Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медициныПроблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины0869-866X2412-2106Joint-Stock Company Chicot47110.32687/0869-866X-2021-29-1-41-45Научная статьяПАНДЕМИЯ COVID-19 КАК ФАКТОР ТРАНСФОРМАЦИИ ДОМАШНЕГО НАСИЛИЯКулабуховД. А.-МозговаяЕ. И.-ВолковаО. А.-АнанченковаП. И.-ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет»ГБУ «Научно-исследовательский институт организации здравоохранения и медицинского менеджмента Департамента здравоохранения города Москвы»ФГБНУ «Национальный научно-исследовательский институт общественного здоровья имени Н. А. Семашко» Минобрнауки России15122021291414506042021Copyright © 2021, АО "Шико"2021Представлены результаты проекта, направленного на выявление особенностей трансформации домашнего насилия в период действия противопандемических мер. Социологическое исследование проведено на базе Старооскольской местной общественной организации «Кризисный центр для женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию» (г. Старый Оскол, Белгородская область). В состав респондентов вошли женщины (n=46) в возрасте 20-45 лет, пережившие насилие в семье. Сбор первичной информации проводился при помощи метода полуструктурированного интервью. Проведено также полуструктурированное интервью с экспертами из числа исследователей-социологов и сотрудников кризисного центра. Установлено, что пандемия COVID-19 оказала существенное влияние на семейные взаимоотношения. В условиях вынужденной изоляции и соблюдения противопандемических мер риск возникновения домашнего насилия значительно увеличивается.domestic violencepandemicself-isolationpreventionдомашнее насилиепандемиясамоизоляцияпрофилактика насилия в семьеВведение Становится очевидным, что пандемия COVID-19 затронула все без исключения сферы жизни общества. Беспрецедентные меры борьбы с пандемией не только оказали влияние на политические и экономические процессы в мире, но и отразились на семейных отношениях. Уже в апреле 2020 г. Генеральный секретарь ООН А. Гутерреш заявил, что проблема домашнего насилия становится глобальной и касается всех стран мира. Выходом из сложившейся ситуации может стать внедрение в национальные планы борьбы с коронавирусом специальных мер, направленных на предотвращение семейного насилия и возмещения ущерба от него [1]. Российская Федерация не является исключением. В соответствии с Указом Президента России со 2 апреля до 12 мая 2020 г. был установлен период нерабочих дней [2]. Во всех регионах страны был принят комплекс мер, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (СOVID-19). Среди них - перевод сотрудников многих сфер деятельности на удаленный режим работы, дистанционное обучение школьников и студентов, обязательная самоизоляция для пожилых людей и лиц с хроническими заболеваниями, ограничение передвижения, запрет на проведение массовых мероприятий. Подобные ограничительные меры носили вынужденный характер и были полностью оправданны, так как их целью стала защита жизни российских граждан. Однако неожиданное изменение привычного образа жизни, ухудшение финансового положения, постоянное поступление противоречивой информации из СМИ дезориентировали многих людей и сделали их особенно уязвимыми в сложившихся обстоятельствах. В условиях изоляции человек практически обязательно сталкивается с целым спектром эмоций: страхом за себя и своих близких, тревогой, агрессией, неуверенностью в завтрашнем дне. Справиться со стрессом привычным способом (участием в массовых мероприятиях, прогулках) в ситуации пандемии не представляется возможным. Изменение эмоционального состояния происходит у тех людей, у которых оно уже было уязвимо [3, с. 5]. В период объявления режима самоизоляции в России информация об участившихся случаях домашнего насилия стала появляться в СМИ и в официальных источниках. В интервью Российскому агентству международной информации «РИА Новости» Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации Татьяна Москалькова сообщила, что «в период с 10 апреля количество жертв насилия и случаев насилия в семье увеличилось в 2,5 раза. Если в марте таких сообщений было 6054, то в апреле таких сообщений поступило более 13 тысяч» [4]. Тревожная информация о фактах домашнего насилия после введения режима самоизоляции стала поступать и в российские кризисные центры для женщин [5]. В закрытом пространстве, стесненных условиях квартир, домов риск возникновения насилия среди членов семьи значительно увеличился [6, с. 35]. Ситуация осложняется тем, что жертве домашнего насилия обратиться за помощью напрямую стало затруднительно: личный прием граждан в период изоляции был приостановлен. В силу того что агрессор находился с жертвой в одном помещении и мог контролировать каждый ее шаг, позвонить на горячую линию или воспользоваться электронной почтой было гораздо сложнее. Многие больницы приостановили оказание плановой медицинской помощи, скоординировав усилия на работе с больными COVID-19. Это значительно затруднило получение жертвой семейного насилия медицинской помощи в экстренной ситуации [5]. Также в России практически отсутствуют координационные центры быстрого реагирования на сообщения о фактах домашнего насилия. Субъектом профилактики (по факту) являются сотрудники полиции, что затрудняет возможности ранней превенции насилия в семье [7, с. 62]. На сегодняшний день официальная статистика по фактам домашнего насилия в период пандемии отсутствует. Таким образом, проблема домашнего насилия вызывает серьезную обеспокоенность общества. Принимая различные формы, от физического, сексуального, психологического насилия до экономической и социальной изоляции, домашнее насилие наиболее ярко проявляется в период пандемии COVID-19. Однако проблема домашнего (семейного) насилия не является новой ни для всего мира, ни для России. Обратимся к истории вопроса. Следуя международным нормативно-правовым актам, домашнее насилие означает все акты физического, сексуального, психологического или экономического насилия, которые происходят в кругу семьи, в быту, между бывшими или нынешними супругами либо партнерами, независимо от того, проживает или не проживает лицо, их совершающее, в том же месте, что и жертва [8]. Среди причин домашнего насилия исследователями выделяются внутрисемейные (интимные) отношения, внешнесоциальные, экономические, медицинские (вызванные тяжелыми болезнями). Главной причиной все же являются индивидуальные особенности членов семьи: особенности психики, морали, истоки которых следует искать в далеком детстве, в раннесемейных отношениях [9, с. 175]. Справедливой является точка зрения, согласно которой насилие и угроза его применения являются однородными действиями [10, с. 203]. Домашнее насилие возникает в рамках конкретной семьи и касается всех ее членов [6]. Систематически повторяющиеся акты физического, сексуального, экономического и психологического воздействия на членов семьи совершаются против их воли. Цель насильственных действий - обретение власти и контроля над близким человеком. Фактически умышленное причинение вреда здоровью, истязания, ограничение свободы, оскорбление чести и достоинства являются проявлениями «повседневного терроризма» [10, с. 21]. Женщины, пострадавшие от домашнего насилия, не всегда официально заявляют о фактах насильственных действий, что затрудняет оценку реального масштаба проблемы [11, с. 128]. Однако рассматривать проблему домашнего насилия следует шире, так как жертвой насильственных действий в семье могут стать не только женщины, но и дети, пожилые люди, инвалиды. Ухудшение физического, психического, социального здоровья членов семьи, подвергшихся домашнему насилию, является тяжелым следствием происходящего [13]. На протяжении всей жизни жертвы домашнего насилия испытывают социальные трудности, когнитивную дисфункцию, поведенческие проблемы, нарушение иммунной функции [14]. К отрицательным последствиям домашнего насилия относятся физические недомогания, обострение хронических заболеваний, депрессивное состояние, страх перед насильником [15, с. 131]. Домашнее насилие (угрозы, жестокое обращение, длительные конфликтные семейные ситуации, аморальное поведение виновного лица, систематическое унижение человеческого достоинства) становится причиной не только психологических травм, но и суицида. Следственным органам крайне сложно установить причинно-следственную связь между действием виновного лица и самоубийством жертвы домашнего насилия [16, с. 22]. Ситуация в России существенно осложняется отсутствием закона о профилактике семейно-бытового насилия [5, с. 30]. В 2016 г. на заседании Совета Государственной Думы Российской Федерации был рассмотрен проект Федерального закона «О профилактике семейно-бытового насилия» [17]. В рамках закона предполагалось ввести понятие «семейно-бытовое насилие», т. е. умышленное деяние (действие или бездействие) одного лица в отношении другого или других, совершенное в сфере семейно-бытовых отношений, если это деяние нарушает права и свободы человека, и/или причиняет ему боль, и/или наносит вред здоровью, и/или причиняет нравственные страдания, и/или причиняет ему имущественный вред [17]. Данный законопроект вызвал в российском обществе острую дискуссию. С точки зрения А. В. Швабауэра, данный законопроект включает в себя многочисленные антисемейные технологии, в том числе вмешательство в семью. По мнению исследователя, принятие закона будет стимулировать уклонение граждан от заключения законных браков, спровоцирует сокращение числа семей «не только через неадекватное определение понятия насилия, но и за счет формирования в общественном сознании негативного отношения к институту брака в целом» [18, с. 16]. Решение проблемы видится в активном обсуждении проблем семьи с привлечением организаций, представляющих интересы пострадавших от домашнего насилия [19, с. 534]. Отсутствие единой государственной политики, направленной в первую очередь на профилактику семейного насилия, защиту жертв насильственных действий в семье, значительно ухудшает ситуацию. Представляется, что поиск новых мер профилактики насилия в семье будет способствовать решению данной проблемы в целом и в контексте пандемии. Материалы и методы Исследование проведено сотрудниками Лаборатории социальных проектов, базовой кафедры региональных исследований социальной работы ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет», Старооскольской местной общественной организации (СМОО) «Кризисный центр для женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию». Для выявления особенностей трансформации домашнего насилия в период действия противопандемических мер в июне-сентябре 2020 г. было проведено социологическое исследование. Методом исследования стал интернет-опрос (полуструктурированное интервью). В исследовании приняли участие 46 женщин в возрасте 20-45 лет, пережившие насилие в семье. Для поиска респондентов из числа женщин использовался метод «снежный ком». В качестве экспертов выступили исследователи-социологи, а также сотрудники СМОО «Кризисный центр для женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию» (выборка целевая). Сбор данных также осуществляли при помощи полуструктурированного интервью. Обработку и анализ данных проводили с помощью пакета статистических программ SPSS и при помощи метода составления сравнительных таблиц. Результаты исследования Опрошено 46 респондентов в возрасте 20-45 лет, обратившихся за помощью в СМОО «Кризисный центр для женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию». Находятся в официальном браке 86% респондентов, 14% разведены. Высшее образование имеют 24%, среднее специальное - 58%, среднее - 18% женщин. Большинство (78%) опрошенных считают, что мужчины занимают в обществе лидирующее положение и женщине трудно достичь с ними равенства. Оправдывая свое «неравное положение», участницы исследования признают за мужчинами статус «главы семьи». По мнению 66% респондентов, предназначение женщины заключается в том, чтобы «быть хорошей женой и матерью». Сочетают семейную и профессиональную сферу 68% респондентов, остальные являются домохозяйками. На вопрос «Считаете ли Вы, что в последнее время женщины стали более самостоятельными?» 28% ответили утвердительно, 42% выбрали вариант ответа «нет», 30% затруднились ответить. Позиция респондентов в отношении женского предназначения, на наш взгляд, зависит от образования, семейного, материального положения и иных факторов. Все участники исследования ответили, что подвергались насилию в семье со стороны супруга. Физическое насилие испытали на себе 58% опрошенных, психологическое - 24%; 18% затруднились ответить на вопрос, заявив, что испытали в семье и физическое, и эмоциональное насилие. Насильственные действия происходили в семье «несколько раз в неделю» (20%), «два-три раза в месяц» (48%), «несколько раз в полгода» (22%), «два-три раза в год» (10%). Пытались противостоять агрессору, сопротивляться насилию 44% женщин. Среди причин неудач опрошенные называют «физическую силу мужчины» (72%), «отсутствие поддержки среди близких людей» (58%), «страх, боязнь расправы» (54%), «финансовую зависимость от супруга» (48%). В ходе исследования нами была установлена связь между наличием у женщины детей и ее готовностью терпеть насильственные действия. Имеют детей 78% опрошенных, и «желание, чтобы дети воспитывались в полной семье», а также боязнь «остаться одной с детьми» являются основной причиной того, что женщины терпят насильственные действия. Основными причинами возникновения домашнего насилия, по мнению респондентов, являются «безработица, социальная неустроенность» (36%), «материальные проблемы в семье» (48%), «алкоголизм супруга» (32%), «низкий уровень культуры» (18%), «плохие жилищные условия» (20%), «генетическая предрасположенность к насилию» (34%), «неблагополучие в собственной семье, негативный пример родителей» (26%), «вмешательство родственников в жизнь семьи» (14%). Большинство (64%) респондентов считают, что закон «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации» необходимо принять, однако затрудняются с перечислением основных его положений. Необходимо отметить, что в период «режима самоизоляции» положение респондентов значительно ухудшилось. Показателен тот факт, что 8% опрошенных впервые столкнулись с проявлениями домашнего насилия именно в период принятия противопандемических мер. Участники исследования заявили, что в период самоизоляции их семьи испытывали финансовые затруднения, повысился уровень страха за себя и своих близких, появились «растерянность, непонимание происходящего». Состояние «близкое к панике» испытали 52% респондентов. Возникновение кризисных ситуаций в семье в данный период респонденты связывают с «вынужденной изоляцией, ее неожиданностью» (68%), «постоянным нахождением с супругом в закрытом пространстве» (62%), «негативными новостями о коронавирусе из СМИ, противоречивыми сведениями о пандемии» (58%), «долгими нерабочими днями» (36%) и даже «потерей работы» (14%). Стресс, который переживали респонденты до объявления пандемии, усилился во время вынужденной изоляции, что актуализировало проблему оказания психологической помощи жертвам домашнего насилия. Участники исследования заявили, что в период проведения противопандемических мер они нуждались в медицинской (34%) и юридической (42%) помощи. В режиме самоизоляции им было сложно обратиться за помощью в полицию, в органы социальной защиты, позвонить на горячую линию для жертв семейного насилия или сообщить друзьям в социальных сетях. Причиной этого стало «постоянное нахождение в закрытом пространстве с мужем, тотальный контроль с его стороны» (56%). Кроме того, 44% респондентов отмечают «отсутствие информации о кризисных центрах в регионах, видах помощи жертвам домашнего насилия». По мнению большинства (96%) экспертов, в первую очередь жертва домашнего насилия должна владеть достаточной и четкой информацией о помощи, которую она может получить со стороны государства, общественных организаций. Отсутствие необходимой информации делает жертву насилия в семье особенно уязвимой. Обеспечить безопасное проживание жертв домашнего насилия, их детей, родственников является важным шагом в противодействии домашнему насилию. Эксперты считают необходимым расширять программы развития знаний и навыков для женщин - жертв домашнего насилия. Комплексная юридическая, психологическая, социальная, медицинская помощь должна предоставляться жертвам домашнего насилия бесплатно. Как подчеркивают эксперты, законодательство в сфере профилактики домашнего насилия требует изменений в самое ближайшее время. Должна оказываться государственная поддержка организациям, занимающимся защитой прав жертв домашнего насилия. Заключение В России в период объявления режима самоизоляции значительно участились случаи домашнего насилия, что подтверждается публикациями в СМИ и официальными данными. Проведенное эмпирическое исследование показало, что домашнее насилие, принимая формы от физического, сексуального, психологического насилия до экономической и социальной изоляции и пренебрежения нуждами, особенно проявилось в период пандемии COVID-19. Среди причин увеличения насильственных действий в семье следует назвать «вынужденную изоляцию», «нахождение в закрытом пространстве (квартиры, дома)», «ухудшение экономического положения семьи», «потерю работы», «противоречивую информацию о пандемии», «растерянность, непонимание ситуации», «состояние, близкое к панике». В период пандемии жертве домашнего насилия обратиться за помощью напрямую затруднительно: личный прием граждан в период изоляции был приостановлен, многие больницы ограничили оказание плановой медицинской помощи. Кроме того, в Российской Федерации практически отсутствуют координационные центры быстрого реагирования на сообщения о фактах домашнего насилия. Установлено, что ситуация пандемии обострила проблему профилактики домашнего насилия. Согласно результатам исследования, некоторая часть (8%) опрошенных женщин вообще впервые столкнулись с проявлениями домашнего насилия именно в период принятия противопандемических мер. Учитывая социальную значимость профилактики домашнего насилия, отметим необходимость совершенствования нормативно-правовой базы в данной области, а также необходимость координации усилий государства и общества по противодействию насилию в семье. Исследование не имело спонсорской поддержки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.1.Генсек ООН сообщил о вспышке домашнего насилия на фоне пандемии COVID-19. Режим доступа: https://rg.ru/2020/04/06/gensek-oon-soobshchil-o-vspyshke-domashnego-nasiliia-na-fone-pandemii-COVID-19.html2.Указ Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)». Режим доступа: http://www.kremlin.ru3.Островский Д. И., Иванова Т. И. Влияние новой коронавирусной инфекции COVID-19 на психическое здоровье человека (обзор литературы). Омский психиатрический журнал. 2020;2-1S(24):4-10.4.Интервью РИА Новости Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Т. Москальковой. Режим доступа: https://ria.ru/20200505/1570953246.html (дата обращения 01.09.2020).5.Елфимов П. В., Виноградова О. П. Насильственные преступления на почве семейно-бытовых конфликтов: проблемы первоначального этапа расследования. Вестник Уральского юридического института МВД России. 2020;(2):30-5.6.Голубева Н. В., Иванов Д. В., Троицкий М. С. Панические расстройства во внутрисемейных отношениях, как последствия воздействия коронавирусной инфекции (обзор литературы). Вестник новых медицинских технологий. Электронное издание. 2020;(2):32-8.7.Качурова Е. С. Виктимологическое предупреждение криминальной агрессии в семье при соблюдении режима самоизоляции. Пролог: журнал о праве. 2020;(2):60-4.8.Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием (Стамбул, 11 мая 2011 г.). Режим доступа: https://www.coe.int/ru9.Антонян Ю. М. Причины насилия в семье. Пенитенциарная наука. 2020;14(2):168-76.10.Колесова А. С. Виды и формы насилия в семье. Законность и правопорядок в современном обществе. 2010;2(1):203-10.11.Белова О. Н., Акутина С. П. Женское насилие в семье как социальная проблема. Социодинамика. 2019;(3):18-26.12.Корзун И. Г. Бытовое насилие в отношении женщин. Государственная служба и кадры. 2019;(3):128-30.13.Борисов С. Н., Волкова О. А., Бессчетнова О. В., Доля Р. Ю. Домашнее насилие как фактор нарушения социального и психического здоровья. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2020;28(1):68-73.14.Быховец Ю. В., Дан М. В. Эмоциональное насилие с точки зрения теории привязанности и системной семейной психотерапии. Мир науки. Педагогика и психология. 2019;6(7):12-8.15.Саламова С. Я. Домашнее насилие в современной России: общая характеристика. Lex Russica. 2018;9(142):129-38.16.Нигматуллин М. Р. Домашнее насилие как причина доведения до самоубийства. Виктимология. 2020;2(24):19-26.17.Проект Федерального закона № 1183390-6 «О профилактике семейно-бытового насилия (внесен на рассмотрение 28.09.2016) Режим доступа: http://www.consultant.ru (дата обращения 05.09.2020).18.Швабауэр А. В. Угрозы и истоки законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия. Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2020;1(56):14-23.19.Ловцова Н. И., Зайцев Д. В. Насилие в семье или насилие над семьей. Журнал исследований социальной политики. 2018;3(16):529-36.