Features of psychosomatization of medical PERSONNEL with occupational deformities

Abstract


The purpose of the study is to identify the characteristics of psychosomatization of medical workers with occupational deformities. Of the 6,830 medical workers surveyed, 816 were selected with severe occupational deformities in order to further determine their psychosomatization characteristics. Used: Maslach Burnout Inventory (MBI), Modification Maslach Burnout Inventory (mod MBI), Mental Burnout Definition Questionnaire (MBDQ), Questionnaire for Identifying Problems and Their Impact on Health (QIPTIH), Psychosomatics of Our Lives (POL), Giessen somatic complaint questionnaire (GSCQ). Mathematical and statistical processing included descriptive statistics, C. Pearson's correlation criterion, and Cheddock's table for determining the tightness (strength) of correlation (weak - <0.3, moderate - 0.3-0.5, noticeable - 0.5-0.7, high - 0.7-0.9, very high - >0.9).Medical workers with a high level of emotional / psycho-emotional exhaustion (57.57) have a higher average level with a tendency to a high level of professional deformations in general (116.36), a higher average level of reduction of personal achievements/reduction of professional motivation (33.67) and an average level of depersonalization/personal distance (20.70) dominates emotional/psycho-emotional exhaustion, which determines a high level of complaints about the activity of the cardiovascular system (heart complaints) (16.93; high connection 0.83) and pressure (intensity) of complaints in general (77.85; high connection 0.67), above average complaints about the activity of the digestive (8.56; marked connection 0.59) and respiratory (8.29; marked connection 0.62) systems, gastric complaints (18.25; marked connection 0.59), the average level of complaints about the activity of the musculoskeletal system (6.04; moderate connection 0.43), complaints on negative skin reactions (5.69; moderate association 0.46), pain in various parts of the body or rheumatismal factor (13.98; moderate bond 0.48). The psychosomatization of medical workers with occupational deformities develops according to the coronary type, which gives reason to recommend medical workers to systematically diagnose, prevent and treat disorders of the cardiovascular system.

Full Text

Введение Субъективное переживание медицинскими работниками (МР) наличия таких профессиональных деформаций, как деперсонализационные изменения/отдаление личностного характера, истощение в эмоциональном/психоэмоциональном плане, редукционные процессы в области личных достижений/профессиональной мотивации [1, 2], сопряжено с физиологическими симптомами стресса, в частности профессионального (аллергические реакции; аритмия; блуждающие трудно определяемые боли; инфекционные и простудные заболевания; нарушение деятельности пищеварительной системы; нехватка воздуха при вдохе; ощущение кома в горле; резкая потеря или увеличение веса тела; систематические головные боли; спад остроты зрения; спазматические боли в животе и др.) [3, 4] и нервно-психического напряжения (НПН) (болевые ощущения; изменение двигательной активности; напряжение; нарушения координации движений, внимания, памяти, речи и сна; неадекватная окраска кожных покровов; неприятное психическое состояние, состояние слизистой оболочки полости рта и эмоциональное состояние; неприятные ощущения со стороны выделительной системы, желудочно-кишечного тракта, органов дыхания и сердечно-сосудистой системы; неуверенность в себе; повышенная восприимчивость к внешним раздражителям; понижение мышечного тонуса и настроения; психический и физический дискомфорт; снижение помехоустойчивости, сообразительности и умственной работоспособности; температурные ощущения; усиленное потоотделение и др.) [5, 6], что негативно сказывается не только на эффективности профессиональной деятельности [7], но и на индивидуально-психологических особенностях МР [8], а также на их поведении [9] и других сферах жизнедеятельности [10, 11]. Цель исследования - выявить физиологические симптомы НПН МР как фактора возникновения у них профессиональных деформаций. Материалы и методы Из 6830 опрошенных МР отобраны 816 с выраженными профессиональными деформациями с целью дальнейшего выявления у них особенностей НПН. Диагностирование составляющих профессиональных деформаций МР проводили по блоку методик: •опросник на выгорание Maslach Burnout Inventory (MBI) [12, 13] и его модификация (mod MBI) [12, 14], направленные на определение истощения в эмоциональном плане (ИЭП), деперсонализационных изменений (ДИ), редукционных процессов в области личных достижений (РПОЛД) и профессиональных деформаций вообще (∑ПД) в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой [15]; •опросник определения психического выгорания (ООПВ) [16, 17], направленный на выявление истощения в психоэмоциональном плане (ИПЭП), отдаления личностного характера (ОЛХ), редукционных процессов в области профессиональной мотивации (РПОПМ) и профессиональных деформаций вообще (∑ПД) в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой [15]. Установление физиологических симптомов НПН МР с профессиональными деформациями организовано путем апробации: 1) анкеты оценки нервно-психической устойчивости «Прогноз» (АОНПУ П) [18], направленной на установление наличия НПН, в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой (табл. 1); 2) опросника НПН (ОНПН) [19], направленного на выявление степени НПН и отдельных физиологических симптомов в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой (табл. 1): •наличие физического дискомфорта (НФД); •наличие болевых ощущений (НБО); •неприятные температурные ощущения (НТО); •понижение мышечного тонуса (ПМТ); •нарушение координации движений (НКД); •изменение двигательной активности в целом (ИДАЦ); •неприятные ощущения со стороны сердечно-сосудистой системы (НОС ССС); •неприятные ощущения со стороны желудочно-кишечного тракта (НОС ЖКТ); •неприятные проявления со стороны органов дыхания (НПС ОД); •неприятные проявления со стороны выделительной системы (НПС ВС); •усиление потоотделения (УП); •неприятное состояние слизистой оболочки полости рта (НССОПР); •неадекватная окраска кожных покровов (НОКП); •повышение восприимчивости к внешним раздражителям (ПВВР); •снижение уверенности в себе (СУС); •снижение настроения (СН); •нарушения сна (НС); •неприятное эмоциональное состояние в целом (НЭСЦ); •снижение помехоустойчивости (СП); •нарушения речи (НР); •неприятная оценка психического состояния (НОПС); •нарушения памяти (НП); •нарушения внимания (НВ); •снижение сообразительности (СС); •снижение умственной работоспособности (СУР); •неприятные явления психического дискомфорта (НЯПД); •распространение признаков напряжения (РПН); •частота возникновения состояния напряжения (ЧВСН); •продолжительность состояния НПН (ПСНПН); •общая выраженность напряжения (ОВН); ps2020s2.4htm00113.jpg 3) теста на стрессоустойчивость и стрессочувствительность (ТСС) 34, направленного на определение уровня НПН и отдельных показателей, в модификации интерпретации результатов О. Б. Поляковой (табл. 1): •повышенной реакции на обстоятельства (ПРО); •склонности все излишне усложнять (СВИУ); •предрасположенности к психосоматическим заболеваниям (ППЗ); •деструктивных способов преодоления стрессов (ДСПС); •конструктивных способов преодоления стрессов (КСПС); •увеличения постоянного стресса за последние 3 года (УПС). Для математико-статистической обработки данных использовали совокупность описательной статистики, критерий корреляции Пирсона и таблицы Чеддока для определения тесноты (силы) связи корреляции (<0,3 - слабая, 0,3-0,5 - умеренная, 0,5-0,7 - заметная, 0,7-0,9 - высокая, >0,9 - весьма высокая). Результаты исследования У МР определены высокий уровень истощения в эмоциональном (51,64) и психоэмоциональном плане (69,43); выше среднего уровень редукционных процессов в области личных достижений (35,38) и профессиональной мотивации (30,25); выше среднего уровень с тенденцией к высокому уровню профессиональных деформаций (103,04 и 129,63); средний уровень деперсонализационных изменений (16,02) и отдаления личностного характера (29,95) (табл. 2). У МР с профессиональными деформациями при среднем уровне НПН (38,04, 60,92, 114,51 и 213,47 соответственно) выявлены следующие физиологические симптомы НПН (табл. 2): 1) выше среднего уровень: •склонности все излишне усложнять (33,05, беспокойный сон, застенчивость, излишне серьезное отношение к работе, мысли о возможных неприятностях, пессимизм, робость, склонность подмечать негатив, стеснительность, страх перед будущим); •неприятных ощущений со стороны сердечно-сосудистой системы (2,59, боли в области сердца, ощущение сжатия в области сердца, покалывание, учащенное сердцебиение); •общей выраженности напряжения (2,59, выраженное и чрезмерное НПН); •изменение двигательной активности в целом (2,40, усиление двигательной активности, неспособность усидеть на месте, повышенная суетливость, болезненное желание изменять положение тела, двигаться и ходить); •неприятных явлений психического дискомфорта (2,39, неприятное психическое состояние, снижение самочувствия, мешающее выполнению работы); •неприятных проявлений со стороны органов дыхания (2,38, комок в горле, недостаточность вдоха, одышка); •продолжительности состояния НПН (2,37, длительность напряжения, наличие напряжения даже после исчезновения стрессогенных факторов); •неприятных температурных ощущений (2,36, похолодание конечностей, озноб); •повышения восприимчивости к внешним раздражителям (2,34, обострение чувствительности, отвлекаемость, фиксация на посторонних раздражителях); •нарушений сна (2,34, беспокойный сон, частые пробуждения, неприятные сновидения); 2) средний уровень: •повышенной реакции на обстоятельства (30,28, обращение внимания не только на трудные производственные ситуации, но и на высокие цены, испортившуюся погоду, критику извне и т. д.); •деструктивных способов преодоления стрессов (23,06, часто вкусная еда, сигареты и телевизор, реже агрессия и алкоголь); •предрасположенности к психосоматическим заболеваниям (22,97, ситуативно наблюдаются боли в области сердца, головные боли, дрожь конечностей, затрудненность дыхания, напряжение, повышенная утомляемость, проблемы с желудком, учащение сердцебиения); •увеличения постоянного стресса за последние 3 года (3,14, профессиональный стресс в наличии, практически не изменился); •распространения признаков напряжения (2,21, отчетливость симптомов напряжения); •неприятных ощущений со стороны желудочно-кишечного тракта (2,14, легкий голод, подсасывание в подложечной области, урчание в животе); •понижения мышечного тонуса (2,07, умеренный мышечный тонус, умеренное мышечное напряжение); •частоты возникновения состояния напряжения (2,05, частое развитие напряжения при наличии стрессогенных факторов); •нарушений внимания (1,95, попытки поддержать сосредоточенность); •наличия физического дискомфорта (1,95, неприятные ощущения, не мешающие выполнению работы и не причиняющие серьезного беспокойства); •неадекватной окраски кожных покровов (1,93, покраснение кожи лица, рук, шеи); •неприятных проявлений со стороны выделительной системы (1,92, учащенное желание воспользоваться туалетом, способность воздержаться (терпеть)); •неприятной оценки психического состояния (1,92, попытки поддержать готовность к работе, душевные силы, мобилизованность и психический тонус); •нарушений памяти (1,88, относительно легкое припоминание необходимой информации); •усиления потоотделения (1,85, умеренное потоотделение); •неприятного эмоционального состояния в целом (1,85, озабоченность, повышенная ответственность, азарт, положительно окрашенная злость); •наличия болевых ощущений (1,82, болевые ощущения, изредка появляющиеся, быстро исчезающие и не мешающие выполнению работы); •снижения уверенности в себе (1,81, попытки поддержать мотивацию к успеху и уверенность в себе); •снижения умственной работоспособности (1,80, легкая утомляемость после умственной работы); 3) ниже среднего уровень: •конструктивных способов преодоления стрессов (2,01, чаще анализ действий, общение с друзьями, поиск решений, смена деятельности, сон, реже изменение поведения в зависимости от ситуации, отдых, физическая активность); •неприятного состояния слизистой оболочки полости рта (1,72, практическое отсутствие каких-либо изменений слизистой полости рта); •нарушения координации движений (1,71, координация движений практически неизменная); •снижения помехоустойчивости (1,70, практическое отсутствие каких-либо изменений помехоустойчивости); •снижения настроения (1,68, практически неизменное настроение); •снижения сообразительности (1,67, практическое отсутствие изменений сообразительности); •нарушений речи (1,53, практически неизменная речь без запинок и пауз). С помощью математико-статистической обработки данных установлены: 1) высокая связь между истощением в эмоциональном/психоэмоциональном плане и изменением двигательной активности в целом (0,825), нарушениями сна (0,875), неприятными ощущениями со стороны сердечно-сосудистой системы (0,78), неприятными проявлениями со стороны органов дыхания (0,79), неприятными температурными ощущениями (0,81), неприятными явлениями психического дискомфорта (0,80), общей выраженностью напряжения (0,875), повышением восприимчивости к внешним раздражителям (0,765), продолжительностью состояния НПН (0,835), склонностью все излишне усложнять (0,87); профессиональными деформациями вообще и изменением двигательной активности в целом (0,64), нарушениями сна (0,675), неприятными ощущениями со стороны сердечно-сосудистой системы (0,655), неприятными проявлениями со стороны органов дыхания (0,585), неприятными температурными ощущениями (0,645), неприятными явлениями психического дискомфорта (0,60), общей выраженностью напряжения (0,71), повышением восприимчивости к внешним раздражителям (0,61), продолжительностью состояния НПН (0,635), склонностью все излишне усложнять (0,625); 2) заметная связь между редукционными процессами в области личных достижений/профессиональной мотивации и изменением двигательной активности в целом (0,60), нарушениями сна (0,655), неприятными ощущениями со стороны сердечно-сосудистой системы (0,695), неприятными проявлениями со стороны органов дыхания (0,575), неприятными температурными ощущениями (0,675), неприятными явлениями психического дискомфорта (0,585), общей выраженностью НПН (0,78), повышением восприимчивости к внешним раздражителям (0,59), продолжительностью состояния НПН (0,61), склонностью все излишне усложнять (0,61); ps2020s2.4htm00115.jpg 3) умеренная связь между деперсонализационными изменениями/отдалением личностного характера и изменением двигательной активности в целом (0,50), нарушениями сна (0,485), неприятными ощущениями со стороны сердечно-сосудистой системы (0,485), неприятными проявлениями со стороны органов дыхания (0,39), неприятными температурными ощущениями (0,455), неприятными явлениями психического дискомфорта (0,405), общей выраженностью НПН (0,47), повышением восприимчивости к внешним раздражителям (0,475), продолжительностью состояния НПН (0,46), склонностью все излишне усложнять (0,395). Обсуждение Результаты выявления физиологических симптомов НПН МР с профессиональными деформациями коррелирует с выявлением НПН МР [5, 6], описанием синдрома эмоционального выгорания и профессиональной деформации МР [1, 2], установлением негативного влияния НПН и профессиональных деформаций на профессиональную деятельность МР [7, 15], их индивидуально-психологические особенности [8], поведение [9] и другие сферы жизнедеятельности [10, 11], характеристикой физиологических симптомов стресса, в частности профессионального [3, 4]. Выводы Таким образом, основными физиологическими симптомами среднего уровня НПН МР с профессиональными деформациями (доминирующим высоким уровнем истощения в эмоциональном и психоэмоциональном плане; выше среднего уровнем редукционных процессов в области личных достижений и профессиональной мотивации; выше среднего уровнем с тенденцией к высокому уровню профессиональных деформаций; средним уровнем деперсонализационных изменений и отдаления личностного характера) являются выше среднего уровня: •изменения двигательной активности в целом; •нарушения сна; •неприятные ощущения со стороны сердечно-сосудистой системы; •неприятные проявления со стороны органов дыхания; •неприятные температурные ощущения; •неприятные явления психического дискомфорта; •общая выраженность напряжения; •повышение восприимчивости к внешним раздражителям; •продолжительность состояния НПН; •склонность все излишне усложнять. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов. Исследование не имело финансовой поддержки.

About the authors

O. B. Polyakova

Russian State Social University; Open Humanitarian and Economic University


T. I. Boncalo

State Budgetary Institution “Research Institute for Healthcare Organization and Medical Management of Moscow Healthcare Department”

Email: bonkalotatyanaivanovna@yandex.ru

References

  1. Бакумов П. А., Волчанский М. Е., Зернюкова Е. А., Гречкина Е. Р., Ковальская Е. Н. Синдром эмоционального выгорания у медицинских работников и профессиональная деформация личности. Вестник Волгоградского государственного медицинского университета. 2014;(3):108-10.
  2. Jafar Zade D. A., Senkevich L. V., Polyakova O. B., Basimov M. M., Strelkov V. I., Tarasov M. V. Features of professional deformation (burnout) of medical workers depending on working conditions. Prensa Medica Argentina. 2019;105(1):1000334.
  3. Карпухина М. Б., Иконникова Т. В., Антипенко Е. А., Мокина Т. В., Романенко Ж. В., Густов А. В. и др. Психофизиологическая коррекция расстройств адаптации у медицинских работников поликлинического звена. Клиническая неврология. 2018;(2):15-8.
  4. Elshansky S. P., Anufriev A. F., Polyakova O. B., Semenov D. V. Positive personal qualities and depression. Prensa Medica Argentina. 2018;104(6):1000322.
  5. Бухтияров И. В., Рубцов М. Ю. Профессиональное выгорание как результат напряжения и перенапряжения. Актуальные проблемы медицины труда: сборник трудов Саратовского государственного университета. Саратов, 2018:266-93.
  6. Polyakova O. B., Semenov D. V., Anufriev A. F., Blinov A. O., Kovaleva M. A., Pchelinova V. V., Shcheglova A. S. Specificity of the neurotic syndrome of employees of organizations with professional deformations. Ind. J. Public Health Res. Dev. 2020;11(3):1357-62.
  7. Богданова С. В. Синдром эмоционального выгорания медицинского персонала детского стоматологического отделения. Форум молодых ученых. 2018;(7):153-8.
  8. Сосновская Е. Е. Особенности проявления синдрома эмоционального выгорания у врачей-педиатров. Вестник факультета психологии и педагогики: сборник научных статей Челябинского государственного университета. Челябинск, 2018:55-62.
  9. Bonkalo T. I., Polyakova O. B., Bonkalo S. V., Kolesnik N. T., Sorokoumova E. A. Development of ethnic social identity among the members of ethnic community organizations as the factor of preventing the spread of nationalist in a multicultural society. Biosci. Biotechnol. Res. Asia. 2015;12(3):2361-72. DOI: http://dx.doi.org/10.13005/bbra/1912
  10. Пащенко М. В., Куташов В. А. К проблеме эмоционального выгорания у врачей. Молодой ученый. 2015;(23):368-70.
  11. Фишман Б. Е., Гольцова Н. В. Реальность эмоционального выгорания у студентов медицинского колледжа. Фундаментальные исследования. 2014;(9-12):2774-8.
  12. Maslach C., Jackson S. MBI: Maslach Burnout Inventory; research edition. Palo Alto, 1981:13-5.
  13. Ильин Е. П. Мотивация и мотивы. СПб.: Питер, 2000. 512 с.
  14. Практикум по психологии профессиональной деятельности. СПб.: СПбГУ, 2000. 304 с.
  15. Polyakova O. B., Petrova E. A., Mironova O. I., Semenov D. V. Specificity of psychosomatization of psychologist-leaders with professional deformations (burnout). Prensa Medica Argentina. 2019;105(1):1000326.
  16. Farber B. A. Introduction: A critical perspective on burnout. Stress and burnout in the human service professions. N. Y.: Pergamon Press, 1983:1-20.
  17. Фетискин Н. П., Козлов В. В., Мануйлов Г. М. Социально-психологическая диагностика развития личности и малых групп. М.: Институт психотерапии, 2002. 490 с.
  18. Райгородский Д. Я. Практическая психодиагностика. Самара: Бахрах-М, 2007. 672 с.
  19. Я, ты, мы в зеркале познания. М.: Институт практической психологии; Воронеж: МОДЭК, 1995. 96 с.

Statistics

Views

Abstract - 173

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2020 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 (495) 916-29-60

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 (495) 916-29-60
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies