Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медициныПроблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины0869-866X2412-2106Joint-Stock Company Chicot75510.32687/0869-866X-2021-29-s2-1417-1422Научная статьяПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ СТУДЕНТОВ ВУЗОВ В УСЛОВИЯХ ПАНДЕМИИ COVID-19БессчетноваО. В.oksanabesschetnova@yandex.ruКадуцкийП. А.-БорисовА. Б.-МагомадовР. А.-ГБУ города Москвы «Научно-исследовательский институт организации здравоохранения и медицинского менеджмента Департамента здравоохранения города Москвы»ФГКОУ ВО «Белгородский юридический институт МВД России имени И. Д. Путилина»ФГБОУ ВО «Государственный морской университет имени адмирала Ф. Ф. Ушакова»1512202129S21417142223112021Copyright © 2021, АО "Шико"2021В настоящее время происходит осмысление последствий пандемии коронавирусной инфекции COVID-19 на все сферы жизни общества как в нашей стране, так и за рубежом. Цель исследования: изучить влияние самоизоляции на психологическое здоровье студентов вузов в условиях пандемии COVID-19; выявить наиболее уязвимые группы учащейся молодежи и факторы риска возникновения тревожности и стресса.Материалы и методы. В опросе приняли участие 872 студента (68% - девушки, 32% - юноши) 1-4-х курсов бакалавриата и 1-2-х курсов магистратуры в возрасте 17-23 лет, обучающиеся по очной форме обучения в 3 вузах Москвы.Результаты. Наиболее уязвимыми категориями учащейся молодежи по нарушению психологического здоровья, испытывающими наиболее высокий уровень тревожности и стресса, являются студенты 3-4-х курсов бакалавриата и 1-го курса магистратуры, имеющие средний уровень академической успеваемости. В этой связи встает вопрос о необходимости разработки и внедрения в учебно-образовательный процесс вузов программ по выявлению и оказанию психологической помощи и поддержки студентам, остро переживающим последствия пандемии для сохранения ими психологического здоровья.COVID-19 pandemicself-isolationuniversity studentsmental healthпандемия COVID-19самоизоляциястуденты вузовпсихологическое здоровьеВведение Пандемия внесла хаос и смятение, нестабильность в жизнедеятельность большинства людей, усилив ситуацию неопределенности, усугубив социальные, экономические, семейные проблемы [1], разрушив привычный уклад жизни, что негативно отразилось на психическом здоровье различных категорий населения [2] многих стран мира. В условиях самоизоляции и введения локдауна учащаяся молодежь, в том числе студенты вузов, не менее других социальных групп испытали на себе негативное влияние самоизоляции, т. к. большинство общеобразовательных организаций, учреждений среднего профессионального и высшего образования были вынуждены ввести дистанционный формат обучения как единственно возможный, что потребовало быстрой перестройки всего образовательного процесса, необходимости быстрой адаптации обучающихся и студентов к новым требованиям, умению работать в онлайн-среде, системах дистанционного образования, самостоятельно планировать время усвоения учебного материала, помимо ограничения межличностных контактов, снижения уровня активности и творческой самореализации. Согласно методическим рекомендациям Министерства науки и высшего образования РФ, вузы, исходя из имеющихся у них возможностей и ресурсов, разработали приемлемые для них форматы реализации дистанционного обучения и требования к учебному процессу, перенеся все занятия, включая лекционные, практические и лабораторные, в онлайн-среду. Для организации учебного процесса большинство вузов обратились к таким дистанционным образовательным технологиям, как LMS-платформы, предназначенные для размещения учебного контента и осуществления контроля успеваемости обучающихся; вебинарные сервисы, позволяющие в режиме реального времени транслировать онлайн-лекции, проводить практические/семинарские занятия, консультировать студентов по текущим вопросам освоения дисциплины, выполнению рефератов, курсовых, лабораторных, выпускных квалификационных работ; социальные сети и мессенджеры (Viber, WhatsApp, Instagram, и т. д.), позволяющие создавать группы для разъяснения трудных вопросов, размещения актуальной информации, доступной сразу всем участникам учебного процесса; использование электронной почты для рассылки дополнительных учебных материалов, организации обратной связи преподавателей и студентов при возникновении трудностей с прикреплением выполненных материалов на онлайн-платформе и т. д. По данным Минобрнауки, около 80% российских университетов в условиях пандемии полностью перешли на дистанционный формат работы со студентами, а из подведомственных Министерству вузов-- все 100% 57. В результате процесс обучения в ситуации экстренного освоения дистанционных технологий может быть охарактеризован как стрессовая ситуация для всех участников учебного процесса - администрации, преподавателей, студентов, что негативно отразилось на их психологическом здоровье, качестве получаемого образования, вызвав негативное отношение к обучению с использованием дистанционных образовательных технологий и усилив социальное неравенство в получении качественного профессионального образования. По мнению главы ВЦИОМ В. Федорова, «от психологических последствий эпидемии в России пострадали четыре группы населения. Это молодежь, женщины с детьми, предприниматели и мужчины среднего возраста» 58. Молодежь в большей степени, чем представители других возрастов, подвержена тревожности, депрессии, расстройствам пищевого поведения, злоупотреблению алкоголем, психоактивными веществами, имеет склонность к рисковым типам поведения. Почти треть (29%) молодых людей 18-24 лет постоянно сталкиваются со стрессами в повседневной жизни. При выборе стратегий выхода из стрессовых ситуаций 66% представителей молодежи 18-24 лет и 74% молодых людей в возрасте 25-34 лет выразили готовность обратиться за помощью к внешним ресурсам, в отличие от представителей старшего поколения 45+, предпочитающих самостоятельное решение проблем. Молодежь указанных возрастных групп при возникновении трудной жизненной ситуации, более других социально-демографических групп, готова принять помощь профессионального психолога - 18 и 16% соответственно 59. Нарушения психологического здоровья, высокий уровень стресса, депрессии характерны для детей и молодежи не только нашей страны [3], но и других стран мира, о чем свидетельствуют недавние исследования зарубежных ученых. Опрос, проведенный M. H. E. M. Browning и коллегами в марте-начале мая 2020 г. в 7 штатах США, в котором приняли участие 2534 студента в возрасте 18-24 года [4], показал, что наибольший уровень стресса испытывали белые девушки из малоресурсных семей, проводящие за компьютером более 8 ч в день, имеющие соматические и/или хронические заболевания, чьи родственники заболели новой коронавирусной инфекцией. В исследовании A. Kecojevic и соавт. американские студенты (n = 162) из штата Нью-Джерси сообщали о бытовых, социальных, академических трудностях, высоком уровне тревожности из-за здоровья членов семьи, безработицы из-за закрытия целых отраслей производства, таких как розничная торговля или сфера услуг, недостатка финансовых средств для обеспечения текущих нужд и оплаты за обучения, страха не закончить образование [5]. В Китае четверть студентов медицинского колледжа Чанчжи испытывали беспокойство из-за распространения COVID-19 [6]. Появление и усугубление проблем, связанных с сохранением психического здоровья учащейся молодежи во время пандемии и в постпандемический период, требует проведения научных исследований, направленных на их изучение, выявление и решение. Цель работы: изучить влияние самоизоляции на психологическое здоровье студентов вузов в условиях пандемии COVID-19. Задачи исследования: выявить спектр трудностей, с которыми столкнулись студенты в период пандемии и самоизоляции; установить наиболее уязвимые группы студенческой молодежи, подверженные нарушению психического здоровья; изучить факторы риска, приводящие к повышению уровня тревожности и стресса. Материалы и методы В связи с продолжающейся пандемией COVID-19 существует острая необходимость в исследованиях, направленных на изучение факторов, оказывающих влияние на уровень психического здоровья студентов из-за изменения формата обучения, неопределенности жизненных перспектив, краткосрочных и долгосрочных последствий. Базой исследования выступали три образовательные организации высшего образования Москвы: ФГБОУ ВО «Российский государственный социальный университет», ФГБОУ ВО «Московский государственный университет пищевых производств», ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов». В исследовании принимали участие студенты 1-4-х курсов бакалавриата и 1-2-х курсов магистратуры (n = 872). Основным методом исследования выступало анкетирование; ссылка на опрос была направлена студентам по электронной почте. Анкета включала 23 вопроса, сгруппированные в 5 блоков: 1. Социально-демографический портрет респондентов (возраст, пол, курс и уровень обучения). 2. Знания о COVID-19 (4 вопроса открытого и закрытого типа с несколькими вариантами ответов). 3. Степень доверия к источникам информации о COVID-19 («Из каких источников Вы получаете информацию о пандемии?», «Каким источникам Вы в большей степени доверяете?», «Как часто Вы отслеживаете информацию о числе заболевших COVID-19?»). 4. Меры профилактики заболевания («Соблюдаете ли Вы рекомендованные Минздравом меры безопасности, чтобы не заболеть новой коронавирусной инфекцией?», «Носите ли Вы маску в общественных местах?», «Считаете ли Вы меры, предпринятые государственными органами власти (Правительством РФ и органами власти субъекта РФ), достаточными для снижения числа заболевших?», «На Ваш взгляд, вакцинация от COVID-19 поможет преодолеть пандемию?»); 5. Трудности во время самоизоляции («Укажите, с какими трудностями Вы столкнулись во время пандемии», «Что из перечисленного вызывает у Вас наибольший стресс, влияет на Ваше психологическое здоровье?», «Оцените свой уровень тревожности по шкале от 0 «совсем нет» до 4 «экстремально высокий»). Опрос осуществлялся с использованием сервиса Google Forms. Статистический анализ результатов проводился с использованием статистического пакета для социальных наук «SPSS 22.0» («IBM»). Результаты исследования В исследовании принимало участие 872 студента (68% - девушки, 32% - юноши) 1-4-х курсов бакалавриата и 1-2-х курсов магистратуры в возрасте 17-24 лет, обучающиеся по очной форме обучения по социально-гуманитарным, естественно-научным и математическим направлениям (таблица). Знания о COVID-19 ps2021s2.4htm00112.jpg В ходе опроса две трети респондентов продемонстрировали высокий уровень владения информацией о коронавирусной инфекции, основных способах ее передачи, общих симптомах заболевания (94,9%). Степень доверия к источникам информации о COVID-19 По мнению респондентов, основными источниками получения информации о заболевании, способах его передачи и распространения, мерах защиты и профилактики служили официальные новостные сайты в сети Интернет (79,1%), социальные сети ВКонтакте, Instagram, Telegram (12,3%), реже федеральные телевизионные каналы (8,6%). В ходе исследования 69% опрошенных выразили высокую степень доверия к данным источникам информации о новой коронавирусной инфекции. Кроме того, респонденты отметили тот факт, что доступ к актуальной информации из независимых источников ассоциировался со снижением уровня тревожности и стресса и, наоборот, противоречивые данные, фейковые информационные вбросы, призывы к саботажу введенных Правительством РФ профилактических мер вызывали панические настроения и повышали уровень тревожности, приводя к бессоннице, общей повышенной утомляемости и раздражительности. Частота мониторинга информации о заболевших COVID-19 в целом по стране и по месту жительства, в частности, варьировалась от «несколько раз в день» (36,2%), «каждый день» (33,8%), «2-3 раза в неделю» (21,3%), до «1 раза в неделю и реже» (8,7%). Меры профилактики заболевания По данным опроса, 85% респондентов в качестве нормы приняли социальное дистанцирование в 1,5 м, 67% - режим самоизоляции для людей 60+, 63% - «масочный режим», 65% выразили готовность перейти на удаленный режим занятости, 44% согласны с переводом вузов и школ в дистанционный формат, 45% поддерживают строгие меры самоизоляции для всех категорий населения, 47% полностью поддерживают ограничительные меры [7], введенные Правительством. По прошествии времени со дня введения ограничительных мер можно выделить несколько стратегий самосохранительного поведения россиян как реакции на распространение новой коронавирусной инфекции: рисковые, протестные, адаптивные и консервативные. Вместе с тем под воздействием средств массовой информации большинство студентов (68,5%) изменили свое поведение в ответ на пандемию, в частности стали соблюдать социальную дистанцию, чаще мыть руки, обрабатывать их дезинфицирующими растворами, пользоваться санитайзерами, носить маски в местах скопления людей (магазины, общественный транспорт, медицинские учреждения). Трудности во время самоизоляции Быстрый переход к дистанционному образованию породил целый ряд проблем, особенно для периферийных вузов и филиалов, не имеющих собственной IT-инфраструктуры, обеспечивающей эффективный процесс обучения, поддержку студентов и преподавателей в онлайн-среде, поскольку обучение такого рода предполагает вложение значительных инвестиций в создание собственной онлайн-платформы (или заключение договора с внешней организацией); размещение качественных онлайн-курсов (разработка одного курса, как правило, занимает около 6-9 мес); обучение преподавателей навыкам работы на онлайн-платформе с возможностью своевременного ее наполнения, корректировки учебных материалов, их проверки и выставления результатов промежуточной аттестации. Несмотря на тот факт, что современные молодые люди активно используют преимущества сети Интернет для обучения, развития, отдыха, общения и досуга, тем не менее, большинство из них столкнулись с множеством трудностей при освоении основных образовательных программ с использованием дистанционных компьютерных технологий. К наиболее часто упоминаемым трудностям во время самоизоляции и введения локдауна были отнесены следующие: 1. Качество Интернет-связи, особенно в сельской местности, которое не позволяло обучающимся вовремя получить и отправить выполненные задания. Для этого необходимо было первоначально «найти» место с наиболее сильным сигналом, часто вне дома (на возвышенности, у телеантенны), чтобы отправить домашнее задание с мобильного телефона через мессенджеры или электронную почту, что говорит о слабой информатизации российского общества, неравенстве в получении образования, доступе к Интернет-ресурсам молодыми людьми, проживающими в разных регионах и типах поселений. 2. Недостаток технических навыков для работы в системе дистанционного обучения и самоконтроля времени. По мнению респондентов, важным фактором, провоцирующим усиление тревоги и стресса, стала необходимость осуществления самостоятельного тайм-менеджмента, т. к. дистанционное обучение предполагает большую степень самоконтроля при изучении учебного материала в соответствии с личными возможностями и способностями, с чем многие (46,3%) молодые люди не смогли успешно справиться. Следствием этого явились хроническая неуспеваемость, нарушение сроков выполнения заданий, высокий уровень стресса и хроническая усталость. 3. Продолжительность времени пребывания за компьютером из-за увеличения академической нагрузки, часто в ночное время из-за наличия лишь одного ноутбука или компьютера на всех членов семьи (братьев/сестер школьного возраста; родителей, работающих онлайн), что создавало очередность в выполнении работы и служило причиной семейных конфликтов, создавало напряжение в межличностных супружеских и детско-родительских отношениях. Этот факт подтверждается данными Росстата: во втором квартале 2020 г. число бедных россиян составляло 19,9 млн человек, доля граждан с доходом ниже величины прожиточного минимума - 13,5% населения 60 страны. 4. Безработица, вызванная пандемией, привела к снижению доходов, ограничению потребления продуктов питания, услуг, что негативно отразилось на качестве жизни российских семей, невозможности или отсрочки оплаты коммунальных платежей, в том числе за пользование Интернет, создав дополнительные трудности в процессе обучения. 5. Возрастание чувства тревоги и стресса из-за страха заражения COVID-19 родителей и близких родственников; недостаток межличностного общения в связи с ухудшением эпидемиологической обстановки в месте проживания привело к снижению академической успеваемости. Факторы риска нарушений психологического здоровья Для установления факта взаимосвязи между курсом обучения и индикаторами психологического здоровья информантов (уровнем тревожности и стресса), полом и показателями академической успеваемости был использован корреляционный анализ. Для выявления взаимосвязи между переменными был использован метод ранговой корреляции Спирмена, который позволил установить наличие прямой корреляционной связи между следующими переменными: •курсом обучения и уровнем тревожности (0,658); •курсом обучения и уровнем стресса (0,726); •полом и уровнем тревожности (0,683); •уровнем академической успеваемости и уровнем тревожности (-0,769). Исследование показало, что наибольший уровень тревожности испытывают студенты 3-го (0,179), 4-го курсов (0,185) бакалавриата и 1-го курса магистратуры (0,194). Наличие прямой корреляционной связи между указанными переменными обусловлено нестабильностью временных рамок пандемии, сроков снятия ограничительных мер, изменением требований к выполнению домашних заданий, прохождению практической подготовки, сдаче сессии, выполнению и защите курсовых и выпускных квалификационных работ; трудностями трудоустройства в ситуации локдауна. Подавляющее большинство респондентов (97%) оценили условия самоизоляции как стрессовые; девушки (0,727) значительно чаще испытывали стресс по сравнению с юношами (0,432). Помимо прочего, была выявлена обратная корреляционная связь между уровнем академической успеваемости и уровнем тревожности (-0,769), т. е. чем выше успеваемость студента, тем менее он/она испытывает чувство тревоги и стресса. Вероятно, одним из объяснений может служить более высокий уровень подготовки студентов, имеющих отличные и хорошие оценки; наличие у них знаний по изучаемым дисциплинам; способов их получения; общего широкого кругозора. И, наоборот, студенты с удовлетворительной академической успеваемостью в меньшей степени уверены в своих знаниях, а при возникновении новых условий и требований испытывают бóльшую неуверенность и сомнения в возможности продолжения обучения, страх быть отчисленным, что вызывает повышенный уровень тревоги и стресса. Заключение Краткосрочные и долгосрочные последствия влияния пандемии и самоизоляции на психологическое здоровье учащейся молодежи еще предстоит изучить. Но уже сегодня, по данным онлайн-опроса Национального медицинского исследовательского центра здоровья детей Министерства здравоохранения РФ 2020 г., в котором приняло участие около 30 тыс. школьников с 5-го по 11-й класс из 79 регионов России, у 83,8% респондентов констатировано наличие стресса, в том числе депрессия (42,2%), астения (41,6%), обсессивно-фобические состояния (37,2%), головные боли (26,8%), нарушения сна (55,8%). Треть обучающихся сообщили о панике и апатии перед началом нового учебного года 61. В ходе проведенного исследования было установлено, что к наиболее распространенным трудностям в условиях самоизоляции были отнесены: технические (неравноценный доступ к сети Интернет в разных субъектах РФ), образовательные (отсутствие необходимых навыков и предварительной подготовки к работе в системах дистанционного образования), семейные (конфликты с родителями и членами семьи), экономические/финансовые (перевод родителей на удаленную форму работы; вынужденный отпуск или отпуск за свой счет; потеря работы и заработка), социальные (недостаток межличностного общения, дистанцирование от ближайшего социального окружения, сужение спектра активности, алармические и панические настроения в ситуации неопределенности) трудности. Более высокий уровень тревожности и стресса из всех изученных групп выявлен у девушек 3-х и 4-х курсов (2020/2021 учебного года), получающих образование по уровню бакалавриата, и 1-го курса магистратуры, имеющих средний уровень академической успеваемости, что позволяет отнести их к наиболее уязвимым группам риска по нарушению психологического здоровья. В этой связи встает вопрос о необходимости разработки и внедрения в учебно-образовательный процесс вузов программ по выявлению и оказанию психологической помощи и поддержки студентам, остро переживающим последствия пандемии, для сохранения ими психологического здоровья. Источник финансирования. Исследование не имело спонсорской поддержки. Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.1.Борисов С. Н., Волкова О. А., Бессчетнова О. В., Доля Р. Ю. Домашнее насилие как фактор нарушения социального и психического здоровья // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2020. Т. 28, № 1. С. 68-73. DOI: 10.32687/0869-866X-2020-28-1-68-73.2.Tscymbalystov A. V., Volkova O. А., Besschetnova O. V. et al. Activating technologies of social service as a factor of improving social self-personality of elderly and disabled people in Russia // Int. J. Pharm. Res. 2018. Vol. 10, N 4. P. 346-349.3.Volkova O., Besschetnova O., Kadutsky P., Bembena A. Using distance educational methods for training people, experienced high psycho-emotional stress // 14th International Conference on Virtual Learning - Virtual reality. Bucharest: Bucharest University Press, 2019. P. 243-246.4.Browning M. H. E. M., Larson L. R., Sharaievska I. et al. Psychological impacts from COVID-19 among university students: Risk factors across seven states in the United States // PLoS One. 2021. Vol. 16, N 1. P. e0245327. DOI: 10.1371/journal.pone.0245327.5.Kecojevic A., Basch C. H., Sullivan M., Davi N. K. The impact of the COVID-19 epidemic on mental health of undergraduate students in New Jersey, cross-sectional study // PLoS One. 2020. Vol. 15, N 9. P. e0239696. DOI: 10.1371/journal.pone.0239696.6.Cao W., Fang Z., Hou G. et al. The psychological impact of the COVID-19 epidemic on college students in China // Psychiatry Res. 2020. Vol. 287. P. 112934. DOI: 10.1016/j.psychres.2020.112934.7.Кочкина Е. В. Самосохранительное поведение в период пандемии // Социодиггер. Здоровье. Здравоохранение. Биоэтика. 2020. Т. 1, № 4. С. 23-30.