [2-6]. Не отрицая положения факторной теории, следует признать, что некоторые факторы носят столь масштабный характер, что не могут рассматриваться как одиночные классические факторы риска, влияющие на вероятность развития тех или иных патологических состояний. Некоторые факторы имеют всеобъемлющее значение и модифицируют действие других факторов риска. Такие факторы стали рассматривать в качестве детерминант здоровья, которые воздействуют не напрямую, а через другие факторы и имеют определяющее значение в вопросах формирования здоровья больших групп населения [7-11]. Образование часто рассматривается как одна из базовых социальных детерминант здоровья населения. Человек, имеющий более высокий уровень образования, меньше болеет, и его самооценка здоровья выше, чем у человека с более низким образовательным уровнем. Это доказано на примере беременных, детей, воспитывающихся в семьях с различным уровнем образования родителей, населения старших возрастных групп [12-16]. Единого мнения относительно механизмов такого влияния не существует, однако сам факт влияния уровня образования на образ жизни и выбора определенной модели поведения не вызывает сомнения. С учетом большого влияния образа жизни на здоровье степень такого воздействия может быть достаточной для коррекции выраженности факторов риска, связанных с образом жизни человека. Показатели здоровья населения являются крайне важными переменными в вопросах планирования медицинской помощи, однако необходимо четкое представление об объемах реальной потребности в медицинской помощи, так как однозначного соответствия между уровнем здоровья и потребностью в медицинской помощью нет, тем более если исследуется реализованная потребность. На величину реализованной потребности может в том числе оказывать влияние и уровень образования. Таким образом, исследование детерминант здоровья с точки зрения поиска методов повышения его уровня и с целью оптимизации методики планирования медицинской помощи является актуальной задачей общественного здоровья, что и определило цель настоящего исследования. Целью исследования стало изучение влияния образования как социальной детерминанты здоровья на интенсивность потребления медицинской помощи женщинами репродуктивного возраста. Материалы и методы Исследование влияния образования как социальной детерминанты здоровья женщин репродуктивного возраста проводилось в рамках более масштабного исследования значимости социальных детерминант для различных возрастно-половых групп населения. Всего в исследование было включено 566 небеременных женщин в возрасте 18-49 лет, проживающих в Самаре и состоящих под наблюдением в женских консультациях города. Уровень территориальной доступности медицинской помощи для всех женщин, участвовавших в исследовании, достоверно не различался. Нижний предел возраста был сознательно ограничен 18 годами, так как подростки женского пола в возрасте 15-17 лет не достигли совершеннолетия, хотя данный возрастной интервал включается в понятие «репродуктивный возраст». Данные получены путем анонимного анкетирования по доработанной авторами анкете «Исследование социальных детерминант здоровья». Для определения необходимого объема исследуемой совокупности применяли методику определения необходимого объема выборки для бесповторной выборки (один респондент заполнял анкету социологического исследования один раз). Для повышенной точности (К=0,1) и вероятности отрицания «нулевой гипотезы» на уровне 95% минимальный размер исследуемой совокупности составил 400 единиц наблюдения. В первую группу сравнения включили женщин, имеющих высшее или неоконченное высшее образование (n=306). Такой уровень образования рассматривался как высокий. Во вторую группу сравнения включили женщин, имеющих среднее или среднее специальное образование (n=260). Такой уровень образования рассматривался как более низкий. Каждая из описанных выше групп была разделена еще на четыре подгруппы по возрастному признаку (18-25 лет, 26-34 года, 35-42 года, 43-49 лет). Объемы потребления амбулаторной, стационарной и скорой медицинской помощи рассчитывались на основании данных медицинской документации и данных, предоставленных опрошенными, поскольку не все случаи обращения за медицинской помощью фиксировались в медицинской документации. Степень зависимости оценивали по значению коэффициента корреляции. Результаты исследования В группе женщин с высоким образовательным статусом, независимо от возраста, частота посещения медицинской организации, оказывающей амбулаторную медицинскую помощь, составила 2,18±0,15 раза в год, тогда как в группе женщин с более низким образовательным статусом - 1,85±0,14 раза в год (р<0,05). В качестве причины более высокого уровня потребления медицинской помощи, оказываемой в амбулаторных условиях, можно рассматривать или более высокий уровень заболеваемости (объективные причины), или высокую медицинскую активность (субъективные причины). Если в основе разности в обращаемости лежат субъективные причины, то востребованные объемы стационарной помощи должны быть выше в группе с более низким уровнем обращаемости за амбулаторной медицинской помощью, так как патологические состояния (заболевания), которые могли бы быть купированы на ранних стадиях на уровне поликлиники, осложнялись, и уже требовалась стационарная медицинская помощь. Результаты исследования подтвердили эту гипотезу. Число госпитализаций в год в группе женщин с высоким образовательным статусом было почти на 20% ниже, чем в группе женщин с низким образовательным статусом: 1,22±0,04 против 1,38±0,06 госпитализации в год (р<0,05). Также наблюдались различия в частоте обращений в скорую медицинскую помощь, однако различия в объемах потребности в этом виде медицинской помощи были недостоверными (1,36±0,10 против 1,41±0,08 вызова в год; р>0,05). Анализ частоты обращений за медицинской помощью, оказываемой в амбулаторных условиях, в различных возрастных группах показал, что у женщин с разными образовательными статусами выявляются разнонаправленные возрастные динамики объема потребления. Так, в подгруппе женщин с высоким образовательным статусом с увеличением возраста наблюдается пропорциональное увеличение обращаемости за амбулаторной медицинской помощью (r=0,96, отличие от нуля достоверно), а в подгруппе женщин с более низким образовательным статусом наблюдается противоположный тренд (r = -0,93, отличие от нуля достоверно). Достоверная корреляционная зависимость в отношении связи показателей самооценки здоровья и частоты обращений за амбулаторной медицинской помощью, свидетельствующая о рациональном поведении, наблюдается только у женщин с высоким образовательным статусом. Чем ниже показатель самооценки здоровья, тем выше частота обращений за амбулаторной медицинской помощью (r = -0,67, отличие от нуля достоверно). В подгруппе женщин с более низким образовательным статусом наблюдается обратная зависимость: снижение показателей самооценки сопровождается снижением частоты обращений за амбулаторной медицинской помощью (r=0,5, отличие от нуля достоверно). Такое направление зависимости не может быть признаком рационального поведения в отношении собственного здоровья. Анализ частоты обращений за стационарной медицинской помощью в различных возрастных группах показал, что у женщин с разными образовательными статусами выявляется одинаковая возрастная динамика объема потребления. С увеличением возраста реализованная потребность в стационарной медицинской помощи возрастает независимо от уровня образования женщины. Однако объемы потребления зависят от образовательного статуса. Если в самой молодой возрастной группе объемы потребления практически не различались, то с увеличением возраста у женщин с более низким образовательным статусом объемы потребления стационарной медицинской помощи были больше и разница в объемах только нарастала. За исследованный возрастной период у женщин с высоким образовательным статусом объемы потребления возросли на 45% (ежегодный темп прироста 1,42%), тогда как в группе женщин с более низким образовательным статусом ежегодный темп прироста был выше более чем в 1,5 раза и составил 81,1% (ежегодный темп прироста - 2,54%). Корреляционный анализ показал наличие однонаправленной отрицательной зависимости между показателями самооценки здоровья и объемами потребления стационарной медицинской помощи в обеих сравниваемых группах женщин. Более сильная зависимость регистрировалась в отношении группы женщин с высоким образовательным статусом (r = -0,64, отличие от нуля достоверно). В группе женщин с низким образовательным статусом сила зависимости меньшая (r = -0,43, отличие от нуля достоверно). Более низкие уровни потребления амбулаторной медицинской помощи в группе женщин с низким образовательным статусом приводили к увеличению потребления стационарной медицинской помощи и должны были обусловливать более высокие уровни потребления и скорой медицинской помощи, что подтверждало бы гипотезу о наличии субъективных причин низкой обращаемости за амбулаторной медицинской помощью в группе женщин с более низким образовательным статусом. Исследование показало, что объемы потребления скорой медицинской помощи были выше в группе женщин с более низким образовательным статусом. Только в самой молодой возрастной группе женщин объемы потребления скорой медицинской помощи были выше у женщин с высоким образовательным статусом. Во все остальные возрастные периоды наблюдается обратная зависимость. Уровень потребления скорой медицинской помощи с возрастом остается практически на одном уровне в группе женщин с высоким образовательным статусом. Прирост за весь возрастной период наблюдения составил 7% (ежегодный прирост - 0,22%). В группе женщин с более низким образовательным статусом прирост был практически двукратным (96%; ежегодный прирост - 3%). Так как в идеале скорая медицинская помощь должна быть востребована только при острых состояниях, то корреляционной зависимости между показателями самооценки здоровья и объемами потребления скорой медицинской помощи быть не должно. Именно такая ситуация наблюдается в группе женщин с высоким образовательным статусом. Коэффициент корреляции не имеет достоверных отличий от нуля (r=0,14). В группе женщин с более низким образовательным статусом выявляется отрицательная корреляционная зависимость средней силы (r = -0,49), т. е. снижение показателей самооценки здоровья сопровождается ростом потребления скорой медицинской помощи. Заключение В группах женщин с разным образовательным статусом интенсивность потребления медицинской помощи различается. У женщин с высоким образовательным статусом объемы потребления амбулаторной медицинской помощи выше. Более низкая частота потребления амбулаторной медицинской помощи приводит к повышению объемов потребления стационарной медицинской помощи в группе женщин с низким образовательным статусом. Возрастная динамика объема потребления стационарной медицинской помощи у женщин с разными образовательными статусами возрастающая, но темпы прироста потребности существенно выше в группе женщин с низким образовательным статусом (1,42% против 2,54% ежегодного прироста потребления). У женщин с высоким образовательным статусом снижение показателя самооценки здоровья сопровождается повышением частоты обращений за амбулаторной медицинской помощью (r = -0,67), тогда как у женщин с низким образовательным статусом оно сопровождается снижением частоты обращений за амбулаторной медицинской помощью (r=0,5). Несмотря на одинаковую возрастающую динамику объема потребления стационарной медицинской помощи у женщин с разными образовательными статусами, темпы прироста потребности существенно выше в группе женщин с низким образовательным статусом (1,42% против 2,54% ежегодного прироста потребления). Более значительный прирост в потреблении скорой медицинской помощи наблюдался в группе женщин с низким образовательным статусом (ежегодный прирост 3% против 0,22%). Данные корреляционного анализа дают основание считать, что женщины с более низким уровнем образования используют скорую медицинскую помощь как альтернативу амбулаторной, поскольку выявляется отрицательная корреляционная зависимость средней силы (r = -0,49) между показателями самооценки здоровья и объемом потребности в скорой медицинской помощи. Исследование не имело спонсорской поддержки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

S. N. Cherkasov

The Federal State Budget Scientific Institution “The N. A. Semashko National Research Institute of Public Health” of the Minobrnauka of Russia; The Federal State Budget Institution of Science “The V. A. Trapeznikov Institute of Problems of Management” of The Russian Academy of Sciences


I. L. Sopova

The Federal State Budget Institution of Science “The V. A. Trapeznikov Institute of Problems of Management” of The Russian Academy of Sciences

Email: cherkasovsn@mail.ru

References

  1. Хабриев Р. У., Линденбратен А. Л., Комаров Ю. М. Стратегии охраны здоровья населения как основа социальной политики государства. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2014;(3):3-5.
  2. Genovese U., Del Sordo S., Casali M., Zoja R., Pravettoni G., Akulin I. M. A new paradigm on health care accountability to improve the quality of the system: four parameters to achieve individual and collective accountability. J. Global Health. 2017;7(1):010301.
  3. Шаповалова М. А. Социально-экономические аспекты воспроизводства населения. Экономика здравоохранения. 2004;(4):12-6.
  4. Келасьев В. Н., Первова И. Л., Полуэктова Н. М. Концепция человека: социальные и субъективные детерминанты здоровья. Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12. Психология. Социология. Педагогика. 2016;(1):15-26.
  5. Арстангалиева З. Ж. Детерминанты здорового образа жизни людей пожилого возраста. Бюллетень медицинских интернет-конференций. 2013;3(11):1309.
  6. Кром И. Л., Еругина М. В., Орлова М. М., Долгова Е. М., Черняк М. Д., Бочкарева Г. Н. Детерминанты общественного здоровья в социальном контексте. Саратовский научно-медицинский журнал. 2017;13(2):292-5.
  7. Черкасов С. Н., Киртадзе И. Д. Влияние семейного окружения как социальной детерминанты здоровья на состояние здоровья в различных возрастно-половых группах. Евразийское Научное Объединение. 2018;3-2(37):116-8.
  8. Пересыпкина Т. В. Субъективная оценка здоровья детей, социальные детерминанты его формирования. Современная педиатрия. 2018;92(4):44-8.
  9. Канева М. А. Социально-экономические, поведенческие и психологические детерминанты самооценки здоровья россиян. Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2016;12(6):158-71.
  10. Ревич Б. А. Детерминанты общественного здоровья населения в Российской Арктике и на приарктических территориях. Проблемы прогнозирования. 2017;160(1):50-61.
  11. Жиленко Е. Л., Гомерова Н. И., Шарапов И. В., Иванинский О. И. Детерминанты как информационная основа для создания профиля здоровья населения. Бюллетень Национального научно-исследовательского института общественного здоровья имени Н. А. Семашко. 2014;(1):105-8.
  12. Черкасов С. Н., Курносиков М. С. Влияние медико-социальных факторов и особенностей поведения пациенток на уровень потребности в стационарной помощи при внематочной беременности. Российский медико-биологический вестник им. академика И. П. Павлова. 2015;(3):66-70.
  13. Черкасов С. Н., Киртадзе И. Д., Камаев Ю. О. Семейное окружение как социальная детерминанта здоровья в старших возрастных группах. Бюллетень Национального научно-исследовательского института общественного здоровья имени Н. А. Семашко. 2019;(1):106-11.
  14. Киселева Л. С. Социальные детерминанты здоровья россиян. Регионология. 2016;94(1):133-42.
  15. Хорошилова Е. Ю. Образование как детерминанта здоровья. Научный альманах. 2017;3-3(29):387-90.
  16. Черкасов С. Н., Шестаков Г. С., Киртадзе Д. Г. Влияние образования на самооценку здоровья в старших возрастных группах. Проблемы стандартизации в здравоохранении. 2018;(9-10):57-60.

Statistics

Views

Abstract - 24

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2021 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 (495) 916-29-60

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 (495) 916-29-60
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies