The characteristics of mortality of population older that able-bodied age in the Russian Federation in 2012-2018

Abstract


The positive trend of decreasing mortality of elderly population in all countries of the European Region in 2000-2015 was observed. In the Russian Federation the mortality of elderly population decreased up to 3,798.3 per 100 000 population in the 2018, i.e. on 14% lower as compared with 2012 (4424.6), and on 45% lower as compared with corresponding indices in 1998 (6877.0 per 100 000 population). The purpose of the study is to identify characteristics of mortality and to compare with foreign data of mortality of population older than able-bodied age in the Russian Federation. The standardized indices of mortality in 2012-2018 were analyzed. The gender characteristics of mortality levels were established. The main causes and the structure of main causes of death were presented. The comparison of mortality rates. The contribution of particular age groups into total mortality of population of the Russian Federation over the years was described.

Full Text

Увеличение числа лиц старших возрастных групп в структуре населения объективно приводит к увеличению объемов медицинских и медико-социальных услуг и требует проведения исследований по изучению заболеваемости, смертности пожилого населения для последующего планирования ресурсов системы здравоохранения и составления прогноза оценки оказания медицинской помощи данной категории населения на среднесрочную перспективу. К сожалению, к настоящему времени отсутствуют какие-либо достоверные данные о смертности населения старших возрастных групп, полученные в результате крупных эпидемиологических исследований. В основном для анализа состояния здоровья лиц старше трудоспособного возраста используют данные официального статистического наблюдения. Цель исследования - определить особенности и провести сравнение с зарубежными данными показателей смертности лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации. Материалы и методы Объектом исследования стали показатели смертности лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации по основным классам болезней МКБ-10 за период 2012-2018 гг. [1-3]. В качестве источника информации о смертности населения старше трудоспособного возраста использовались данные Росстата: «Медико-демографические показатели Российской Федерации. (Статистический справочник)» за 2018 и 2012 гг. [4], таблица С51 «Распределение умерших по полу, отдельным возрастным группам и причинам смерти» [5], таблица С52 «Число умерших по основным классам и отдельным причинам смерти в расчете на 100 тыс. населения в год») [6], «Социально значимые заболевания населения России в 2018 и 2012 гг. (Статистические материалы)» [7], а также данные европейских баз: European mortality database (MDB) (https://gateway.euro.who.int/en/datasets/european-mortality- database/) [8] и European Health for All database (HFA-DB) (https://gateway.euro.who.int/) [9], Disease burden and mortality estimates (https://www.who.int/healthinfo/global_burden_disease/estimates/en/) [10]. Результаты исследования Проанализированы стандартизованные показатели смертности населения старше трудоспособного возраста в динамике с 2012 по 2018 г., выявлены гендерные особенности в уровнях смертности, представлены ведущие причины смерти, к которым относятся болезни системы кровообращения, новообразования, а также симптомы, признаки и неточно обозначенные состояния. Для выявления проблемных ситуаций в смертности лиц старше трудоспособного возраста проведено сравнение аналогичных показателей ряда стран Европейского региона, наглядно демонстрирующее существенные различия в уровнях смертности по большинству классов болезней. Описана доля отдельных возрастных групп в показателе общей смертности населения Российской Федерации в динамике за ряд лет. Обсуждение Показатель смертности является важнейшим интегральным индикатором, характеризующим уровень социально-экономического развития страны [1, 2]. На протяжении последних десятилетий в мире отмечено существенное снижение смертности, особенно значительное в экономически развитых странах [1]. Уровень смертности населения в Российской Федерации также имеет стойкую тенденцию к снижению с 2005 г., и к в 2018 г. он достиг значения 12,5 на 1 тыс. населения. Как видно из рис. 1, основной вклад в показатель общей смертности населения страны к настоящему времени вносит смертность населения старше трудоспособного возраста (77,5%) при снижении доли смертности лиц трудоспособного (21,6%) и моложе трудоспособного (0,9%) возрастов. В 2018 г. смертность населения старше 60 лет (3798,3 на 100 тыс. населения) в 8 раз превышала смертность трудоспособного населения (482,2) и в 70 раз - смертность в возрастной группе до 17 лет (54,1), что свидетельствует о благоприятной тенденции сохранения здоровья в молодом и активном трудоспособном возрасте (до 60 лет) и адекватном возрастном соотношении, что характерно для большинства развитых стран мира. ps202004.4htm00233.jpg Во всех странах Европейского региона в 2000-2015 гг. наблюдается положительная динамика снижения уровней смертности в возрастных группах от 65 лет и старше, причем в странах как Западной, так и Восточной Европы. Однако уровни смертности в 2014-2015 гг. в странах Восточной Европы (Беларусь - 5548,6, Молдова - 6296,9, Украина - 5679,8, Россия - 655,2 на 100 тыс. населения) в 1,5-2 раза превышали аналогичные показатели стран Западной Европы (Испания - 3099,8, Италия - 3224,1, Израиль - 3275,6, на 100 тыс. населения), и за более чем 15-летний период этот разрыв не удается сократить (табл. 1). Анализ стандартизованных показателей смертности лиц в возрасте 65 лет и старше в ряде стран Европейского региона (на основе базы данных ВОЗ Mortality Database) показывает превышение значения уровня смертности мужчин по сравнению с женщинами, однако разрыв в показателях уровня смертности между мужчинами и женщинами в Великобритании, Норвегии, Германии находится в диапазоне 23-31%, в то время как в Российской Федерации он превышает 40% (табл. 2). Кроме того, в нашей стране наблюдается значительный темп сокращения различий в показателях уровня смертности между мужчинами и женщинами в динамике за 5 лет. ps202004.4htm00235.jpg Таким образом, резерв снижения смертности заключается в тщательном анализе причин смертности мужчин, причем во всех возрастных группах, включая трудоспособный и старше трудоспособного возраст, а также в изучении и внедрении опыта зарубежных стран по преодолению гендерного дисбаланса в смертности населения. ps202004.4htm00237.jpg В Российской Федерации к 2018 г. достигнут самый низкий уровень смертности лиц старших возрастных групп - 3798,3 на 100 тыс. населения. По сравнению с 2012 г. (4424,6) данный показатель снизился на 14%, а по сравнению с аналогичным показателем 1998 г. (6877,0) - на 45%. Среди пяти лидирующих классов причин смерти населения лиц трудоспособного возраста в 2018 г. выделяют: болезни системы кровообращения (1969,2), новообразования (633,6), симптомы, признаки и отклонения от нормы, выявленные при клинических и лабораторных исследованиях, не классифицированные в других рубриках (291,9), болезни нервной системы (267,7) болезни органов пищеварения (158,3; ps202004.4htm00239.jpg табл. 3). По сравнению с 2012 г., первые три лидирующих класса смертности не изменились и также были представлены болезнями системы кровообращения (2780,1 на 100 тыс. населения), новообразованиями (676,0) и симптомами, признаками и неточно обозначенными состояниями (257,6), однако четвертое место занимали болезни органов пищеварения (148,3), пятое - травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин (143,9). Заслуживают внимания значительные колебания показателей смертности по большинству классов болезней за 7 лет. Так, наблюдается существенный рост смертности от болезней нервной системы (значение данного показателя выросло более чем в 8 раз и достигло значения 267,7, что вывело данный класс с 7-го места в 2012 г. на 4-е место в структуре смерти к 2018 г.), от психических расстройств - в 7 раз, от болезней костно-мышечной системы и соединительной ткани - в 4 раза, от болезней мочеполовой системы, болезней эндокринной системы, расстройств питания и нарушений обмена веществ - в 3,6 раза, от болезней кожи и подкожной клетчатки - в 2 раза. Вместе с тем за 7 лет смертность от болезней системы кровообращения сократилась почти на 30%, от травм, отравлений и некоторых других последствий внешних причин - на 17%, от болезней органов дыхания - на 14%, от некоторых инфекционных и паразитарных болезней - на 12%, от новообразований - на 6%. Изменение в ранговых местах лидирующих причин смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации за 7 лет свидетельствует об улучшении качества регистрации причин смерти и повышении уровня диагностики. Анализ смертности лиц трудоспособного возраста, старше трудоспособного возраста (старше 70 лет) выявляет различную картину в структуре причин смертности. Так, лидирующими причинами смерти среди лиц трудоспособного возраста в 2018 г. были болезни системы кровообращения (30,2%), травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин (25,5%) и новообразования (15,4%; рис. 2). На эти причины приходится более 70% всех случаев смерти в трудоспособном возрасте. Лица старше трудоспособного возраста преимущественно умирают от болезней системы кровообращения (51,8%), новообразований (16,7%), а также от таких причин, как симптомы, признаки и неточно обозначенные состояния (7,7%; рис. 3). Для лиц до 70 и старше 70 лет структура причин смертности аналогична. Вместе с тем смертность от болезней системы кровообращения составляет почти 60% всех случаев смерти. Класс «Травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин», являясь одной из лидирующих причин смертности лиц трудоспособного возраста, в данной возрастной группе не превышает 2%. Сопоставление структуры причин смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации с другими европейскими странами (по данным 2015 г.), несмотря на идентичную структуру лидирующих причин смертности (кардиоваскулярные болезни и новообразования), выявляет целый ряд существенных различий в уровнях смертности по большинству классов болезней (табл. 4). Так, по классу «Болезни системы кровообращения» отмечается значительное превышение соответствующих показателей по сравнению с рядом стран: трехкратное превышение уровня смертности, а по сравнению с Данией, Норвегией - четырехкратное. Кроме того, по ряду классов в нашей стране наблюдаются более низкие показатели смертности в возрасте 60 лет и старше, чем в странах Европы,- по инфекционным и паразитарным болезням, болезням крови и кроветворных органов, нервной системы, эндокринной системы, органов дыхания. В России, в отличие от других стран, редко используется в качестве первоначальной причины смерти такой диагноз, как сосудистая деменция (F01) [2], входящий в класс «Психические расстройства и расстройства поведения». Данный диагноз может быть указан только в случае, если пациент стоял на диспансерном наблюдении в психоневрологическом диспансере. В результате этого по классу «Психические расстройства и расстройства поведения» уровень смертности в нашей стране почти в 10 раз меньше, чем в европейских странах. Кроме того, если в Российской Федерации смертность населения старше трудоспособного возраста от симптомов, признаков и неточно обозначенных состояний является одной из самых распространенных причин и занимает (в 2018 г.) 3-е место, то в европейских странах смертность от болезней и состояний, входящих в данный класс, является настолько редкой причиной, что не отражается в европейской базе данных смертности. Заключение Несмотря на снижение смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации в 2012-2018 гг., уровень смертности в нашей стране все еще значительно превосходит аналогичный показатель в европейских странах. Выявленные гендерные различия в уровнях смертности мужчин старше трудоспособного возраста по сравнению с женщинами также является выраженной национальной особенностью, требующей разработки комплексных мер по преодолению гендерного дисбаланса и охране мужского здоровья вне зависимости от возраста. Проведенный анализ структуры причин смерти лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации по сравнению с европейскими странами демонстрирует низкие показатели смертности в нашей стране от таких классов болезней, как психические расстройства и расстройства поведения, инфекционные и паразитарные болезни, болезни крови и кроветворных органов, болезни эндокринной системы, болезни нервной системы, болезни органов дыхания, при многократном превышении уровня смертности от болезней системы кровообращения, а также от класса симптомов, признаков и неточно обозначенных состояний. Для обеспечения достоверности данных показателей и преодоления искажения реальной картины причин смерти населения старше трудоспособного возраста требуется усиление организационно-методической работы с врачами, ответственными за выбор и кодирование первоначальной причины смерти, в том числе в части проведения образовательных программ. Кроме того, при работе с международными базами данных смертности возникают определенные сложности в проведении сравнения показателей смертности пожилого населения Российской Федерации с европейскими странами. Это связано с отсутствием актуальных показателей за последние годы из-за имеющихся отставаний в своевременном предоставлении информации по нашей стране в ВОЗ, а также по причине различий в сопоставимости данных по возрасту. Так, в European mortality database (MDB) смертность старших возрастных групп представлена в разбивке 60-74 года, 65 лет и старше, 70 лет и старше. Вместе с тем статистика смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации представлена для женщин в возрасте 60 лет и старше, для мужчин в возрасте 65 лет и старше, что требует соответствующих пересчетов для обеспечения эквивалентных сравнений в возрастной группе 65 лет и старше. Исследование не имело спонсорской поддержки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

V. V. Madyanova

The Institute of Leadership and Management of Health Care of the Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education “The I. M. Sechenov First Moscow State Medical University” of Minzdrav of Russia

Email: vvm@hsha.ru

E. P. Kakorina

The Institute of Leadership and Management of Health Care of the Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education “The I. M. Sechenov First Moscow State Medical University” of Minzdrav of Russia


T. A. Klokova

The Institute of Leadership and Management of Health Care of the Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Education “The I. M. Sechenov First Moscow State Medical University” of Minzdrav of Russia


References

  1. Максимова Т. М., Лушкина Н. П. Состояние здоровья и проблемы медицинского обеспечения пожилого населения. М.: Персэ; 2012.
  2. Какорина Е. П., Никитина С. Ю. Особенности структуры смертности в Российской Федерации. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2019;27(5):822-6.
  3. Международная классификация болезней 10-го пересмотра (МКБ-10).
  4. Медико-демографические показатели Российской Федерации в 2018 году: Статистический справочник. М.: Минздрав России; 2019.
  5. Таблица С51 «Распределение умерших по полу, отдельным возрастным группам и причинам смерти».
  6. Таблица С52 «Число умерших по основным классам и отдельным причинам смерти в расчете на 100 тыс. населения в год».
  7. Социально значимые заболевания населения России в 2018 году (Статистические материалы).
  8. European Health for All database (HFA-DB) Режим доступа: https://gateway.euro.who.int/
  9. European mortality database (MDB). Режим доступа: https://gateway.euro.who.int/en/datasets/european- mortality-database/
  10. Disease burden and mortality estimates. Режим доступа: https://www.who.int/healthinfo/global_burden_disease/estimates/en/
  11. Disease burden and mortality estimates. Режим доступа: https://www.who.int/healthinfo/global_burden_disease/estimates/en/

Statistics

Views

Abstract - 40

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2020 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 (495) 916-29-60

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 (495) 916-29-60
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies