<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE root>
<article xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" article-type="research-article" dtd-version="1.1d1" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher">Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины</journal-id><journal-title-group><journal-title>Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины</journal-title></journal-title-group><issn publication-format="print">0869-866X</issn><issn publication-format="electronic">2412-2106</issn><publisher><publisher-name>Joint-Stock Company Chicot</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="publisher-id">323</article-id><article-id pub-id-type="doi">10.32687/0869-866X-2020-28-4-523-528</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Научная статья</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Особенности смертности лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации в 2012-2018 гг</article-title></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author"><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Мадьянова</surname><given-names>В. В.</given-names></name><bio></bio><email>vvm@hsha.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author"><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Какорина</surname><given-names>Е. П.</given-names></name><bio></bio><email>-</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author"><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Клокова</surname><given-names>Т. А.</given-names></name><bio></bio><email>-</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib></contrib-group><aff id="aff-1">Институт лидерства и управления здравоохранением ФГАОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет имени И. М. Сеченова» Минздрава России (Сеченовский Университет)</aff><pub-date date-type="epub" iso-8601-date="2020-12-15" publication-format="electronic"><day>15</day><month>12</month><year>2020</year></pub-date><volume>28</volume><issue>4</issue><fpage>523</fpage><lpage>528</lpage><history><pub-date date-type="received" iso-8601-date="2021-04-06"><day>06</day><month>04</month><year>2021</year></pub-date></history><permissions><copyright-statement>Copyright © 2020, АО "Шико"</copyright-statement><copyright-year>2020</copyright-year></permissions><abstract>Во всех странах Европейского региона в 2000-2015 гг. наблюдалась положительная динамика снижения уровней смертности в возрастных группах 65 лет и старше. В Российской Федерации к 2018 г. уровень смертности лиц старших возрастных групп снизился до 3798,3 на 100 тыс. населения, что на 14% (4424,6) ниже по сравнению с 2012 г. и на 45% (6877,0) по сравнению с аналогичным показателем 1998 г.Цель исследования - определить особенности и провести сравнение с зарубежными данными показателей смертности лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации. Проанализированы стандартизованные показатели смертности населения старше трудоспособного возраста в динамике с 2012 по 2018 г., выявлены гендерные особенности в уровнях смертности, представлены основные причины и структура причин смерти, а также проведено сопоставление и сравнение показателей смертности пожилого населения с аналогичными показателями ряда европейских стран. Описан вклад отдельных возрастных групп в показатель общей смертности населения Российской Федерации в динамике за ряд лет.</abstract><kwd-group xml:lang="en"><kwd>population aging</kwd><kwd>mortality</kwd><kwd>able-bodied age</kwd><kwd>health status</kwd><kwd>elderly population</kwd><kwd>morbidity</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>постарение населения</kwd><kwd>смертность лиц старше трудоспособного возраста</kwd><kwd>состояние здоровья пожилого населения</kwd><kwd>заболеваемость лиц старше трудоспособного возраста</kwd></kwd-group></article-meta></front><body>Увеличение числа лиц старших возрастных групп в структуре населения объективно приводит к увеличению объемов медицинских и медико-социальных услуг и требует проведения исследований по изучению заболеваемости, смертности пожилого населения для последующего планирования ресурсов системы здравоохранения и составления прогноза оценки оказания медицинской помощи данной категории населения на среднесрочную перспективу. К сожалению, к настоящему времени отсутствуют какие-либо достоверные данные о смертности населения старших возрастных групп, полученные в результате крупных эпидемиологических исследований. В основном для анализа состояния здоровья лиц старше трудоспособного возраста используют данные официального статистического наблюдения. Цель исследования - определить особенности и провести сравнение с зарубежными данными показателей смертности лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации. Материалы и методы Объектом исследования стали показатели смертности лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации по основным классам болезней МКБ-10 за период 2012-2018 гг. [1-3]. В качестве источника информации о смертности населения старше трудоспособного возраста использовались данные Росстата: «Медико-демографические показатели Российской Федерации. (Статистический справочник)» за 2018 и 2012 гг. [4], таблица С51 «Распределение умерших по полу, отдельным возрастным группам и причинам смерти» [5], таблица С52 «Число умерших по основным классам и отдельным причинам смерти в расчете на 100 тыс. населения в год») [6], «Социально значимые заболевания населения России в 2018 и 2012 гг. (Статистические материалы)» [7], а также данные европейских баз: European mortality database (MDB) (https://gateway.euro.who.int/en/datasets/european-mortality- database/) [8] и European Health for All database (HFA-DB) (https://gateway.euro.who.int/) [9], Disease burden and mortality estimates (https://www.who.int/healthinfo/global_burden_disease/estimates/en/) [10]. Результаты исследования Проанализированы стандартизованные показатели смертности населения старше трудоспособного возраста в динамике с 2012 по 2018 г., выявлены гендерные особенности в уровнях смертности, представлены ведущие причины смерти, к которым относятся болезни системы кровообращения, новообразования, а также симптомы, признаки и неточно обозначенные состояния. Для выявления проблемных ситуаций в смертности лиц старше трудоспособного возраста проведено сравнение аналогичных показателей ряда стран Европейского региона, наглядно демонстрирующее существенные различия в уровнях смертности по большинству классов болезней. Описана доля отдельных возрастных групп в показателе общей смертности населения Российской Федерации в динамике за ряд лет. Обсуждение Показатель смертности является важнейшим интегральным индикатором, характеризующим уровень социально-экономического развития страны [1, 2]. На протяжении последних десятилетий в мире отмечено существенное снижение смертности, особенно значительное в экономически развитых странах [1]. Уровень смертности населения в Российской Федерации также имеет стойкую тенденцию к снижению с 2005 г., и к в 2018 г. он достиг значения 12,5 на 1 тыс. населения. Как видно из рис. 1, основной вклад в показатель общей смертности населения страны к настоящему времени вносит смертность населения старше трудоспособного возраста (77,5%) при снижении доли смертности лиц трудоспособного (21,6%) и моложе трудоспособного (0,9%) возрастов. В 2018 г. смертность населения старше 60 лет (3798,3 на 100 тыс. населения) в 8 раз превышала смертность трудоспособного населения (482,2) и в 70 раз - смертность в возрастной группе до 17 лет (54,1), что свидетельствует о благоприятной тенденции сохранения здоровья в молодом и активном трудоспособном возрасте (до 60 лет) и адекватном возрастном соотношении, что характерно для большинства развитых стран мира. ps202004.4htm00233.jpg Во всех странах Европейского региона в 2000-2015 гг. наблюдается положительная динамика снижения уровней смертности в возрастных группах от 65 лет и старше, причем в странах как Западной, так и Восточной Европы. Однако уровни смертности в 2014-2015 гг. в странах Восточной Европы (Беларусь - 5548,6, Молдова - 6296,9, Украина - 5679,8, Россия - 655,2 на 100 тыс. населения) в 1,5-2 раза превышали аналогичные показатели стран Западной Европы (Испания - 3099,8, Италия - 3224,1, Израиль - 3275,6, на 100 тыс. населения), и за более чем 15-летний период этот разрыв не удается сократить (табл. 1). Анализ стандартизованных показателей смертности лиц в возрасте 65 лет и старше в ряде стран Европейского региона (на основе базы данных ВОЗ Mortality Database) показывает превышение значения уровня смертности мужчин по сравнению с женщинами, однако разрыв в показателях уровня смертности между мужчинами и женщинами в Великобритании, Норвегии, Германии находится в диапазоне 23-31%, в то время как в Российской Федерации он превышает 40% (табл. 2). Кроме того, в нашей стране наблюдается значительный темп сокращения различий в показателях уровня смертности между мужчинами и женщинами в динамике за 5 лет. ps202004.4htm00235.jpg Таким образом, резерв снижения смертности заключается в тщательном анализе причин смертности мужчин, причем во всех возрастных группах, включая трудоспособный и старше трудоспособного возраст, а также в изучении и внедрении опыта зарубежных стран по преодолению гендерного дисбаланса в смертности населения. ps202004.4htm00237.jpg В Российской Федерации к 2018 г. достигнут самый низкий уровень смертности лиц старших возрастных групп - 3798,3 на 100 тыс. населения. По сравнению с 2012 г. (4424,6) данный показатель снизился на 14%, а по сравнению с аналогичным показателем 1998 г. (6877,0) - на 45%. Среди пяти лидирующих классов причин смерти населения лиц трудоспособного возраста в 2018 г. выделяют: болезни системы кровообращения (1969,2), новообразования (633,6), симптомы, признаки и отклонения от нормы, выявленные при клинических и лабораторных исследованиях, не классифицированные в других рубриках (291,9), болезни нервной системы (267,7) болезни органов пищеварения (158,3; ps202004.4htm00239.jpg табл. 3). По сравнению с 2012 г., первые три лидирующих класса смертности не изменились и также были представлены болезнями системы кровообращения (2780,1 на 100 тыс. населения), новообразованиями (676,0) и симптомами, признаками и неточно обозначенными состояниями (257,6), однако четвертое место занимали болезни органов пищеварения (148,3), пятое - травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин (143,9). Заслуживают внимания значительные колебания показателей смертности по большинству классов болезней за 7 лет. Так, наблюдается существенный рост смертности от болезней нервной системы (значение данного показателя выросло более чем в 8 раз и достигло значения 267,7, что вывело данный класс с 7-го места в 2012 г. на 4-е место в структуре смерти к 2018 г.), от психических расстройств - в 7 раз, от болезней костно-мышечной системы и соединительной ткани - в 4 раза, от болезней мочеполовой системы, болезней эндокринной системы, расстройств питания и нарушений обмена веществ - в 3,6 раза, от болезней кожи и подкожной клетчатки - в 2 раза. Вместе с тем за 7 лет смертность от болезней системы кровообращения сократилась почти на 30%, от травм, отравлений и некоторых других последствий внешних причин - на 17%, от болезней органов дыхания - на 14%, от некоторых инфекционных и паразитарных болезней - на 12%, от новообразований - на 6%. Изменение в ранговых местах лидирующих причин смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации за 7 лет свидетельствует об улучшении качества регистрации причин смерти и повышении уровня диагностики. Анализ смертности лиц трудоспособного возраста, старше трудоспособного возраста (старше 70 лет) выявляет различную картину в структуре причин смертности. Так, лидирующими причинами смерти среди лиц трудоспособного возраста в 2018 г. были болезни системы кровообращения (30,2%), травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин (25,5%) и новообразования (15,4%; рис. 2). На эти причины приходится более 70% всех случаев смерти в трудоспособном возрасте. Лица старше трудоспособного возраста преимущественно умирают от болезней системы кровообращения (51,8%), новообразований (16,7%), а также от таких причин, как симптомы, признаки и неточно обозначенные состояния (7,7%; рис. 3). Для лиц до 70 и старше 70 лет структура причин смертности аналогична. Вместе с тем смертность от болезней системы кровообращения составляет почти 60% всех случаев смерти. Класс «Травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин», являясь одной из лидирующих причин смертности лиц трудоспособного возраста, в данной возрастной группе не превышает 2%. Сопоставление структуры причин смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации с другими европейскими странами (по данным 2015 г.), несмотря на идентичную структуру лидирующих причин смертности (кардиоваскулярные болезни и новообразования), выявляет целый ряд существенных различий в уровнях смертности по большинству классов болезней (табл. 4). Так, по классу «Болезни системы кровообращения» отмечается значительное превышение соответствующих показателей по сравнению с рядом стран: трехкратное превышение уровня смертности, а по сравнению с Данией, Норвегией - четырехкратное. Кроме того, по ряду классов в нашей стране наблюдаются более низкие показатели смертности в возрасте 60 лет и старше, чем в странах Европы,- по инфекционным и паразитарным болезням, болезням крови и кроветворных органов, нервной системы, эндокринной системы, органов дыхания. В России, в отличие от других стран, редко используется в качестве первоначальной причины смерти такой диагноз, как сосудистая деменция (F01) [2], входящий в класс «Психические расстройства и расстройства поведения». Данный диагноз может быть указан только в случае, если пациент стоял на диспансерном наблюдении в психоневрологическом диспансере. В результате этого по классу «Психические расстройства и расстройства поведения» уровень смертности в нашей стране почти в 10 раз меньше, чем в европейских странах. Кроме того, если в Российской Федерации смертность населения старше трудоспособного возраста от симптомов, признаков и неточно обозначенных состояний является одной из самых распространенных причин и занимает (в 2018 г.) 3-е место, то в европейских странах смертность от болезней и состояний, входящих в данный класс, является настолько редкой причиной, что не отражается в европейской базе данных смертности. Заключение Несмотря на снижение смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации в 2012-2018 гг., уровень смертности в нашей стране все еще значительно превосходит аналогичный показатель в европейских странах. Выявленные гендерные различия в уровнях смертности мужчин старше трудоспособного возраста по сравнению с женщинами также является выраженной национальной особенностью, требующей разработки комплексных мер по преодолению гендерного дисбаланса и охране мужского здоровья вне зависимости от возраста. Проведенный анализ структуры причин смерти лиц старше трудоспособного возраста в Российской Федерации по сравнению с европейскими странами демонстрирует низкие показатели смертности в нашей стране от таких классов болезней, как психические расстройства и расстройства поведения, инфекционные и паразитарные болезни, болезни крови и кроветворных органов, болезни эндокринной системы, болезни нервной системы, болезни органов дыхания, при многократном превышении уровня смертности от болезней системы кровообращения, а также от класса симптомов, признаков и неточно обозначенных состояний. Для обеспечения достоверности данных показателей и преодоления искажения реальной картины причин смерти населения старше трудоспособного возраста требуется усиление организационно-методической работы с врачами, ответственными за выбор и кодирование первоначальной причины смерти, в том числе в части проведения образовательных программ. Кроме того, при работе с международными базами данных смертности возникают определенные сложности в проведении сравнения показателей смертности пожилого населения Российской Федерации с европейскими странами. Это связано с отсутствием актуальных показателей за последние годы из-за имеющихся отставаний в своевременном предоставлении информации по нашей стране в ВОЗ, а также по причине различий в сопоставимости данных по возрасту. Так, в European mortality database (MDB) смертность старших возрастных групп представлена в разбивке 60-74 года, 65 лет и старше, 70 лет и старше. Вместе с тем статистика смертности населения старше трудоспособного возраста в Российской Федерации представлена для женщин в возрасте 60 лет и старше, для мужчин в возрасте 65 лет и старше, что требует соответствующих пересчетов для обеспечения эквивалентных сравнений в возрастной группе 65 лет и старше. Исследование не имело спонсорской поддержки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.</body><back><ref-list><ref id="B1"><label>1.</label><mixed-citation>Максимова Т. М., Лушкина Н. П. Состояние здоровья и проблемы медицинского обеспечения пожилого населения. М.: Персэ; 2012.</mixed-citation></ref><ref id="B2"><label>2.</label><mixed-citation>Какорина Е. П., Никитина С. Ю. Особенности структуры смертности в Российской Федерации. Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2019;27(5):822-6.</mixed-citation></ref><ref id="B3"><label>3.</label><mixed-citation>Международная классификация болезней 10-го пересмотра (МКБ-10).</mixed-citation></ref><ref id="B4"><label>4.</label><mixed-citation>Медико-демографические показатели Российской Федерации в 2018 году: Статистический справочник. М.: Минздрав России; 2019.</mixed-citation></ref><ref id="B5"><label>5.</label><mixed-citation>Таблица С51 «Распределение умерших по полу, отдельным возрастным группам и причинам смерти».</mixed-citation></ref><ref id="B6"><label>6.</label><mixed-citation>Таблица С52 «Число умерших по основным классам и отдельным причинам смерти в расчете на 100 тыс. населения в год».</mixed-citation></ref><ref id="B7"><label>7.</label><mixed-citation>Социально значимые заболевания населения России в 2018 году (Статистические материалы).</mixed-citation></ref><ref id="B8"><label>8.</label><mixed-citation>European Health for All database (HFA-DB) Режим доступа: https://gateway.euro.who.int/</mixed-citation></ref><ref id="B9"><label>9.</label><mixed-citation>European mortality database (MDB). Режим доступа: https://gateway.euro.who.int/en/datasets/european- mortality-database/</mixed-citation></ref><ref id="B10"><label>10.</label><mixed-citation>Disease burden and mortality estimates. Режим доступа: https://www.who.int/healthinfo/global_burden_disease/estimates/en/</mixed-citation></ref><ref id="B11"><label>11.</label><mixed-citation>Disease burden and mortality estimates. Режим доступа: https://www.who.int/healthinfo/global_burden_disease/estimates/en/</mixed-citation></ref></ref-list></back></article>
