The reproductive health and sexual behavior of HIV-infected women: the review

Abstract


The increased access to effective anti-retroviral treatment (ART) has made HIV comparable to chronic disease in terms of life expectancy. The advances in scientific knowledge and, in particular, in management of HIV-infected pregnant woman have reduced the risk of mother-to-child transmission of HIV. The analysis of current research demonstrates that HIV has been a problem in terms of sexuality and reproduction. The needs related to sexuality and reproduction are crucial ones to overall health and well-being of HIV-infected population. The future research is to focus not only on how sexual relations and relationships of HIV-positive women are manifested, but also on how health care system is to provide adequate support to women in relation with sexuality and reproduction. The purpose of study was to apply analysis of current research on sexuality, sexual and contraceptive behavior and implementation of reproductive function in HIV-infected women and the conditions affecting this realization. The review of national and international scientific publications concerning such areas as gynecology, reproductive health, sexuality and reproductive behavior of HIV-positive women from indexed on-line journals and relevant websites using such search engines as PubMed and Google in 1997-2019. The sample included 34 peer-reviewed qualitative studies, which covered 9523 HIV-positive surveyed women. The technique of interpretative meta-synthesis was applied to generalize and evaluate how experiences of HIV-positive women in sexuality and reproduction behavior have been described in qualitative studies. The effective anti-retroviral treatment has made HIV comparable to chronic disease in terms of life expectancy. The analysis of current research on this topic established that HIV was a problem in terms of sexuality and reproduction. The conditions that make the burden of HIV more severe are: HIV is an obstacle for starting and continuing relationship, providing sense of fear and loss. At the same time motherhood, spiritual beliefs, and supportive relationships made the burden of HIV easier. The HIV-positive test in women makes their sexual and reproductive health more complicated because of HIV status. Therefore, women face such unique challenges as problems in partnerships, sexual satisfaction and childbearing. The study results are important for developing optimal medical care to alleviate the burden of HIV infection. In addition to medical care, health care workers should consider social and psychological needs to support HIV-positive patients in improving their health and their sexual and reproductive health as well.

Full Text

Введение Сексуальное и репродуктивное благополучие является важной частью хорошего здоровья и качественной жизни и неотъемлемой частью человеческого существования [1-3]. Многие состояния и физиологические события в жизни женщины могут значительно повлиять на сексуальность и репродукцию, и ВИЧ-инфекция является таким состоянием [4-7]. С момента обнаружения ВИЧ в начале 1980-х годов он является одной из основных причин смертности среди женщин репродуктивного возраста во всем мире [8]. В результате расширения доступа к эффективному антиретровирусному лечению ВИЧ-инфекция с точки зрения продолжительности жизни рассматривается как хроническое, а не смертельное заболевание [9, 10]. Помимо медицинской помощи, медицинские работники должны учитывать социальные и психологические потребности, чтобы помочь пациентам с ВИЧ улучшить здоровье, включая сексуальное и репродуктивное [11]. В современном обществе для ВИЧ-положительных людей вообще не предполагается половая жизнь из-за риска передачи заболевания [12]. Исследование в Канаде показывает, что большинство ВИЧ-инфицированных женщин сексуально активны после постановки диагноза [13]. Соответственно, проблемы сексуального и репродуктивноего здоровья необходимо учитывать в высококачественных услугах по ВИЧ, которые могут способствовать повышению качества жизни и улучшению профилактики ВИЧ [5, 14]. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) определяет репродуктивное здоровье как состояние полного физического, психического и социального благополучия и регламентирует права женщин и мужчин на доступ к безопасным, эффективным, приемлемым методам планирования семьи по своему выбору, а также к определенным услугам здравоохранения, которые позволяют женщинам безопасно пройти период беременности и родов и получить достоверную информацию [15]. Репродуктивное поведение как неотъемлемая часть репродуктивного здоровья включает систему действий и отношений, опосредующих рождение или отказ от рождения ребенка в браке или вне брака. Контрацептивное поведение - система действий личности, направленных на предупреждение рождения ребенка,- реализуется путем применения методов контрацепции, искусственного аборта или воздержания [2]. Сексуальное (половое) поведение - это формы взаимодействия индивидов, мотивированных половой потребностью, а также социальное поведение, в котором человек преследует определенные цели, стремится к реализации определенных интересов на основе использования биологических механизмов. Половое поведение определятся репродуктивной, гедонической (получение наслаждения) и коммуникативной функциями индивида [3]. Репродуктивная установка рассматривается исследователями как регулятор репродуктивного поведения и психологическая готовность индивида к тому, чтобы в конкретных условиях и в определенные сроки жизнедеятельности иметь то или иное число детей. Часто репродуктивную установку рассматривают с позиции трех слагаемых: когнитивного (познавательного), аффективного (эмоционального) и поведенческого (побудительного) [2, 3]. Исследования, посвященные изучению сексуального и репродуктивного здоровья среди ВИЧ-инфицированных, носят в основном количественный характер и часто сосредоточены на профилактике ВИЧ, незащищенных сексуальных контактах и использовании презервативов. Для ВИЧ-положительных женщин необходимо провести качественные исследования, которые позволили бы получить глубокие знания о конкретном состоянии. Целью данного исследования стало проведение анализа современных исследований в отношении сексуальности, полового и контрацептивного поведения и реализации репродуктивной функции у ВИЧ-инфицированных женщин и условий, влияющих на эту реализацию. Проведен обзор российских и международных научных публикаций, касающихся вопросов гинекологии, репродуктивного здоровья, сексуальности и репродуктивного поведения ВИЧ-положительных женщин из индексированных онлайн-журналов и соответствующих веб-сайтов с использованием поиска Pubmed и Google в период с 1997 г. по июнь 2019 г. Всего было включено 34 рецензируемых качественных исследования, в которые вошли 9523 ВИЧ-положительные женщины. ВИЧ-инфекция как барьер для половой жизни и осуществления репродуктивной функции. Зачастую диагноз ВИЧ воспринимается как негативный факт и препятствие для сексуальности и возможности иметь детей и означает для женщин всестороннюю ограниченность в отношениях с сексуальными партнерами [16-25]. Жизнь с ВИЧ-инфекцией привела к изменениям в поведении женщин и принятии ими решений в отношении сексуальности и репродукции [16-27]. ВИЧ заставляет женщин взвешивать решения между рисками и желаниями в отношении беременности. Беременность не только считается положительным событием, но и включает в себя повышенное беспокойство о здоровье, собственном и ребенка [16-21, 23, 24, 28-30]. «Ну, я действительно хотела иметь по крайней мере двух детей… но теперь, когда я знаю, что у меня ВИЧ, я знаю, что не должна. <…> Для меня не имеет смысла иметь еще ребенка, потому что ребенок может заразиться» [31]. Существуют проблемы с раскрытием ВИЧ-положительного статуса. Часто это основывалось на негативном опыте и реакции окружающих [16, 18, 20-24, 30, 32] и вызывало чувство вины и ощущение себя «человеком второго сорта» [25]. В большинстве больниц очень быстро навязывается стигма: у женщин все плохо, если у них есть ВИЧ [29]. В исследованиях мы нашли описание того, как некоторые женщины разработали стратегию, называемую пассивными переговорами [21, 22, 29], т. е. использовали косвенные методы для достижения безопасного секса, не объясняя, почему они всегда хотели использовать презерватив. Женщины считали, что существует общественное мнение, а также мнение медицинских работников, что ВИЧ-инфицированным вообще не следует заниматься сексом и конечная цель - не забеременеть [16, 20, 24, 28, 32]. «Испуг на лице у медицинского работника… остался во мне… человеку очень трудно скрыть свою предвзятость…» [24]. Исследователями отмечается сильное чувство страха у женщин передать ВИЧ интимному партнеру [17, 19-23, 25, 29, 32]. Это беспокойство заставило женщин практиковать техники безопасного секса или отказа от секса. Они продемонстрировали сильную волю и ответственность не причинять вред другим или «не делать то, что другие сделали с ними» [25]. Для некоторых женщин страх был настолько сильным, что они выбирали безбрачие [19, 21, 22, 25, 29]. Еще один страх касался риска негативного влияния на здоровье плода с точки зрения как заражения его ВИЧ [16-18, 20-24, 30, 32], так и негативного воздействия с продолжающимся фармацевтическим лечением. Этот страх часто был связан с чувствами вины и сомнениями, которые приводили к решению избежать деторождения [16, 20, 24, 30, 31]. Страх передачи ВИЧ партнеру либо ребенку часто существовал бок о бок с сильным желанием иметь интимные партнерские отношения [22, 24, 33] и родить ребенка [16, 18, 20, 27-32], что усложняло ситуацию, поскольку беременность требует секса без презерватива [20, 23, 24, 29]. Страх также касался раскрытия своего ВИЧ-статуса возможному будущему партнеру, поскольку это могло закончиться отторжением и эмоциональной болью, что усложняло встречу с новым партнером. Страх раскрытия ВИЧ-статуса присутствовал у женщин, уже имеющих интимного партнера, из-за опасения стать отвергнутой [19, 21-25, 27, 29]. Такой страх был эмоциональным бременем, вызывая страдания и создавая ограничительные границы отношений [26]. Раскрытие ВИЧ-статуса делало женщин более уязвимыми для нездоровых отношений и насилия [19, 25, 29]. Страх раскрытия ВИЧ-положительного статуса означал, что большое количество женщин решили прекратить партнерские отношения [18, 22, 27, 33]. Некоторые женщины вместо раскрытия своего статуса формулировали альтернативные истории из-за страха быть отвергнутыми [18]. В отдельных источниках говорилось о страхе женщин за свою жизнь и страх сделать своего ребенка сиротой [20, 24, 32]. Такой страх приводил к более частым посещениям больниц. Многие респонденты описывали свое состояние как «двойную идентичность», или ВИЧ-положительную личность [27]. В нескольких исследованиях описано чувство потери физического влечения, вызванное изменениями внешности из-за ВИЧ или побочных медицинских эффектов антиретровирусной терапии (АРТ), а также субъективных симптомов, приводящих к снижению сексуального желания [17, 25, 28]. У ВИЧ-положительных женщин происходила потеря свободы, поскольку они не могли свободно выбирать, какого партнера иметь, быть ли беременной, рожать ребенка или нет [16-25]. Потеря уверенности в себе и потеря привлекательности были следствием ощущения чувства вины, грязи, отвращения к себе и потерей женственности [14, 17-19, 21, 23, 24, 28]. Несмотря на то что ВИЧ является барьером в отношении беременности и родов, материнство часто воспринималось как нечто положительное. Многие женщины выражали сильное желание быть беременными и рожать, чувствовать себя «настоящей женщиной» [31], чувствовать себя цельной и завершенной [16, 18, 20, 22, 30, 28, 32, 33]. Материнство и воспитание ребенка означают новый шанс в жизни женщины, начало чего-то нового [16, 28, 33, 31]. Сама беременность и последующее материнство даже объяснялись как спасение [23]. Возможность быть матерью и удовлетворять потребности ребенка была связана с заботой и безусловной любовью, а также с надеждой [25, 31]. Некоторые женщины в прошлом не могли заботиться о ребенке из-за злоупотребления наркотиками [16, 28, 33]. Ребенок обеспечивал безусловную любовь [20], а также был метафорой надежды [23], он был причиной для жизни и представлял переход от смерти к жизни [16]. Ребенок давал повод смотреть в будущее [16, 18, 20, 21, 23, 24, 30, 31]. Материнство также обеспечивало социальную ценность. Быть матерью считалось личным достижением, которое обеспечивало уважение в обществе [16, 18]. Потребность в социальной поддержке была очень сильной среди женщин. Поддержка может быть оказана лицами, находящимися в разных ситуациях и на разных позициях [16-19]. Для всех женщин, а не только ВИЧ-положительных, было важно иметь поддерживающего интимного партнера [16, 20, 22, 23]. По-видимому, существует необходимость в поддержке для того, чтобы справиться с чувством вины, особенно для женщин, которые не раскрыли свой ВИЧ-статус [21, 23, 27]. У этих женщин присутствуют сильное желание рассказать другим о ВИЧ и боязнь негативных реакций общества и партнера. Поэтому необходима информационная поддержка в отношении того, когда и как раскрывать свой ВИЧ-статус [27]. Женщины заявили, что нуждаются в профессиональной поддержке специалистов-медиков [16-22, 28-30, 32] для конкретной и объективной информации о планировании семьи, медицинских рисках и профилактических вмешательствах при беременности, а также мерах устранения передачи ВИЧ ребенку [18, 24, 30-32]. Медицинские работники по-разному относятся к ВИЧ-инфицированным женщинам [31]. Так, подчеркивалась важность того, чтобы медицинские работники рассматривали жизнь женщин в целом. «Медицинские работники уделяют слишком много внимания ВИЧ-статусу и разговорам о ВИЧ», чем действительно расстраивают женщин [31]. Особенности репродуктивных установок, планов и контрацептивного поведения у ВИЧ-инфицированных женщин. Зарубежные исследователи указывают, что более 70% женщин с ВИЧ-инфекцией ведут сексуально активный образ жизни, а более 30% планируют рождение детей в будущем. Анкетирование 182 ВИЧ-инфицированных женщин, средний возраст которых составил 34,5 года, показало, что 126 (69,2%) женщин ведут сексуально активную половую жизнь, имеют полового гетеросексуального партнера в течение последних 6 мес. У 53% женщин есть один или двое детей. Исследование показало, что 25,8% женщин выразили желание иметь детей в будущем. Это были молодые женщины, у которых в анамнезе отсутствовали беременности, которые не употребляли наркотические препараты, состояли в браке или в отношениях с постоянным партнером, а также получали высокоактивную АРТ (ВААРТ). Из них были инфицированы половым путем 56%, 44 % - парентеральным путем. Средний уровень CD4 составил более 300 клеток, а вирусная нагрузка - менее 305 копий/мл [34]. В. Н. Запорожан и С. П. Посохова провели анализ репродуктивных планов, социального статуса, акушерско-гинекологического анамнеза у 870 женщин с ВИЧ-инфекцией. Парентеральный путь передачи вируса был у 192 (22,1%) женщин, принимавших внутривенные наркотические средства, у 576 (66,2%) - половой, а у 102 (11,7%) - неизвестный. Возраст исследуемых составил 16-41 год (21,5±3,3). Каждая пятая ВИЧ-инфицированная женщина указала на раннее (до 17 лет) начало половой жизни, каждая третья указала, что имела больше трех половых партнеров, а 85 (9,7%) женщин имели в среднем 5-8 половых партнеров. 50% опрошенных женщин имели ВИЧ-инфицированных партнеров, 104 (11,9%) имели неинфицированных партнеров, неизвестный статус партнеров был у остальных анкетированных [35]. Среди ВИЧ-инфицированных женщин высшее образование имели 36 (4,1%), среднее специальное - 126 (14,5%), среднее - 418 (48,1%), а 255 (29,3%) имели неполное среднее образование. Работала каждая десятая ВИЧ-инфицированная женщина. В зарегистрированном браке состояли у 128 (14,7%) женщин, одинокими были 248 (28,5%). Большинство ВИЧ-инфицированных женщин отметили, что находятся в постоянной стрессовой среде, обусловленной наличием у них инфекционного заболевания, неудовлетворительными условиями жизни и отрицательным отношением к ним окружающего общества. 30% ВИЧ-инфицированных женщин указали на частые эпизоды депрессии, агрессивности и другие нервно-психические расстройства. Менее 10% женщин пользовались поддержкой людей, которые живут с ВИЧ-инфекцией, так как не желали раскрывать наличие факта инфицирования ВИЧ [35]. E. K. Harrington и соавт. провели интервьюирование 30 женщин с ВИЧ-инфекцией: 50% получали ВААРТ, их средний возраст составлял 29,5 года, 70% были замужем или живут с мужчиной, 27% - вдовы, 7% - одинокие. Авторы отметили у исследуемых женщин опасения преждевременной смерти, выраженные финансовые трудности. Страх перинатальной передачи ВИЧ стал основной причиной нежелания планировать деторождение. Женщины четко определили потребности в контрацепции, однако 2/3 использовали только мужские презервативы или не использовали современные методы контрацепции. Женщины предпочитали специализированные ВИЧ-клиники в качестве места получения медицинской помощи по соображениям удобства, опыта поставщиков услуг и чувства принадлежности к ВИЧ [36]. R. K. Wanyenze, J. Matovu провели анкетирование 797 ВИЧ-инфицированных, среди которых было 512 (64%) женщин, 53,9% имели средний возраст 30-39 лет, 48,7% имели начальное, 48,7% - высшее образование, в настоящее время в браке состояли 68%. Большинство (82,8%) женщин имели одного сексуального партнера, почти половина имели партнеров с известным ВИЧ-положительным статусом. Большинство (79,3%) в настоящее время принимали АРВ-препараты. 39,5% женщин сообщили, что не были беременны после постановки диагноза ВИЧ-инфекции; 35,6% имели беременность на фоне инфекции, 25,4% прерывали беременность на ранних сроках, из них 16,5% планировали рождение детей позже. Стоит отметить, что половина респонденток не желали больше иметь детей. Основной метод контрацепции - барьерный (69,4%), и только 4,9% женщин отметили, что используют со своими партнерами прерванный половой акт [37]. А. В. Покровская и соавт. проанализировали амбулаторные карты и анкеты-опросники 7 тыс. пациентов старше 18 лет, посещающих центры СПИД в 27 регионах РФ. В итоге 3406 (49%) участников исследования составили женщины. На момент включения в исследование женщины были моложе мужчин (33 года против 36 лет; p<0,05), как и на момент установки диагноза ВИЧ-инфекции (27 против 30 лет; p<0,05). Половой путь заражения ВИЧ имели большинство (77,4%) исследуемых женщин. Сведения о парентеральном приеме наркотических средств в анамнезе отмечены у 22% женщин, а 5% сообщили о внутривенном употреблении наркотиков в течение последних 6 мес. В целом уровень образования женщин, принявших участие в исследовании, был выше, чем у мужчин (высшее образование у 21% женщин против 13% у мужчин; p<0,05). В основном женщины имели среднее специальное образование (41,8%). Различными формами трудовой деятельности (полный или неполный рабочий день, временная работа, частное предпринимательство) были заняты 64% посещающих центры СПИД. В официальном или незарегистрированном постоянном сожительстве состояли 62,4% опрошенных женщин, 56% имели на иждивении детей младше 18 лет. Обращает на себя внимание факт, что 35,2% женщин имели роды уже после установления ВИЧ-статуса, тем не менее последующие роды были отмечены только у 4,8% всех респонденток (13% рожавших женщин). Большинство (72%) женщин указали на регулярную половую жизнь с одним партнером в течение прошедших 6 мес, а 16% отметили отсутствие сексуальной жизни в этот период. У 38% опрошенных, которые знали ВИЧ-статус своего партнера, был ВИЧ-отрицательный постоянный половой партнер. В целом 62% женщин с ВИЧ, вошедших в исследование, получали АРТ. При этом среди ВИЧ-положительных женщин из серодискордантных пар 64% получали АРТ, из них у 70% был недетектируемый уровень РНК ВИЧ в крови; 60% пациентов (мужчины и женщины) получали терапию, которая была начата при уровне CD4 в среднем 216 (224,6±138,9) кл/мкл. Женщины начинали АРТ при более высоких показателях CD4, чем мужчины (медиана - 229,5 vs 205 кл/мкл; p<0,05) [38]. ВИЧ-инфицированные мужчины чаще, чем ВИЧ-инфицированные женщины (Россия, Иркутск), состоят в браке, имеют регулярные половые сношения и не заинтересованы в беременности партнерши [39, 40]. Наиболее распространенными методами контрацепции для женщин и для мужчин являются презервативы и прерванный половой акт, 20% ВИЧ-положительных мужчин и 26,1% женщин не используют контрацептивы; 17,6% женщин с ВИЧ не употребляют алкоголь, 12,9% женщин употребляют его регулярно и чаще чем 1-2 раза в неделю; 68% опрошенных женщин курят, 17,7% из них курят более 10 сигарет в день, а 36% женщин сообщили о регулярном употреблении наркотиков. Авторы делают вывод, что ВИЧ-инфицированные мужчины чаще, чем ВИЧ-инфицированные женщины, состоят в брачных отношениях, имеют регулярные половые сношения и не заинтересованы в беременности своих партнерш [39, 40]. Регулярный секс имели 91% мужчин и 49% женщин с ВИЧ. Однако 57% мужчин не планируют иметь детей, тогда как у всех женщин в этом исследовании есть планы по рождению. Основной причиной отказа от рождения ребенка среди женщин было наличие детей (49% против 0% у мужчин). Мужчины и женщины причиной отказа от репродуктивных планов указали медицинские причины (41 и 57% соответственно), нестабильную личную жизнь (30 и 39%). Наиболее распространенными методами контрацепции для женщин и мужчин являются презервативы и прерванный половой акт. Только 3% ВИЧ-инфицированных мужчин-партнеров и 2% женщин с ВИЧ-инфекцией сообщили об использовании внутриматочной спирали, распространенность использования комбинированных оральных контрацептивов была очень низкой (0% среди женщин-партнеров ВИЧ-положительных мужчин), случаев лигирования труб не зарегистрировано. Проходят периодическое медицинское обследование (1 раз в 1-2 года) у гинеколога 58% женщин, 42% не проходили регулярное медицинское обследование, 44% указали причиной отсутствия периодического медицинского осмотра у гинеколога (других специалистов) неудовлетворительное отношение медицинского персонала к ним [41]. У ВИЧ-инфицированных женщин с репродуктивными нарушениями было выявлено повышение уровня пролактина, фолликулостимулирующего гормона, кортизола, снижение уровня ДГЭА-S и Т3св гормона, а также снижение овариального резерва и стероидпродуцирующей функции яичников: снижение уровней тестостерона, эстрадиола, прогестерона и антимюллерова гормона [42] на фоне снижения концентрации α-токоферола и ретинола [43, 44]. Некоторые исследования подтверждают, что только 40% пар используют барьерные средства контрацепции, что является небезопасным фактором для распространения ВИЧ-инфекции, а также свидетельствует о недостаточном информировании ВИЧ-инфицированных лиц относительно необходимости использования презерватива и/или нежелании одного из партнеров или пары (60% случаев). ВИЧ-инфицированные женщины в 2 раза реже использовали гормональную контрацепцию по сравнению с контрольной группой. Это объяснялось недостаточным информированием о приемлемости использования гормональных комбинированных контрацептивов и высокой стоимостью препаратов. Внутриматочные контрацептивы использовали только 1,8% женщин, не использовали метод контрацепции каждая пятая пара. Анализ акушерско-гинекологического анамнеза ВИЧ-инфицированных женщин показал, что перед родами аборт как метод планирования семьи использовали 30% [45, 46]. Анализ исхода родов и использование вспомогательных репродуктивных технологий у ВИЧ-инфицированных женщин. Ряд исследователей провели анализ исхода родов у ВИЧ-инфицированных женщин, которые принимали ВААРТ во время беременности. Изучали преждевременные роды (срок меньше 37 нед), низкая масса тела при рождении (<2500 г), плод, который отставал от своего гестационного возраста, определялся по коэффициенту массы при рождении <0,8, вирусная нагрузка (РНК ВИЧ <50 копий/мл) возможность родоразрешения естественным путем, при РНК ВИЧ >500 копий/мл - показание к операции кесарева сечения, отсутствие грудного вскармливания, АРТ новорожденных. Все женщины родили здоровых детей, доля передачи вируса составила 0%. Преждевременные роды составили 18-25%, что связано с воздействием АРТ [45, 47]. Низкая масса тела при рождении, отставание от гестационного возраста были чаще у ВИЧ-инфицированных женщин, которые не получали ВААРТ. Ученые доказали, что АРТ предупреждает передачу вируса от матери к ребенку, но дает побочные эффекты и в комплексе с другими факторами риска может приводить к акушерским осложнениям [48, 49]. Увеличение числа ВИЧ-инфицированных людей репродуктивного возраста приводит к тому, что появляются серодискордантные пары, которые хотят иметь детей. Таким образом, использование вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) дает возможность данным парам в настоящее время иметь детей и предупредить инфицирование здорового партнера. В частности, ВИЧ-инфицированным женщинам можно проводить внутриматочную инсеминацию спермой мужа, при бесплодии - экстракорпоральное оплодотворение. Исходы ВРТ у женщин с ВИЧ-инфекцией зависят от состояния овариального резерва яичников, наличия сопутствующих воспалительных заболеваний матки и придатков, стабильного течения инфекции. Ряд исследователей сообщают, что препараты АРТ могут вызывать митохондриальную дисфункцию ооцитов и неполноценный ответ на стимуляцию овуляции [50-55]. Заключение Многие исследователи пришли к выводам, что необходимо в полном объеме информировать женщин о существующих методах профилактики передачи вируса от матери к плоду, важности предродовой диагностики инфекций, передаваемые половым путем, безопасности использования АРТ при беременности и возможных побочных эффектах терапии [56-58]. Очень важно обсудить с женщинами, не желающими иметь детей, все безопасные методы контрацепции, учитывать при этом взаимодействие между АРТ и гормональными препаратами, а также их влияние на здоровье пациентки, репродуктивный потенциал и качество жизни [58-59]. Исследования продемонстрировали, что ВИЧ-инфекция в отношении сексуальности и репродукции для женщин была тяжким бременем. Надо искать возможности для уменьшения тяжести бремени болезни ВИЧ-инфекцией. Необходима информация об АРТ, передаче ВИЧ и при необходимости индивидуальные рекомендации по практике безопасного секса. Предоставляемая информация должна быть адаптирована к индивидуальным потребностям женщины, а медицинские работники должны предоставить инструкции о том, как справиться с негативными ощущениями жизни с ВИЧ. Для медицинских работников важно разговаривать о беременности и обсуждать варианты, доступные для пациентов, которые хотят или не хотят забеременеть. Если женщинам не хватает поддержки со стороны членов семьи, то поддержка со стороны медицинских работников может быть еще более важной. Репродуктивное консультирование, инициированное поставщиками медицинских услуг, необходимо для снижения риска передачи инфекции партнерам и детям и имеет высокую востребованность у ВИЧ-инфицированных женщин. Раскрытие информации о ВИЧ-положительном статусе представляется проблематичным, и некоторым женщинам может потребоваться присутствие медицинского работника при раскрытии такой информации. В клинической практике очень важно решить все эти условия, облегчающие бремя ВИЧ-инфекции у женщин, поддержать беременность, поддержать желания этих женщин и помочь им справиться с негативными чувствами, чтобы способствовать сексуальному и репродуктивному здоровью. Анализ данных литературы о репродуктивном поведении женщин с ВИЧ-инфекцией показывает, что данная категория лиц желает иметь здоровых детей, несмотря на инфекционное заболевание. Приоритетом современной медицины является сохранение репродуктивного здоровья этого контингента женщин, повышение информированности о целесообразности постоянного приема АРТ как для подготовки к зачатию, так и во время беременности и в послеродовом периоде, а также возможностях и эффективности ВРТ с целью получения здорового потомства или минимизации риска инфицирования партнера. Исследование не имело спонсорской поддержки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

O. Ya. Leschenko

The Federal State Budget Scientific Institution “The Research Center of Family Health and Human Reproduction”

Email: loyairk@mail.ru

E. V. Genich

The Federal State Budget Scientific Institution “The Research Center of Family Health and Human Reproduction”


References

  1. World Health Organization (WHO). Defining sexual health. Доступно по ссылке: http://www.who.int/reproductivehealth/topics/sexual_health/sh_definitions/en/
  2. Калачикова О. Н., Шабунова А. А. Репродуктивное поведение как фактор воспроизводства населения: тенденции и перспективы. Вологда; 2015.
  3. Овчарова Л. Н. (ред.). Детерминанты репродуктивного поведения населения и факторы семейного неблагополучия: результаты панельных исследований. М.: Московский общественный научный фонд; Независимый институт социальной политики; 2010.
  4. Yadav J., Gennarelli L. A., Ratakonda U. Female sexuality and common sexual dysfunctions: Evaluation and management in a primary care setting. Prim. Care Update OB/GYNS. 2001;8:5-11.
  5. Loos J. The Eurosupport 5 Study G., Nöstlinger C. Mirror, mirror on the wall: The face of HIV + women in Europe today. AIDS Care. 2010;22:919.
  6. Лещенко Я. А. (ред.). Развитие человеческого потенциала Сибири: проблемы социального воспроизводства регионального сообщества. Иркутск; 2013.
  7. Колесников С. И., Савилов Е. Д., Савченков М. Ф., Лещенко Я. А., Малов И. В. Санитарно-эпидемиологическое благополучие населения Сибири (медико-демографическая и эпидемиологическая характеристика). Вестник РАМН. 2016;(6):472-81. doi: 10.15690/vramn640
  8. World Health Organization (WHO). HIV/AIDS; Keyfacts. Доступно по ссылке: http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs360/en/ (дата обращения 19.12.2015).
  9. Lohse N., Gerstoft J., Kronborg G. Comorbidity acquired before HIV diagnosis and mortality in persons infected and uninfected with HIV: A Danish Population-Based Cohort Study. AIDS. 2011;57:334-9. doi: 10.1097/QAI.0b013e31821d34ed
  10. Reiss P., Sighem A. I., Brinkman K., Gras L. A., de Wolf F.; ANOC study. Life expectancy of recently diagnosed asymptomatic HIV-infected patients approaches that of uninfected individuals. AIDS. 2010;24:1527-35. doi: 10.1097/QAD.0b013e32833a3946
  11. Ball S. C. Increased longevity in HIV: Caring for older HIV-infected adults. Care Manag J. 2014;15:76-82.
  12. Ray S. Sexual health for people living with HIV. Rep. Health Matters. 2007;15:67-92.
  13. Hankins C., Gendron S., Tran T., Lamping D., Lapointe N. Sexuality in Montreal women living with HIV. AIDS Care. 1997;9:261-71. doi: 10.1080/713613156
  14. Brickley D. B., Almers L., Kennedy C. E. Sexual and reproductive health services for people living with HIV: A systematic review. AIDS Care: Psychol. Sociomed. Aspects AIDS/HIV. 2011;23:303-14. doi: 10.1080/09540121.2010.507746
  15. Medical eligibility criteria for contraceptive use. 5th ed. Geneva: World Health Organization; 2015. Доступно по ссылке: http://www.euro.who.int/__data/assets/pdf_file/0005/348116/MEC-merged.pdf
  16. Barnes D. B., Murphy S. Reproductive decisions for women with HIV: Motherhood's role in envisioning a future. Qual. Health Res. 2009;19:481-91. doi: 10.1177/1049732309332835
  17. De Almeida A. N. S., Silveira L. C., da Silva M. R. F., Araújo M. Â. M., Guimarães T. A. Subjectivity and sexuality production in women living with HIV/AIDS: A sociopoetic production. Revista Latino-Am. Enfermagem. 2010;18:163-9. doi: 10.1590/s0104-11692010000200004
  18. Giles M. L., Hellard M. E., Lewin S. R., O'Brien M. L. The “work” of women when considering and using interventions to reduce mother-to-child transmission (MTCT) of HIV. AIDS Care. 2009;21:1230-7. doi: 10.1080/09540120902803166
  19. Gurevich M., Mathieson C. M., Bower J., Dhayanandhan B. Disciplining bodies, desires and subjectivities: Sexuality and HIV-positive women. Fem. Psychol. 2007;7:9-38. doi: 10.1080/073993302753429059
  20. Ingram D., Hutchinson S. A. Double binds and the reproductive and mothering experiences of HIV-positive women. Qual. Health. Res. 2000;10:117-32. doi: 10.1177/104973200129118282
  21. Jackson L. A., Millson M., Calzavara L. Community HIV prevention: What can we learn from the perception s and experiences of HIV-positive women living in metropolitan Toronto, Canada? Int. Quart. Comm. Health Edu. 1998;18:307-30.
  22. Keegan A., Lambert S., Petrak J. Sex and relationships for HIV-positive women since HAART: A qualitative study. AIDS Patient Care STDs. 2005;10:645-4. doi: 10.1136/sti.2004.013516
  23. Kelly C., Alderdice F., Lohan M., Spence D. Creating continuity out of the disruption of a diagnosis of HIV during pregnancy. J. Clin. Nurs. 2012;21:1554-62. doi: 10.1111/j.1365-2702.2011.04017.x
  24. Kirshenbaum S. B., Hirky A. E., Correale J. “Throwing the Dice”: Pregnancy decision-making among HIV-positive women in four U. S. cities. Persp. Sex. Reprod. Health. 2004;36:106-13. doi: 10.1363/psrh.36.106.04
  25. Psaros C., Barinas J., Robbins G. K., Bedoya C. A., Safren S. A., Park E. R. Intimacy and sexual decision making: Exploring the perspective of HIV positive women over 50. AIDS Patient Care STDs. 2012;26:755-60. doi: 10.1089/apc.2012.0256
  26. Siegel K., Schrimshaw E., Lekas H.-M. Diminished sexual activity, interest, and feelings of attractiveness among HIV-infected women in two eras of the AIDS epidemic. Arch. Sex. Behav. 2006;35:437-49. doi: 10.1007/s10508-006-9043-5
  27. De Lacey G., Walsh S., Jarman M. Keeping safe, keeping connected: A qualitative study of HIV-positive women's experiences of partner relationships. Psychol. Health. 2005;20:533-51.
  28. Sanders L. B. Women's voices: The lived experience of pregnancy and motherhood after diagnosis with HIV. J. Assoc. Nurses. AIDS. Care. 2008;19:47-57. doi: 10.1016/j.jana.2007.10.002
  29. Sanders L. B. Sexual behaviors and practices of women living with HIV in relation to pregnancy. J. Assoc. Nurses AIDS Care. 2009;20:62-8. doi: 10.1016/j.jana.2008.08.002
  30. Richter D. L., Sowell R. L., Pluto D. M. Factors affecting reproductive decisions of African American women living with HIV. Women Health. 2002;36:81-96. doi: 10.1300/J013v36n01_06
  31. Wesley Y., Smeltzer S. C., Redeker N. S., Walker S., Palumbo P., Whipple B. Reproductive decision making in mothers with HIV-1. Health Care Women Int. 2000;21:291-304. doi: 10.1080/073993300245159
  32. Sowell R. L., Misener T. R. Decisions to have a baby by HIV-infected women. West. J. Nurs. Res. 1997;19:56-70. doi: 10.1177/019394599701900104
  33. Siegel K., Schrimshaw E. W. Reasons and justifications for considering pregnancy among women living with HIV/AIDS. Psychol. Women Quart. 2001;25:112-3.
  34. Ogilvie G. S., Palepu A., Remple V. P., Burdge D. R. Fertility intentions of women of reproductive age living with HIV in British Columbia, Canada. AIDS. 2007;21:83-8. doi: 10.1097/01.aids.0000255090.51921.60
  35. Запорожан В. Н., Посохова С. П., Попова Т. В. Актуальные вопросы репродуктивного здоровья и планирования семьи у ВИЧ-инфицированных женщин. Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Медицина. 2009;(7):356-60.
  36. Harrington E. K., Newmann S. J., Onono M., Schwartz K. D., Bukusi E. A., Cohen C. R., Grossman D. Fertility intentions and interest in integrated family planning services among women living with HIV in Nyanza Province, Kenya: a qualitative study. Infect. Dis. Obstet. Gynecol. 2012;(2):80-96. doi: 10.1155/2012/809682. Epub 2012 Jul 12.
  37. Wanyenze R. K., Matovu J. K., Kamya M. R., Tumwesigye N. M., Nannyonga M., Wagner G. J. Fertility desires and unmet need for family planning among HIV infected individuals in two HIV clinics with differing models of family planning service delivery. BMC Womens Health. 2015;15:5. doi: 10.1186/s12905-014-0158-x
  38. Покровская А. В., Козырина Н. В., Гущина Ю. Ш., Юрин О. Г., Суворова З. К., Покровский В. В. Социально-демографический портрет пациента, живущего с ВИЧ и посещающего центры СПИД в России. Терапевтический архив. 2016;88(11):12-6. doi: 10.17116/terarkh2016881112-16
  39. Leshchenko O., Marianian A., Timofeeva E., Atalyan A., Balochova T., Plotnicova Y., et al. HIV infection in men and women of reproductive age. Alcoholism: Clinical and Experimental Research. 2017;41(6):150A.
  40. Marianian A., Timofeeva E., Atalyan A., Leshchenko O. Alcohol use, pregnancy planning, and reproductive health concerns in people living with HIV/AIDS in Russia. Alcoholism: Clinical and Experimental Research. 2018;42(6):76.
  41. Leshchenko O., Genich E. Sex behavior and reproductive attitudes of HIV-positive men and women. Maturitas. 2019;124:152-3. doi: 10.1016/j.maturitas.2019.04.121
  42. Генич Е. В., Лещенко О. Я., Даренская М. А., Шолохов Л. Ф. Состояние нейроэндокринной регуляции и овариального резерва у ВИЧ-инфицированных женщин с репродуктивными нарушениями. Acta Biomedica Scientifica. 2018;3:116-20. doi: 10.29413/ABS.2018-3.3.18
  43. Kolesnikova L. I., Kolesnikov S. I., Darenskaya M. A., Grebenkina L. A., Timofeeva E., Leshenko O. Ya. Menstrual and reproductive function in women with HIV-infection and antioxidant vitamins deficiency. AIDS. 2014;5(12):1-5. doi: 10.4172/2155-6113.1000382
  44. Leshchenko O., Genich E. Susceptible hormones in women with HIV-infection and displeasure. BJOG: Int. J. Obstet. Gynaecol. 2019;126(S2):217-24. doi: 10.1111/1471-0528.20_15703
  45. Cecchini D., Urueña A., Trinidad P., Vesperoni F., Mecikovsky D. HIV and pregnancy: maternal and neonatal evolution. Medicina (B Aires). 2011;71(5):432-6.
  46. Narasimhan M., Ganatra B., Kennedy C. E., Kennedy C. E., Saleem H. T. Medical and surgical abortion for women living with HIV. Cochrane Database Syst Rev. 2017;(11):CD012834. doi: 10.1002/14651858.CD012834
  47. Boer K., Nellen J. F., Patel D., Timmermans S., Tempelman C., Wibaut M., Sluman M. A., van der Ende M. E., Godfried M. H. The AmRo study: pregnancy outcome in HIV-1-infected women under effective highly active antiretroviral therapy and a policy of vaginal delivery. BJOG. 2007;114(2):148-55. doi: 10.1111/j.1471-0528.2006.01245
  48. Islam S., Oon V., Thomas P. Outcome of pregnancy in HIV-positive women planned for vaginal delivery under effective antiretroviral therapy. J. Obstet Gynaecol. 2010;30(1):38-40. doi: 10.3109/01443610903383358
  49. Dos Reis H. L., Araujo K. S., Ribeiro L. P., Da Rocha D. R., Rosato D. P., Passos M. R., Merçon De Vargas P. R. Preterm birth and fetal growth restriction in HIV-infected Brazilian pregnant women. Rev. Inst. Med. Trop. Sao. Paulo. 2015;57(2):111-20. doi: 10.1590/S0036-46652015000200003
  50. Gout C., Rougier N., Oger P., Dorphin B. Assisted Reproductive Technologies in HIV patients: a comprehensive review of indications, techniques and results. Gynecol. Obstet Fertil. 2011;39(12):704-8. doi: 10.1016/j.gyobfe.2011.07.029
  51. Wessman M., Westling K., Aho I. Major differences in assisted reproductive treatments offered to HIV-1 infected patients in the Nordic countries. Scand. J. Infect. Dis. 2012;44(5):402-4. doi: 10.3109/00365548.2011.649491
  52. Savasi V., Mandia L., Laoreti A., Cetin I. Reproductive assistance in HIV serodiscordant couples. Hum. Reprod. Update. 2013;19(2):136-50. doi: 10.1093/humupd/dms046
  53. Nurudeen S. K., Grossman L. C., Bourne L., Guarnaccia M. M., Sauer M. V., Douglas N. C. Reproductive outcomes of HIV seropositive women treated by assisted reproduction. J. Womens Health (Larchmt). 2013;22(3):243-9. doi: 10.1089/jwh.2012.3855
  54. Kol S., Tannus S., Lightman A., Itskovitz J. Assisted reproductive technology in the presence of chronic viral disease. Harefuah. 2014;153(3-4):155-8, 240, 239.
  55. Barnes A., Riche D., Mena L., Sison T., Barry L., Reddy R. Efficacy and safety of intrauterine insemination and assisted reproductive technology in populations serodiscordant for human immunodeficiency virus: a systematic review and meta-analysis. Fertil. Steril. 2014;102(2):424-34. doi: 10.1016/j.fertnstert.2014.05.001. Epub 2014 Jun 18. Review.
  56. Senise J. S., Bonafé A. Castelo. The management of HIV-infected pregnant women. Curr. Opin. Obstet. Gynecol. 2012;24(6):395-401.
  57. Jao J., Sigel K. M., Chen K. T., Rodriguez-Caprio G., Posada R. Small for gestational age birth outcomes in pregnant women with perinatally acquired HIV. AIDS. 2012;26(7):855-9. doi: 10.1097/QAD.0b013e328351f6ef
  58. Van Zyl C., Visser M. J. Reproductive desires of men and women living with HIV: implications for family planning counselling. Reprod. Biomed. Online. 2015;31(3):434-42. doi: 10.1016/j.rbmo.2015.06. 004. Epub 2015 Jun 16.
  59. Makwe C. C., Giwa-Osagie O. F. Sexual and reproductive health in HIV serodiscordant couples. Afr. J. Reprod. Health. 2013;17(4 Spec No):99-106. Review.

Statistics

Views

Abstract - 75

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2020 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 (495) 916-29-60

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 (495) 916-29-60
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies