Development of digital competencies of medical staff in the context of the overall digitalization of the Russian healthcare

  • Authors: Dudin M.N.1, Golyshko P.V.2, Vashalomidze E.V.3, Gurtskoy D.A.4, Gurtskoy L.D.5
  • Affiliations:
    1. Institute of Market Problems of the Russian Academy of Sciences
    2. D. D. Pletnev City Clinical Hospital
    3. All-Russian Scientific Research Institute of Labor of the Ministry of Labor of Russia
    4. Moscow Polytechnic University
    5. N. A. Semashko National Research Institute of Public Health
  • Issue: Vol 30, No 5 (2022)
  • Pages: 843-852
  • Section: Articles
  • URL: https://journal-nriph.ru/journal/article/view/1019
  • DOI: https://doi.org/10.32687/0869-866X-2022-30-5-843-852
  • Cite item

Abstract


The relevance of the study is due to the fact that the Russian healthcare in terms of the pace and quality of digitalization lags behind the healthcare systems of other developed and developing countries. The low level of digital literacy of medical staff does not allow them to develop the proper level of competencies for working with high-tech equipment, software applications and various telemedicine services. This, in turn, reduces both the quality and efficiency of medical care for the population.The purpose of the article is to develop a profile of digital competence of medical staff.The methodology of the article is based on the use of methods of statistical analysis of public data and sociological research. The sample of the sociological study was formed from medical staff in the regions of Moscow, Tula, Bryansk and Sverdlovsk.The pace and level of digitalization of the Russian healthcare is several orders of magnitude lower than the healthcare systems of the United States, South Korea, Japan and some other OECD countries. The development of digital competencies and a high level of digital literacy are observed among those medical workers who, firstly, operate in high-tech medical organizations, and, secondly, among those medical workers whose organizations are located close to regional economic centers.Russian healthcare needs additional investments, which can be directed both to digitalization and to the development of digital literacy of medical staff. To assess digital literacy, a special digital competence profile of middle and senior medical personnel was developed.

Full Text

Введение Цифровые технологии - это в настоящее время уже привычная всем действительность, в которой на смену привычным способам и технологиям коммуникаций, организации различных видов деятельности приходят новые решения, которые предполагают внедрение высоких интеллектуалоемких технологий во все отрасли и сферы созидательной активности человека. Система здравоохранения в этом смысле не является исключением и должна опережать по темпам цифровизации все остальные отрасли и сферы деятельности, поскольку жизнь и здоровье людей - это ключевой ресурс устойчивого развития современного общества. Одновременно жизнь и здоровье людей - это ключевой ресурс для формирования человеческого капитала, имеющего, безусловно, важнейшее значение для роста экономики и благосостояния населения. Общеизвестно, что российская система здравоохранения по своему развитию отстает от систем здравоохранения наиболее развитых стран, включая развитые южноазиатские страны. Темпы цифровизации российской системы здравоохранения нельзя признать высокими. Негативно повлияла на темпы цифровизации в здравоохранении эпидемия COVID-19, из-за которой были первоначально приостановлены некоторые национальные проекты, связанные с цифровизацией здравоохранения, позже сроки завершения проектов были перенесены на 6 лет вперед (с 2024 на 2030 г.). Таким образом, российское здравоохранение на одно-два десятилетия отстает по уровню развития и темпам технологического обновления от систем здравоохранения наиболее развитых стран. Кроме этого, существует еще одна серьезная проблема: компетенции медицинских работников (это касается не только младшего, среднего, но и старшего медперсонала) недостаточно развиты для того, чтобы цифровые технологии в медицинской помощи населению могли быть внедрены повсеместно [1, 2]. Очевидно, что вопрос развития компетентности и компетенций медицинских работников в условиях повсеместного распространения цифровых технологий стоит очень остро, что обосновывает актуальность темы исследования в данной статье, целью которой является: •динамический и структурный анализ цифровизации российской системы здравоохранения относительно других национальных систем здравоохранения; •разработка профиля компетентности медицинских работников в условиях цифровизации в целях повышения результативности медицинской помощи населению. Цифровизация здравоохранения представляет собой процесс перехода от аналоговых и устаревших технологий оказания медицинской помощи населению к высокотехнологичным решениям, в основе которых лежат: •продвинутые IT-платформы, на основе которых организуется деятельность медицинской организации; •системные решения, относимые к цифровой медицине (телемедицина, IoT, высокоточные диагностические и лечебные комплексы); •большие данные (big data), искусственный интеллект (AI), математические методы нейросетевого анализа и синтеза. Принято выделять несколько ключевых стадий, описываемых общим понятием «цифровизация здравоохранения» (рис. 1). Эти стадии могут осуществляться последовательно, параллельно, изолированно друг от друга. И абсолютно понятно, что оцифровка некоторых процессов медицинской организации не означает, что организация обязательно будет осуществлять свою деятельность в рамках цифровой медицины, контурно охватывающей и медицинские услуги, и взаимодействия между всеми акторами внутри и вне системы здравоохранения, и научно-исследовательское, и аналитическое направление работы по организации общественного здравоохранения, включая всю совокупность наиболее прогрессивных средств, методов и технологий профилактики и лечения всех видов заболеваний. Поэтому под цифровизацией здравоохранения следует понимать непрерывный процесс перехода от аналоговых, разрозненных и недостаточно точных технологий предоставления медицинской помощи населению к интеллектуально-цифровым технологиям, которые опосредуют: -весь документооборот (организационный сегмент) внутри медицинской организации и во всей системе здравоохранения, включая интеграцию с документооборотом цифрового лечебного-диагностического оборудования, управление потоками пациентов и скорой помощи, управление, включая сбор, хранение, обобщение и предоставление данных, информационными и финансовыми потоками; -телемедицинский сегмент, предназначенный для дистанционных консультаций пациентов, удаленного мониторинга их жизненных показаний, контроля их приверженности лечению; -высокотехнологичный сегмент медицинской помощи, предназначенный для профилактики, лечения и контроля жизнедеятельности пациентов с минимальным участием медработников низкой и средней квалификации; -научно-исследовательский и образовательный сегмент, предназначенный одновременно и для поиска новых средств, методов и способов профилактики и лечения пациентов, и для развития личностно-профессиональных компетенций у медицинского персонала, повышения уровня квалификации, содействия конверсии новых научных знаний в практику оказания медицинской помощи и предоставления медицинских услуг населению. Компетенции медицинских работников в условиях цифровизации здравоохранения в научной и практической литературе определяются далеко не одинаково. Так, научный подход заключается в том, что компетенции медицинских работников - это знания, умения и навыки, закрепленные в опыте и используемые для решения профессиональных задач [7]. Напротив, практико-ориентированные документы ВОЗ определяют компетенции медицинских работников не как статичный конструкт, но как динамическое явление - это «важные и необходимые комплексные действия, основанные на знаниях, объединяющие и мобилизующие знания, навыки, установки с имеющимися и доступными ресурсами для обеспечения безопасных качественных результатов для пациентов и населения. Компетенции требуют определенного уровня социально-эмоционального интеллекта… их адаптивность зависит от степени их привязанности и рациональности» [8]. Таким образом, разделяя в полной мере определение компетенций медицинских работников, которое дает ВОЗ, мы полагаем правильным уточнить, что они (компетенции) формируют умения этих работников грамотно выполнять свои профессиональные функции (обязанности), используя для этого не только знания, полученные в процессе обучения в образовательном учреждении, но также: -технические навыки по управлению лечебно-диагностическим, офисным и иным вверенным оборудованием; -клинические рассуждения относительно данных и анамнеза пациентов; -свои эмоции, ценности, накопленный опыт (не только профессиональный, но и социально-бытовой). Совокупность всех компетенций медицинского работника следует объединить в понятие «компетентностный потенциал» (или «компетентностный капитал»), т. е. интеллектуальный и когнитивный резерв, который может и обязан использовать каждый медицинский работник для осуществления эффективной деятельности в своей предметной области - результативной медицинской помощи (в рамках профессионального профиля) и предоставлении высококачественных медицинских услуг. Такое определение компетенций и компетентностного потенциала медицинских работников предполагает, что: -базовый набор компетенций, полученный в образовательном учреждении, должен постоянно развиваться, дополняться и совершенствоваться с научной и практической точки зрения; -для успешного использования развиваемых и дополняемых компетенций в медицинской организации должна быть создана благоприятная с социально-психологической и технологической точки зрения среда; -должен происходить постоянный обмен компетенциями между работниками и вне медицинской организации, что означает обучение и повышение квалификации медицинских работников с отрывом и без отрыва от рабочего места, передачу актуального и релевантного современности опыта от старших поколений медицинских работников к младшим поколениям. В третьем пункте важнейшим является не сам по себе процесс обмена компетенциями и опытом, но его социальная и эмоциональная основа. Это означает, что наилучшим образом диффузия компетенций и опыта происходит между работниками, у которых одновременно хорошо развиты и hard skills, и soft skills, т. е. «жесткие» умения/навыки и «мягкие» умения/навыки, основанные на актуальной теоретико-методологической базе, относительно которой существует международный научный консенсус. Именно soft skills, которые очевидным образом инкорпорируют в себя эмоциональный и социальный интеллект медицинского работника, позволяют наиболее успешным образом осваивать те знания, умения и навыки, которые объективно необходимы в условиях перехода российского здравоохранения на цифровую функциональную платформу. И здесь принято выделять два уровня цифровой грамотности медицинских работников: базисный и продвинутый. Базисный уровень цифровой грамотности - это знания, умения и навыки использования информационно-коммуникационных технологий в быту и в профессиональной деятельности. Продвинутый уровень цифровой грамотности - это частичное или полное владение знаниями, умениями и навыками использования интеллектуально-цифровых технологий в профессиональной деятельности. Базисный уровень цифровой грамотности в большей степени ассоциирован с личностными компетенциями, в том числе образующими soft skills медицинских работников. Напротив, продвинутый уровень цифровой грамотности - это и профессиональные (hard skills), и личностные (soft skills) компетенции. Таким образом, при прочих равных условиях, медицинские работники, компетентностный потенциал которых включает в том числе продвинутый уровень цифровой грамотности, развитый когнитивный, социальный и эмоциональный интеллект, в благоприятной профессиональной среде могут и должны оказывать результативную медицинскую помощь пациентам и населению в целом, т. е. предоставлять медицинские услуги высокого качества, что означает: •снижение бремени болезней и смертности; •обеспечение приверженности пациентов лечению, а значит, сокращение количества случаев осложнений; •эффективную профилактику значимых инфекционных и неинфекционных болезней; •популяризацию среди населения здорового образа жизни, сопряженного с переносимой и позитивной воспринимаемой физической нагрузкой. Материалы и методы ps202205.4htm00063.jpg ps202205.4htm00065.jpg При сборе и изложении материалов этой статьи была использована совокупность контентных, аналитических, статистических методов анализа и синтеза рекомендаций по оценке цифровой грамотности, ускорению процессов цифровизации и повышению не только экономической, но и социальной эффективности российского здравоохранения. Контентное исследование проведено на основе методов библиографического и информационного поиска в базах данных Elibrary, PubMed, MEDLINE, Scopus, Google Scholar и некоторых других порталов, содержащих различные данные медицинской статистики и в целом статистики здравоохранения. Для написания раздела «Результаты» был проведен социологический опрос медицинских работников. Собранные данные были обобщены, структурированы и исследованы с использованием методов описательной статистики, качественных и количественных методов анализа данных. Гипотеза для проведения социологического опроса состояла в следующем: вероятно, что медицинские организации, находящиеся вдали от центров экономического развития (областных центров и городов федерального значения), недостаточно цифровизированы, а медицинские работники таких организаций имеют невысокий уровень цифровой грамотности. Перечень вопросов, которые были заданы в ходе социологического опроса медицинских работников, представлен в табл. 1. Описание выборки для проведения социологического опроса медицинских работников для оценки уровня их цифровой грамотности и уровня цифровизации организаций, в которых они работают, представлено в табл. 2. Для сравнения качественных данных, полученных в результате социологического опроса медицинских работников, использован критерий хи-квадрат (χ2). Результаты исследования Инвестиции в российское здравоохранение с 2016 по 2021 г. включительно увеличились почти в 7 раз (рис. 2), при этом 60% всех инвестиций приходится на телемедицину и сервисы для пациентов (рис. 3). Следует обратить внимание на то, что до начала эпидемии новой коронавирусной инфекции (2020) стремления инвестировать в цифровизацию российского здравоохранения не наблюдалось. Несмотря на то что телемедицина и сервисы для пациентов получают максимальное инвестиционное обеспечение, развитость этих двух компонент цифрового здравоохранения является низкой. В целом нельзя признать успешной и реализацию специально разработанных федеральных и региональных программ по цифровизации российского здравоохранения. Так, если сравнить, например, инвестиции за два последних года в цифровизацию российского и американского здравоохранения, то станет очевидно, что российское здравоохранение на несколько порядков отстает от американского: около 80 млн долларов инвестировано в цифровизацию российского и около 20 млрд долларов в цифровизацию американского здравоохранения [10]. Примерно такой же показатель инвестиций в цифровизацию здравоохранения в Южной Корее и Японии, а также в некоторых других странах Organization for Economic Co-operation and Development (OECD) [11]. Очевидно, что российское здравоохранение в вопросах цифровизации не только отстает, но находится в аутсайдерах, не имея возможности привлечь достаточно инвестиций для ускорения цифровой трансформации и несмотря на системную поддержку со стороны государства [12]. Кроме этого, следует понимать, что в странах OECD на национальном уровне (обычно это федеральные или государственные министерства и ведомства публичного здравоохранения) созданы специальные условия для развития цифровой грамотности младшего, среднего и старшего медицинского персонала [10-13] вне зависимости от формы собственности медицинских организаций и источников финансирования медицинской помощи населению. В России лишь в 2021 г. были внесены изменения в Федеральные государственные образовательные стандарты высшего образования, т. е. и для медицинских вузов в том числе [14]. Но при этом не решена проблема увеличения уровня цифровой грамотности в сфере повышения квалификации уже работающего медицинского персонала. А оценка цифровой грамотности, в том числе медицинских работников, должна включать пять уровней (начальный, базовый, продвинутый, профессиональный и экспертный), хотя не создано никаких специальных условий для формирования цифровой компетентности занятых в экономике и социальном секторе. Если рассматривать полученные нами социологические данные о цифровой грамотности медработников и стадий цифровизации медицинских организаций, то можно отметить, что в группе наблюдения (1-я группа) в организациях с нулевой стадией цифровизации работают не более 29% опрошенных (табл. 3). Начальный уровень цифровой грамотности имеют 66% респондентов 1-й группы. Далее прослеживается резкое сокращение темпов в цифровизации медицинских организаций и в цифровой грамотности медработников. Так, только 15,5% респондентов 1-й группы работают в медицинских организациях, находящихся на первой-второй стадии цифровизации. В медицинских организациях, находящихся на второй-третьей стадии цифровизации, работают всего 8,3% респондентов 1-й группы. Промежуточный и продвинутый уровень цифровой грамотности имеют соответственно 51,4 и 14,9% респондентов в 1-й группе. Совсем иная ситуация во 2-й (контрольной) группе, респонденты которой уже осуществляют свою деятельность в рамках локального цифрового здравоохранения (табл. 4). Здесь продвинутым уровнем цифровой грамотности обладают не менее 65,8% респондентов, при этом примерно таков же показатель и цифровизации медицинских организаций. Следует отметить, что на данном этапе медицинские организации, находящиеся на периферии, во-первых, прошли в лучшем случае через нулевую и первую стадию цифровизации. Во-вторых, уровень цифровой грамотности персонала таких организаций очень низкий. Этот вывод подтверждается и данными социологического опроса 3-й группы выборки (табл. 5), которая сформирована для сравнения результатов, полученных в группе наблюдения и в группе контроля. Здесь продвинутый уровень цифровой грамотности имеют около 49% респондентов, при этом лишь в 34% случаев они работают в медицинских организациях, прошедших через вторую и третью стадию цифровизации, и в 44-49% случаев - в медицинских организациях, прошедших через нулевую, первую и частично вторую стадию цифровизации. ps202205.4htm00067.jpg ps202205.4htm00069.jpg Таким образом, если мы сопоставим уровень цифровой грамотности работников со стадиями цифровизации медицинских организаций, то можем увидеть зависимость выше средней (R2=0,5864) между этими двумя показателями или критериями (рис. 4). ps202205.4htm00071.jpg Это позволяет сделать вывод о том, что уровень цифровой грамотности работников в 60% случаев определяется стадией цифровизации медицинской организации, в которой эти работники осуществляют свою трудовую деятельность, и на 40% - иными объективными и субъективными факторами. Обсуждение Развитие цифровой грамотности у медицинских работников - одна из ключевых задач не только Министерства здравоохранения, но и руководителей медицинских организаций на местах. Причем рост цифровой грамотности медицинских работников актуален для бюджетного и для коммерческого сегмента. Однако, принимая во внимание, что бюджетные медицинские организации в большей степени укомплектованы работниками среднего и старшего возраста и в меньшей степени цифровизированы, но при этом обслуживают основную часть населения, следует именно бюджетные медицинские организации поставить в приоритет развития цифровой грамотности. Первым шагом здесь должна стать системная оценка уровня цифровой грамотности всех медицинских работников бюджетной среды. Целесообразно, чтобы эта оценка проводилась не централизованно на федеральном уровне, но распределенно по регионам. Это связано с тем, что не все бюджетные организации в равной степени цифровизированы и не во всех регионах имеются ресурсы и резервы, необходимые для того, чтобы перейти, например, от нулевой к последующим стадиям цифровизации деятельности бюджетных медицинских организаций. ps202205.4htm00073.jpg Российские исследователи, формулируя компоненты цифровой грамотности медицинских работников, обычно используют подход Национального агентства финансовых исследований (НАФИ) [15], в котором принято выделять информационную, компьютерную, медийную и технологическую грамотность. В действительности, такой подход является ошибочным, поскольку не позволяет дифференцировать знания и способности медицинских работников с позиции владения и использования их в профессиональной деятельности. Поэтому в оценке их цифровой грамотности целесообразно использовать уже принятые и внедренные в развитых странах стандарты компетенций цифрового здравоохранения (Digital Health Competencies [16]). На основе этих стандартов, а также с учетом полученных социологических данных, описанных в разделе «Результаты», нами был разработан профиль цифровой компетентности медицинских работников в контексте цифровизации медицинских организаций (табл. 6). Медицинские работники, которые обладают базисным уровнем цифровой грамотности, но осуществляют трудовую деятельность в медицинских организациях, цифровизация которых соответствует первой, второй или третьей стадии, должны быть направлены на соответствующее обучение. Это обучение может быть организовано внутри медицинской организации с привлечением тех работников, цифровая грамотность которых соответствует промежуточному или продвинутому уровню. Абсолютно очевидно, что логика управления цифровой грамотностью медработников в организациях, которые функционируют в условиях частично системной цифровизации или в условиях цифровой медицины, общепонятная и относительно простая. Сложности возникают там, где, во-первых, медицинские работники имеют базисный уровень цифровой грамотности либо не имеют таковой грамотности вообще, во-вторых, в медицинских организациях, которые не продвинулись дальше нулевой стадии цифровизации. Как правило, такие медицинские организации находятся далеко на периферии, их материально-техническая и технологическая инфраструктура устарела, а возможности привлечения работников, имеющих промежуточный или продвинутый уровень цифровой грамотности, отсутствует. Именно в таких условиях встает вопрос о сохранении медицинской организации как функциональной единицы регионального здравоохранения. Для это предлагается использовать следующий алгоритм принятия решений и одновременно требуются федеральные и региональные инвестиции в создание мобильных, высокотехнологичных амбулаторий, которые будут обслуживать те населенные пункты, в которых отсутствует целесообразность сохранения медицинских организаций с современной материально-технической и технологической инфраструктурой (рис. 5). Мобильные высокотехнологичные амбулатории могут обслуживаться командой медицинских работников, которые будут трудиться вахтовым методом и в посменном графике, на один передвижной пункт - один медицинский работник с цифровыми компетенциями промежуточного или продвинутого уровня. Подготовка специалистов мобильных амбулаторий должна включать профессиональные компетенции одновременно и врача/фельдшера общей практики, и врача/фельдшера скорой помощи. Приоритет при приеме на работу в мобильные амбулатории должен быть отдан медицинским работникам молодого и среднего возраста (до 50 лет), развитым физически и способным принимать нетривиальные, сложные решения самостоятельно либо с использованием удаленной профессиональной поддержки. Это означает, что российское здравоохранение нуждается не только в цифровизации, но и в изменении принципов подготовки специалистов первичного звена. Но это тема другого исследования. Заключение В статье представлен анализ динамики цифровизации российского здравоохранения с использованием статистических и социологических данных, полученных от медицинских работников Москвы, Тульской, Брянской и Свердловской областей. Анализ статистических данных показал, что темпы и качество цифровизации российского здравоохранения существенно отстают от аналогичных критериев цифровизации здравоохранения некоторых стран, входящих в OECD. Проблема, вероятно, заключается в том, что объем частных и государственных инвестиций, направляемых в цифровизацию российского здравоохранения, критически недостаточный и ниже на несколько порядков, чем в странах OECD. Авторами выдвинута гипотеза о том, что удаленность медицинских организаций от экономических центров (от городов федерального значения или областных городов) напрямую связана с низкими темпами и слабым качеством их цифровизации. Работники таких медицинских организаций имеют низкий уровень цифровой грамотности. Гипотеза получила полное подтверждение. Также установлено, что между стадией цифровизации медицинской организации и уровнем цифровой грамотности работников существует объективная взаимосвязь, теснота которой составляет почти 60%. Для развития цифровой грамотности среднего и старшего медицинского персонала был разработан профиль цифровой компетентности, в который включены и стадии цифровизации медицинских организаций. Также разработан алгоритм принятия решений о сохранении каждой отдельно взятой неэффективной медицинской организации, находящейся далеко от экономического центра своего региона. Показано, что в том случае, когда медперсонал более крупной медицинской организации имеет достаточный уровень цифровой грамотности и такой же уровень цифровой грамотности имеет население, которое обслуживается в неэффективной медицинской организации, то, вероятно, будет правильным закрыть такую организацию. Соответственно, относительно молодое и мобильное население прикрепить к более крупной медицинской организации, подключить и обучить телемедицинским сервисам, в экстренных случаях использовать санитарную авиацию. В том случае, когда население стареющее и маломобильное, не имеющее возможности использовать телемедицинские сервисы, то здесь оптимально использовать мобильные высокотехнологичные амбулатории. Мобильные высокотехнологичные лаборатории должны иметь удаленную профессиональную поддержку для медработника и устойчивую связь с санавиацией. Уровень подготовки и уровень цифровой грамотности медицинских работников для таких амбулаторий должен быть достаточно высоким, что, безусловно, требует и государственных, и частных инвестиций в подготовку таких специалистов. Исследование не имело спонсорской поддержки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

About the authors

M. N. Dudin

Institute of Market Problems of the Russian Academy of Sciences

Email: dudinmn@mail.ru

P. V. Golyshko

D. D. Pletnev City Clinical Hospital


E. V. Vashalomidze

All-Russian Scientific Research Institute of Labor of the Ministry of Labor of Russia


D. A. Gurtskoy

Moscow Polytechnic University


L. D. Gurtskoy

N. A. Semashko National Research Institute of Public Health


References

  1. Lupton D. Digital health: critical and cross-disciplinary perspectives. Routledge; 2017.
  2. Odone A. Public health digitalization in Europe: EUPHA vision, action and role in digital public health. Eur. J. Pub. Health. 2019;29(3):28-35.
  3. Бойко Е. Л. Цифровое здравоохранение. Вестник Росздравнадзора. 2018;(3):5-8.
  4. Русова В. С. Цифровое здравоохранение: разработка и применение в России. Journal of Creative Economy. 2019;13(1):18-22.
  5. Mathews S. C., McShea M. J., Hanley C. L., Ravitz A., Labrique A. B., Cohen A. B. Digital health: a path to validation. NPJ Digit. Med. 2019; 2(1):1-9.
  6. McKee M., van Schalkwyk M. C. I., Stuckler D. The second information revolution: digitalization brings opportunities and concerns for public health. Eur. J. Pub. Health. 2019;29(3):3-6.
  7. Epstein R. M., Hundert E. M. Defining and assessing professional competence. JAMA. 2002;287(2):226-35.
  8. ВОЗ. Европейское региональное бюро. Повышение уровня компетентности медицинских кадров в целях организации согласованного/комплексного предоставления медицинских услуг (2015). Режим доступа: https://www.euro.who.int/__data/assets/pdf_file/0011/357437/HWF-Competencies-rus.pdf (дата обращения 06.04.2022).
  9. TADVISER: Цифровизация здравоохранения России (2022). Режим доступа: https://www.tadviser.ru/index.php (дата обращения 02.05.2022).
  10. Marwaha J. S., Landman A. B., Brat G. A., Dunn T., Gordon W. J. Deploying digital health tools within large, complex health systems: key considerations for adoption and implementation. NPJ Digit. Med. 2022;5(1):1-7.
  11. OECD: Empowering the health workforce. Strategies to make the most of the digital revolution (2021). Режим доступа: https://www.oecd.org/health/health-systems/Empowering-Health-Workforce-Digital-Revolution.pdf (дата обращения 02.05.2022).
  12. Шапиро С. Р., Коновалова М. Е. Об эффективности цифровизации в здравоохранении. Столыпинский вестник. 2021;3(2):135-43.
  13. Jimenez G. Digital health competencies for primary healthcare professionals: A scoping review.Int. J. Med. Inform. 2020;143:104260.
  14. Гурцкой Л. Д. Цифровые компетенции выпускников медицинских вузов России на современном этап. В кн.: Цифровизация как новая парадигма развития. М.; 2022. С. 183-98.
  15. НАФИ. Диагностика цифровых компетенций сотрудников (2018). Режим доступа: https://nafi.ru/method/diagnostika-tsifrovykh-kompetentsiy-sotrudnikov/(дата обращения 06.04.2022).
  16. The Standing Committee of European Doctors (CPME): Digital Competencies (2022). Режим доступа: https://www.cpme.eu/policies-and-projects/digital-health/digital-competencies (дата обращения 02.05.2022).

Statistics

Views

Abstract - 384

PDF (Russian) - 241

Cited-By


PlumX

Dimensions


Copyright (c) 2022 АО "Шико"

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

Mailing Address

Address: 105064, Vorontsovo Pole, 12, Moscow

Email: ttcheglova@gmail.com

Phone: +7 903 671-67-12

Principal Contact

Tatyana Sheglova
Head of the editorial office
FSSBI «N.A. Semashko National Research Institute of Public Health»

105064, Vorontsovo Pole st., 12, Moscow


Phone: +7 903 671-67-12
Email: redactor@journal-nriph.ru

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies