The medical nurses: the factors of professional burning-out

Abstract


Nowadays, the professional burnout of paramedical personnel becomes a serious health care problem, resulting in productivity loss and medical care costs increase. The most effective mean to prevent the mentioned burnout is elimination of risk factors. The study purpose is to identify such factors (both positive or negative ones) and to quantify their contribution into development of professional burnout as exemplified by paramedical personnel in the Tomsk Oblast of Russia. The study sampling included 2,486 paramedicals as respondents. The sociological survey was carried out using questionnaire that included the Maslach Burnout Inventory tool and questions to assess corresponding factors of social, professional, economic and physical spheres of life. The study established high prevalence of high degree (29.57%) and extremely high degree (37.01%) of professional burnout in respondents. The following factors were associated with decrease in likelihood of burnout: advanced age (r = -0.089), married status (OR = 0.7; 95% CI 0.6-0, 9), higher number of children in family (r = -0.088), adequate sleep (r = -0.046), amount of time spent on sports per day (r = -0.167). The following factors were associated with increase in the likelihood of burnout: self-reported lack of sleep (OR = 2.1; 95% CI 1.8-2.5), frequent night shift work (r=0.082). The multiple linear regression analysis was applied with selection of model using the Akaike criterion: two mathematical models were formed for the integral value of professional burnout and its “Emotional exhaustion” sub-scale. The models described 15% and 20% of dispersion, respectively. The models allow both to quantify particular contributing factors to development of this syndrome and to develop programs of strengthening positive factors and mitigate negative ones. This will prevent development of professional burnout in paramedical personnel in the Tomsk Oblast.

Full Text

Введение От эффективности работы среднего медицинского персонала зависят качество и безопасность медицинской помощи, что предъявляет высокие требования не только к их знаниям и практическим навыкам, но и к эмоциональному облику, умению взаимодействовать в команде, а также проявлению профессионализма при общении с пациентами и их родственниками. Зачастую от этих умений зависит удовлетворенность пациента, которая в настоящее время является интегрированным показателем пациент-ориентированности медицинских организаций [1]. Одним из главных факторов, которые негативно влияют на коммуникационные компетенции среднего медицинского персонала, является характерный для представителей «помогающих» профессий синдром профессионального выгорания (ПВ); его высокая распространенность среди медицинских сестер и врачей показана во многих исследованиях в России и за рубежом [2-4]. В нашей предыдущей работе продемонстрировано, что лишь менее 1% медицинских сестер, принявших участие в исследовании, не имели признаков ПВ, у каждого пятого респондента была средняя степень выгорания, а у каждого третьего - высокая или крайне высокая [5]. Проспективные исследования за рубежом показывают, что профилактика развития ПВ, основанная на разработке упреждающих мер, возможна только при определении связи уровня выгорания с факторами социального, профессионального и экономического аспектов жизни представителей среднего медицинского персонала [6]. Усиление защитных и нивелирование провоцирующих факторов за счет реализации конкретных мер позволяет снизить общий уровень выгорания и тем самым повысить качество и безопасность медицинской помощи. В связи с этим целью данной работы является изучение факторов ПВ медицинских сестер, что позволит положить начало разработке актуальных мер по нивелированию данной проблемы на территории Российской Федерации. Материалы и методы В рамках исследования была разработана анкета, которая состояла из 41 вопроса, направленного на оценку факторов жизни медицинского персонала: социальных (пол, возраст, состояние в браке, количество детей, бытовые условия), профессиональных (специальность, нагрузка на рабочем месте, организация трудового распорядка, комфорт на рабочем месте) и экономических (связанных с финансовым доходом и выплатами). В анкету также была включена сокращенная версия опросника Maslach Burnout Inventory (MBI) в русскоязычной адаптации, определяющего синдром эмоционального выгорания в трех субшкалах: эмоционального истощения (проявляется в сниженном эмоциональном фоне, равнодушии или эмоциональном перенасыщении), деперсонализации (деформация отношений с другими людьми, проявляющееся усиление негативизма, циничности установок и чувств по отношению к пациентам или клиентам) и редукции личных достижений (негативная самооценка, занижение своих профессиональных достижений и успехов, занижение собственного достоинства) [7, 8]. Высокие оценки по шкалам эмоционального истощения и деперсонализации в совокупности с низкими оценками по шкале персональных достижений (обратная шкала) указывают на наличие у субъекта состояния профессионального выгорания. Участие в опросе было анонимным и добровольным. Заполненная анкета считалась подписанным информированным согласием респондента на участие в исследовании и разрешением на обработку предоставленных данных, о чем свидетельствовала соответствующая запись в начальной части опросника. Для статистической обработки результатов исследования использовался пакет программ Statistica for Windows version 10.0. Качественные данные были представлены в виде абсолютных или относительных (%) частот, количественные - в виде M±m, где M - среднее арифметическое, m - стандартное отклонение. Нулевая гипотеза (об отсутствии различия значений между группами) отвергалась при p<0,05. По результатам оценки профессионального выгорания вся выборка была разделена на две группы - с отсутствием и легкой степенью выгорания (оценивалась как группа без выгорания) и со средней, высокой и крайне высокой степенью выгорания (оценивалась как группа с выгоранием). Для оценки различия средних в попарно несвязанных выборках использовался U-критерий Манна-Уитни, для номинативных переменных рассчитывалось отношение шансов. Проведен линейный регрессионный анализ с выбором наилучшей модели при помощи критерия Акаике, когда наименьшее число независимых переменных описывают наибольшую часть дисперсии [9]. Результаты исследования В исследовании приняли участие 2486 средних медицинских работников Томской области. Описание основных характеристик респондентов представлено в табл. 1. Данные об общем уровне выгорания в исследуемой популяции представлены в предыдущих наших работах, которые демонстрируют, что только у 0,68% (n=17) респондентов, принявших участие в исследовании, нет признаков ПВ, 14,04% имели низкую степень ПВ, 18,7% - среднюю, 29,57% - высокую и 37,01% - крайне высокую [5]. Из числа социальных факторов протективное влияние на уровень интегрального значения ПВ оказывали более старший возраст (r = -0,089), нахождение в браке (ОШ=0,7; 95% ДИ 0,6-0,9), большее количество детей в семье (r = -0,088), большая продолжительность ежедневного сна (r = -0,046), а также количество времени в сутки, потраченного на занятия спортом (r = -0,167). При этом только ощущение дефицита сна оказалось значимым предиктором высокого уровня ПВ средних медицинских работников (ОШ=2,1; 95% ДИ 1,8-2,5; табл. 2). ps202102.4htm00087.jpg Профессиональными факторами, которые ассоциируются с низким уровнем ПВ, оказались более продолжительный общий стаж среднего медицинского работника (r = -0,105), использование отпуска целиком (ОШ=0,8; 95% ДИ 0,7-0,9) и высокая удовлетворенность оснащением рабочего места (ОШ=0,6; 95% ДИ 0,5-0,8). Большинство факторов, связанных с нагрузкой (количество занимаемых ставок по медицинским должностям; r=0,057), и по всем должностям (r=0,041), ночных дежурств (r=0,082), продолжительность рабочей недели (r=0,056) и затраты времени в пути к месту работы (r=0,042), определяли повышенный уровень интегрального значения ПВ (см. табл. 2). Из числа экономических протективными факторами оказались суммарный средний доход на одного члена семьи (r = -0,043) и величина ежемесячных выплат по кредитам (r = -0,043). Стоит отметить, что для всех остальных групп факторов существенных различий в субпопуляциях город / сельская местность, а также при стратификации по полу по сравнению с общей популяцией выявлено не было. Кроме того, все выявленные ассоциации характеризовались слабой корреляцией, которая тем не менее была статистически значима. Поскольку все статистически значимые корреляции оказались слабыми, а также с целью определения совокупного влияния факторов и построения математической модели, описывающей формирование ПВ, был проведен множественный линейный регрессионный анализ с выбором наилучшей модели при помощи критерия Акаике (табл. 3). Анализ проведен с учетом всех трех субшкал, а также интегрального значения ПВ. Статистически значимыми и описывающими наибольшую дисперсию оказались модели для субшкалы «Эмоциональное истощение» и интегрального значения выгорания. «Свободный член» - это уровень эмоционального истощения, наблюдаемый при условии, что все количественные ps202102.4htm00089.jpg переменные равны нулю, а номинативные принимают первое значение (например, у респондента отсутствуют хронические заболевания, он находится в браке). Коэффициенты перед различными градациями номинативных характеристик (наличие хронического заболевания, работа в районной медицинской организации, уровень комфорта на рабочем месте) говорят о том, насколько изменится уровень эмоционального истощения при переходе от одной градации к другой с учетом того, что остальные переменные не изменяются. Например, при появлении хронических заболеваний значение по данной субшкале увеличится на 2,12 пункта. Если градаций больше двух, то коэффициент означает переход с каждой из них на последующую. Каждый коэффициент при количественной характеристике (среднее количество суточных, по 24 ч, дежурств в месяц, количество рабочих дней в неделю по всем должностям и время, затраченное в среднем в сутки на занятия спортом) означает величину роста уровня эмоционального истощения при единичном увеличении. Например, увеличение времени в сутки на занятия спортом на 1 ч приведет к уменьшению данной субшкалы на 2,6 пункта. Аналогичным образом описываются результаты, полученные при множественном линейном регрессионном анализе для интегрального (итогового) значения ПВ средних медицинских работников (табл. 4). Множественный линейный регрессионный анализ не только подтвердил все корреляции, указанные ранее, но также позволил дать их более детальную количественную оценку и сформировать математическую модель, позволяющую предсказывать наличие у среднего медицинского персонала эмоционального истощения и значение интегрального показателя ПВ. Продемонстрировано, какие факторы вносят наибольший вклад в развитие ПВ у среднего медицинского персонала. Обобщенные результаты анализа представлены в табл. 5. Заключение Впервые в России было проведено масштабное исследование факторов, ассоциированных с ПВ среднего медицинского персонала, на практически сплошной популяции отдельного региона - Томской области. Вопреки расхожему мнению, экономические факторы, такие как суммарный средний доход на одного члена семьи и сумма ежемесячных выплат по кредитам, оказывали наименьшее влияние на развитие симптомов ПВ [9]. На первом месте оказались параметры, которые были связаны с организацией труда среднего медицинского персонала: наличие индивидуального графика отпуска, соотнесенного с пожеланиями работника, комфорт на рабочем месте, а также использование перерыва на обед. Кроме того, статистически значимыми и протективными по отношению к ПВ являются благоприятные факторы социальной сферы среднего медицинского персонала: состояние в браке, наличие грамот, благодарственных писем или наград за трудовую деятельность. Стоит отдельно отметить влияние физического состояния средних медицинских работников на развитие ПВ: ощущения дефицита сна, наличие хронических заболеваний и занятия спортом. Результаты данного исследования коррелируют с рядом зарубежных метаанализов и систематических обзоров, демонстрируя, однако, некоторые отличия от усредненных трендов [10-13]. На основании проведенной работы можно не только сделать выводы о необходимости разработки таргетных профилактических мер развития ПВ при совершенствовании кадровой политики в сфере здравоохранения, а также выявить наиболее значимые мероприятия в данном направлении. Этими мероприятиями могут стать, например, модернизация рабочего места медицинской сестры, повышение уровня его комфортности. Подобные решения были реализованы в Сибирском государственном медицинском университете (СибГМУ) в рамках федерального проекта «Бережливая поликлиника» [14]. В проекте «Инновационные технологии в работе медицинских сестер клиник СибГМУ» в качестве инструмента оптимизации работы медицинских сестер использовались технологии бережливого производства, что позволило существенно увеличить удовлетворенность указанной категории сотрудников рабочими местами и повысить эффективность их деятельности. Исследование позволяет также сделать вывод о том, что при развитии кадровой политики необходимо реализовывать такие мероприятия, как рациональное составление графика отпусков и его соотнесение с пожеланиями работников, создание систем нематериального поощрения работы среднего медицинского персонала, корпоративные занятия физической культурой, медитацией и йогой, а также обеспечение доступа средних медицинских работников к спортивной инфраструктуре [15]. Именно таргетные мероприятия, нивелирующие негативные факторы и усиливающие протективные, позволят предупреждать развитие ПВ и уменьшать последствия его распространения среди среднего медицинского персонала. Исследование не имело спонсорской поддержки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

O. S. Kobyakova

Siberian State Medical University


I. A. Deev

Siberian State Medical University


E. S. Kulikov

Siberian State Medical University


D. S. Tyufilin

Siberian State Medical University

Email: dtufilin@gmail.com

M. O. Pleshkov

Tomsk State University; Maastricht University Medical Center


K. V. Homyakov

Siberian State Medical University


A. N. Levko

Siberian State Medical University


M. V. Balaganskaya

Siberian State Medical University


T. A. Zagromova

Siberian State Medical University


References

  1. Садовой М. А., Кобякова О. С., Деев И. А., Куликов Е. С., Табакаев Н. А., Тюфилин Д. С., Воробьева О. О. Удовлетворенность качеством медицинской помощи: «всем не угодишь» или «пациент всегда прав». Бюллетень сибирской медицины. 2017;(1):152-61. doi: 10.20538/1682-0363-2017-1-152-161
  2. Dewa C. S., Loong D., Bonato S. The relationship between physician burnout and quality of healthcare in terms of safety and acceptability: a systematic review. BMJ Open. 2017;7(6):e015141. doi: 10.1136/bmjopen-2016-015141
  3. Кобякова О. С., Деев И. А., Куликов Е. С., Хомяков К. В., Тюфилин Д. С., Загромова Т. А., Балаганская М. А. Профессиональное выгорание врачей различных специальностей. Здравоохранение Российской Федерации. 2017;(1):322-9. doi: 10.18821/0044-197Х-2017-61-6-322-329
  4. Monsalve-Reyes C. S., San Luis-Costas C., Gómez-Urquiza J. L., Albendín-García L., Aguayo R., Cañadas-De la Fuente G. A. Burnout syndrome and its prevalence in primary care nursing: a systematic review and meta-analysis. BMC Family Practice. 2018;19(1):59. doi: 10.1186/s12875-018-0748-z
  5. Кобякова О. С., Деев И. А., Куликов Е. С., Хомяков К. В., Пименов И. Д., Загромова Т. А., Балаганская М. А. Профессиональное выгорание среднего медицинского персонала: насколько, как и где? Общественное здоровье и здравоохранение. 2017;(3):18-24.
  6. Friganović A. Healthy Settings in Hospital - How to Prevent Burnout Syndrome in Nurses: Literature Review. Acta Clin. Croatica. 2017;56(2):292-8. doi: 10.20471/acc.2017.56.02.13
  7. Maslach C., Jackson S. E., Leiter M. P. Maslach Burnout Inventory Manual. California: CPP, Inc.; 1996.
  8. Водопьянова Н. Е. Синдром выгорания: Диагностика и профилактика. СПб.; 2005.
  9. Kim S. H., Cohen A. S., Cho S.-J., Eom H. J. Use of Information Criteria in the Study of Group Differences in Trace Lines. Appl. Psychol. Measur. 2019;43(2):95-112. doi: 10.1177/0146621618772292
  10. Gómez-Urquiza J. L., Monsalve-Reyes C. S., San Luis-Costas C., Fernández-Castillo R., Aguayo-Estremera R., Cañadas-de la Fuente G. A. Factores de riesgo y niveles de burnout en enfermeras de atención primaria: una revisión sistemática. Atención Primaria. 2017;49(2):77-85. doi: 10.1016/j.aprim.2016.05.004
  11. Molina-Praena J., Ramirez-Baena L., Gómez-Urquiza J. L., Cañadas G. R., De la Fuente E. I., Cañadas-De la Fuente G. A. Levels of Burnout and Risk Factors in Medical Area Nurses: A Meta-Analytic Study. Int. J. Environ. Res. Public Health. 2018;(15):2800.
  12. Queiros C., Carlotto M. S., Kaiseler M., Dias S., Pereira A. M. Predictors of burnout among nurses: An interactionist approach. Psicothema. 2013;(25):330-5. doi: 10.7334/psicothema2012.246
  13. Cañadas-De la Fuente G. A., Ortega E., Ramirez-Baena L., De la Fuente-Solana E. I., Vargas C., Gómez-Urquiza J. L. Gender, Marital Status, and Children as Risk Factors for Burnout in Nurses: A Meta-Analytic Study. Int J Environ Res Public Health. 2018;15(10):2102. doi: 10.3390/ijerph15102102
  14. Приоритетный проект Министерства здравоохранения Российской Федерации «Создание новой модели медицинской организации, оказывающей первичную медико-санитарную помощь». Утвержден президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам (протокол от 26 июля 2017 г. № 8). Режим доступа: https://www.rosminzdrav.ru/ministry/61/22/informatsionnye-materialy-po-napravleniyu-strategicheskogo-razvitiya-rossiyskoy-federatsii-zdravoohranenie/sozdanie-novoy-modeli-meditsinskoy-organizatsii-okazyvayuschey-pervichnuyu-mediko-sanitarnuyu-pomosch (дата обращения 07.03.2019).
  15. Thimmapuram J. R., Grim R., Bell T., Benenson R., Lavallee M., Modi M., Noll D., Salter R. Factors Influencing Work-Life Balance in Physicians and Advance Practice Clinicians and the Effect of Heartfulness Meditation Conference on Burnout. Glob. Adv. Health Med. 2019;(8): 2164956118821056. doi: 10.1177/2164956118821056

Statistics

Views

Abstract - 33

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2021 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Телефон: +7 (495) 916-29-60

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
National research Institute of public health named after N. A. Semashko

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 (495) 916-29-60
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies