MANAGEMENT OF STUDENT MOBILITY IN THE CASE OF UNIVERSITY MANAGEMENT DURING THE SPREAD OF THE COVID-19 PANDEMIC

Abstract


The COVID-19 pandemic outbreak already in the first months of 2020 has dramatically affected the situation in higher education in various aspects, including the transition from face-to-face teaching to online technologies, the cancellation of activities and the development of activities aimed at «next normal» in a university management. The revision of management decisions in the sphere of academic mobility means an opportunity for various university management stakeholders to rethink and even modernize project activities according to effective plans of risk management in order to make international cooperation more sustainable and effective in the future.The purpose of this work is to examine the international landscape of the transformation of international student mobility, which has changed significantly during the 2020-2021 academic year shift as a result of the spread of the coronavirus infection.

Full Text

Введение Глобализационные процессы давно уже стали частью объективной социальной реальности, затрагивая наиболее значимые для человека сферы существования: образование, культуру, профессиональную деятельность и пр. Современные университеты, ориентированные не только на воспроизводство кадров для народного хозяйства, но и на формирование человеческого капитала в глобальной и стратегической перспективе, также выстраивают траекторию своего развития под влиянием общемировых трендов [1]. Одной из масштабных тенденций современного профессионального образования, демонстрирующей качество подготовки специалистов как в конкретном университете, так и в масштабах конкретного государства, является международная академическая мобильность студентов - показатель востребованности местной системы образования у зарубежных потребителей. Обучение за рубежом, привлечение иностранных студентов в местные университеты и развитие международных партнерских отношений уже давно рассматриваются как основной (и лучший) способ подготовки будущих профессионалов к глобализированному миру. Как отмечает Tim O’Brien, старший вице-президент INTO University Partnerships, специализирующейся на создании совместных предприятий между университетами, благодаря росту среднего класса в развивающихся странах Азии и Африки спрос на высшее образование увеличится со 160 млн студентов в 2015 г. до более чем 414 млн к 2030 г. 52 Вспышка пандемии COVID-19 уже в первые месяцы 2020 г. резко повлияла на ситуацию в сфере высшего образования в различных аспектах, включая переход от очного обучения к онлайн-технологиям, отмену мероприятий и развитие активностей, направленных на развитие «новой нормальности» в университетском управлении. В то время как COVID-19 спровоцировал проблемы в областях преподавания, обучения, исследовательских проектов и институционального управления, он также привел к необходимости переосмысления стратегии международного студенческого рекрутинга и реформирования системы международного сотрудничества в области студенческой академической мобильности [2]. Пересмотр управленческих решений в сфере академической мобильности означает возможность для различных заинтересованных сторон университетского менеджмента переосмыслить и даже модернизировать проектную деятельность в соответствии с эффективными планами управления рисками, чтобы сделать международное сотрудничество более устойчивым и эффективным в будущем. Цель представленной работы - рассмотреть международный ландшафт трансформации международной студенческой мобильности, существенное изменение которой произошло в период смены 2020-2021 учебных годов под влиянием распространения пандемии коронавирусной инфекции. Материалы и методы Основной метод исследования, использованный в настоящей работе, - вторичная обработка данных, аккумулированных в международных социологических исследованиях по вопросам развития студенческой мобильности в период распространения пандемии COVID-19. В качестве основы выступили материалы репрезентативных исследований: •Исследование 1 (И1) «Влияние COVID-19 на высшее образование во всем мире» [3]: 576 респондентов из 424 университетов и других высших учебных заведений, базирующихся в 109 странах и двух специальных административных районах Китая (Гонконг и Макао). Период проведения - с 25 марта по 17 апреля 2020 года; •Исследование 2 (И2) «Влияние COVID-19 на международное высшее образование и студенческую мобильность: перспективы студентов из Китая и Гонконга [4]: 2739 респондентов. Период проведения - март-сентябрь 2020 г. Результаты и обсуждение Согласно данным И1 COVID-19 оказал влияние на международную студенческую мобильность в 89% вузов, участвующих в исследовании. На вопрос «Испытал ли Ваш университет влияние COVID-19 на международную студенческую мобильность?» только 11% респондентов ответили отрицательно. В Европе от стремительного сокращения студенческой академической мобильности пострадали почти все вузы (95%). Процент также высок в Северной и Южной Америке (91%) и в Азиатско-Тихоокеанском регионе (85%), немного ниже в Африке (78%). Интересно отметить, что среди тех 11% университетов, что отметили отсутствие влияния коронавирусной пандемии на студенческую мобильность, 68% также сообщили, что это учебное заведение полностью закрыто. По мнению исследователей, одним из возможных объяснений может быть то, что эта группа учреждений вообще не имела международной студенческой мобильности, однако это всего лишь гипотеза, которая нуждается в дальнейших исследованиях для проверки. Тип воздействия COVID-19 на международную студенческую мобильность разнообразен. Ответы респондентов на вопрос «Каково влияние COVID-19 на международную студенческую мобильность в Вашем университете?» приведены на рис. 1. Тип воздействия COVID-19 на международную студенческую мобильность разнообразен на уровне четырех регионов. Только в Европе вариант «Иностранные студенты на период пандемии остались в нашем учебном заведении» присутствует более чем в половине вузов (53%). Это наиболее распространенное воздействие, о котором сигнализируют вузы, базирующиеся в Африке (но при более низком проценте вузов - 38%), в Азиатско-Тихоокеанском регионе (в 45% вузов, где он находится на том же уровне, что и для показателя «Студенческие обмены с некоторыми странами были отменены»), в то время как в Северной и Южной Америке он является третьим по распространенности (присутствует в ответах 40% респондентов). Наиболее распространенный эффект в Северной и Южной Америке - «Студенческие обмены с некоторыми странами были отменены» (49% вузов). Ответы на открытые вопросы подтверждают, что нынешний кризис оказывает значительное влияние на международную мобильность и набор иностранных студентов, и дают дополнительную информацию по этому конкретному вопросу. Некоторые вузы упоминают, что они предвидят сокращение числа поступающих иностранных студентов, а некоторые также подчеркивают, что это повлияет на доходы учебного заведения. Следовательно, нынешняя ситуация будет иметь важное влияние на пересмотр университетской управленческой стратегии и планы по обеспечению показателей интернационализации образовательных программ. Респондентам, которые ответили, что COVID-19 оказывает влияние на международную мобильность студентов, был задан вопрос о том, есть ли у них планы на случай непредвиденных обстоятельств для смягчения этого воздействия. Планы действий в чрезвычайных ситуациях (ЧС) действуют либо в их учебном заведении, либо в партнерских учреждениях за рубежом для большинства вузов (рис. 2). На региональном уровне ситуация несколько схожа в Северной и Южной Америке, Азиатско-Тихоокеанском регионе и Европе, где 19, 24 и 23% вузов соответственно сообщили, что никаких планов действий в ЧС не существует. Однако для Африки этот процент достигает 50%. Только 11% африканских вузов сообщили, что планы действий в ЧС существуют в их партнерских учреждениях за рубежом (либо исключительно, либо в сочетании с планами действий в ЧС в их собственных учреждениях). Этот процент на удивление низок и может свидетельствовать скорее об отсутствии знаний о существовании планов действий в ЧС в учреждениях-партнерах за рубежом, чем о реальном их отсутствии. На самом деле этот результат не согласуется с тем фактом, что 45% вузов в Африке и более 72% во всех других регионах сообщили, что в их собственных учреждениях существуют планы действий в ЧС. В целом вузы, похоже, отреагировали на ЧС в сфере студенческой мобильности, вызванную COVID-19, и приняли планы на случай непредвиденных обстоятельств, чтобы обеспечить возможности для принятия тех или иных решений иностранными студентами. Тем не менее тот факт, что более чем в четверти вузов этого не произошло, может поставить (и уже поставило) многих иностранных студентов в сложную ситуацию. Альтернативной реальной, физической студенческой мобильности студентов, предполагающей фактическое нахождение иностранного студента в принимающей стороне, может явиться виртуальная мобильность - обучение студента по программам дистанционного обучения иностранного университета. Под влиянием COVID-19 виртуальная мобильность и/или совместное онлайн-обучение возросли в 60% вузов; 5% либо разрабатывают, либо рассматривают/планируют свое развитие в данном направлении, а треть ответила, что COVID-19 не стимулировал создание какой-либо альтернативы студенческой мобильности (рис. 3). Азиатско-Тихоокеанский регион - это регион с самым высоким процентом вузов, которые увеличили виртуальную мобильность и/или совместное онлайн-обучение - сделали это три четверти из них. В Европе их доля достигает 59%, в Америке - 56%, в Африке - 49%. В Африке доля вузов, которые не увеличили виртуальную мобильность и/или совместное онлайн-обучение, составляет 44%, что немного меньше, чем у тех, кто это сделал. Следует отметить, что Африка - это регион, для которого переход от физической мобильности к виртуальной представляется наиболее трудным, что связано с практически повсеместной проблемой доступа к технической инфраструктуре. В открытых вопросах респонденты отметили, что совершенствование цифровой инфраструктуры и переход к более смешанному и онлайн-обучению увеличат возможности для онлайн-мобильности с точки зрения как входящих, так и исходящих потоков студентов. Некоторые респонденты также указали, что, поскольку под влиянием коронавирусной пандемии число иностранных студентов, скорее всего, сократится, по крайней мере в краткосрочной перспективе, это дает возможность для дальнейшего развития интернационализации внутри страны и повышение межрегиональной мобильности. Репрезентативные данные международного ландшафта студенческой мобильности демонстрируют данные, отражающие поведение китайских студентов в вопросах обучения в зарубежных вузах. Студенты, прибывающие из КНР, представляют масштабную группу международных студентов, по которой можно отслеживать основные тенденции спроса на международное образование. Именно китайский студенческий контингент составляет 20% доходов австралийских университетов, в то время как для Соединенных Штатов Америки он является четвертым по величине источником экспорта, уступая лишь своей автомобильной, авиационной и фармацевтической промышленности 53. Данные И2 показывают, что до пандемии COVID-19 общее число студентов материкового Китая, обучающихся за рубежом, стабильно увеличивалось в последнее десятилетие. Несмотря на подъем тенденции антиглобализации и политики национализма в международном высшем образовании, в 2019 г. их число достигло 710 тыс., увеличившись на 8,3% по сравнению с 2018 г. Большинство респондентов - студентов зарубежных университетов - 2312 (84%) выразили отрицательный интерес к обучению за рубежом после пандемии COVID-19, в то время как только 427 (16%) рассматривали бы возможность продолжения образования за рубежом. Самые популярные направления обучения после COVID-19 у абитуриентов материкового Китая - это традиционно США и другие англоязычные страны, демонстрировавшие устойчивую популярность у студентов КНР в последние 5-10 лет. Однако, согласно И2, наблюдается некоторое падение спроса на обучение в западных странах, в то время как университеты азиатского направления в постпандемийный период ожидают больше китайских абитуриентов на программы высшего образования. Среди ответов респондентов - участников И2, которые указывали на интерес к обучению за рубежом после COVID-19, наиболее популярными направлениями являются США (17,1%), Гонконг (13,35%), Великобритания (12,18%), Япония (10,77%) и Тайвань (10,77%). Заключение Хотя в нынешних условиях трудно ожидать полного восстановления международной студенческой мобильности, необходимо понимать, что глобальная студенческая мобильность постоянно и надежно росла в течение последних трех десятилетий, несмотря на такие кризисы, как Великая рецессия или эпидемия атипичной пневмонии. В период с 2000 по 2017 г. число студентов, обучающихся в других странах, более чем удвоилось - с 2 млн до 5,3 млн, согласно последним имеющимся статистическим данным ЮНЕСКО. Если смотреть вперед, то число студентов высших учебных заведений во всем мире, по оценкам, вырастет с 251 млн в 2020 г. до 594 млн к 2040 г., что делает почти несомненным, что международная студенческая мобильность будет продолжать расти, по крайней мере в некоторой степени, в долгосрочной перспективе. Пандемии неоднократно поражали мир, нарушая экономическую и социальную деятельность миллионов людей, изменяя культуру и институты обществ, в которых они распространялись, оказывая на них воздействие в различной степени. Университет является одним из тех учреждений, на которые пандемии оказывают значительное влияние, и в настоящее время влияние COVID-19 еще не может быть определено в полном объеме. Однако уже понятно, что ландшафт международной студенческой мобильности претерпевает существенные изменения, обусловленные распространением коронавирусной инфекции. Меры государственного управления, трансформированные в соответствующие управленческие решения на уровне университетского менеджмента (ограничения на пересечение границы, запрет на выдачу учебных виз, социальное дистанцирование, перевод образовательного процесса в онлайн-формат и пр.), обусловили процессы, отрицательно влияющие на развитие студенческой академической мобильности. Будущие показатели международного рекрутинга и зачисления иностранных студентов будут зависеть от мер и политики, принятых правительствами стран-импортеров в ближайшем будущем. Будут ли ограничения на поездки иностранных студентов? Ухудшатся ли детерминанты, обусловливающие международную мобильность? По нашему мнению, в краткосрочной перспективе данная сфера будет иметь следующие особенности: •ограничения на выдачу виз лицам из стран с высоким уровнем распространенности заболевания; •психоэмоциональные последствия, которые уменьшают привлекательность продолжения прерванной международной мобильности или начала нового опыта аналогичного характера; •сокращение глобальных финансов, что приведет к сокращению государственных и частных фондов, поддерживающих проекты международной мобильности; •увеличение предложения виртуального трансграничного образования. Источник финансирования. Исследование не имело спонсорской поддержки. Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

A. E. Popel

N. A. Kosygin Russian State University (Technologies. Design. Art)


References

  1. Ананченкова П. И., Аникеева О. П., Ахметзянова Г. Н. и др. Менеджмент качества и инновации в образовании: региональный аспект. М.: РГТЭУ, 2010. Т. 1.
  2. Ананченкова П. И., Новикова Н. М. Дисфункциональность образования в условиях пандемии COVID-19 // Alma mater (Вестник высшей школы). 2020. № 11. С. 7-11.
  3. Marinoni G., van’t Land H., Jensen T. The impact of COVID-19 on Higher Education around the world. IAU Global Survey Report. Paris: International Association of Universities, 2020. 48 p.
  4. Xiong W., Mok K. H., Ke G., Cheung J. O. Impact of COVID-19 pandemic on international higher education and student mobility: student perspectives from Mainland China and Hong Kong. Oxford: Centre for Global Higher Education, 2020. 36 p.

Statistics

Views

Abstract - 99

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2021 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 903 671-67-12

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 903 671-67-12
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies