Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины

0869-866X2412-2106

Joint-Stock Company Chicot

1588

10.32687/0869-866X-2025-33-2-156-162

Неопределен

СМЕРТНОСТЬ ВЗРОСЛОГО НАСЕЛЕНИЯ ОТ ПОСЛЕДСТВИЙ ЦЕРЕБРОВАСКУЛЯРНЫХ БОЛЕЗНЕЙ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЕ РАЗЛИЧИЯ

Стародубов

Владимир Иванович

starodubov@mednet.ruВайсман

Давид Шуневич

dv55@mail.ruЕнина

Екатерина Николаевна

eninaen@bk.ruСтупак

Валерий Семенович

stupak@mednet.ru

ФГБУ «Центральный научно-исследовательский институт организации и информатизации здравоохранения» Минздрава России, 127254, г. Москва

29042025

332

05052025

2025

Цель исследования изучить тенденции показателей смертности взрослого населения от последствий цереброваскулярных заболеваний в качестве первоначальной причины смерти в субъектах Российской Федерации и федеральных округах до и в период пандемии COVID-19. Для анализа статистической информации использованы статистические сборники Демографический ежегодник России и Медико-демографические показатели Российской Федерации за 20192022 гг. Применены статистический и аналитический методы. Рассчитаны показатели динамического ряда. Данные обработаны в программе STATISTICA 10.0.1011. В Российской Федерации в период с 2019 по 2022 г. отмечена тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий цереброваскулярных болезней с 30,8 до 23,5 на 100 тыс. соответствующего населения (темп убыли 23,7%). Такая же тенденция наблюдалась в 7 федеральных округах (снижение в среднем на 20%), за исключением Северо-Кавказского федерального округа (темп роста 8,9%). В год начала пандемии (2020) в Российской Федерации смертность от последствий цереброваскулярных заболеваний выросла на 1,9%. В Северо-Кавказском, Приволжском, Уральском, Сибирском, Дальневосточном федеральных округах отмечен рост показателя смертности в среднем на 12,6%, а в Центральном, Северо-Западном и Южном зарегистрировано снижение в среднем на 11,9%. Тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий цереброваскулярных заболеваний отмечена в 5 регионах Центрального федерального округа из 18, в 4 регионах Северо-Кавказского федерального округа из 11, в 2 регионах Южного федерального округа из 8, в 1 регионе Сибирского федерального округа из 10 и в 2 регионах Дальневосточного федерального округа из 11. В Северо-Кавказском, Приволжском и Уральском федеральных округах четкой тенденции снижения показателя смертности взрослого населения от последствий цереброваскулярных заболеваний не отмечено ни в одном из регионов. Самый высокий показатель смертности взрослого населения от последствий цереброваскулярных заболеваний в 2022 г. отмечен в Амурской (125,3 на 100 тыс. соответствующего населения) и Ивановской (119,8 на 100 тыс. соответствующего населения) областях, самый низкий в Республике Ингушетия (1,7 на 100 тыс. соответствующего населения) и Астраханской области (4,1 на 100 тыс. соответствующего населения). Результаты исследования показали, что до начала и в период пандемии COVID-19 (20192022) отмечены территориальные различия в показателях смертности взрослого населения от последствий цереброваскулярных заболеваний, что может стать предпосылкой к дальнейшему поиску путей снижения смертности от управляемых причин. В период пандемии снижение показателя смертности взрослого населения от последствий цереброваскулярных заболеваний отмечено только в 3 федеральных округах из 8: Центральном, Северо-Кавказском и Южном. Различия в ряде регионов Российской Федерации могут быть связаны с разными подходами в выборе первоначальной причины смерти, это необходимо учитывать при проведении аудитов качества оказания медицинской помощи в субъектах Российской Федерации и при формировании образовательных программ для медицинских работников, занимающихся оформлением свидетельств о смертности.

mortality statisticscauses of deathICD-10cerebrovascular disease outcomecodinginitial cause of deathregional differences

статистика смертностипричины смертиМКБ-10последствия цереброваскулярных болезнейкодированиевыбор первоначальной причины смертирегиональные различия

Введение Последствия цереброваскулярных болезней (ЦВЗ), кодируемые рубрикой I69 Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10), представляют собой одну из форм ЦВЗ. Структура смертности от ЦВЗ в Российской Федерации в 2022 г. включала показатель смертности от всех ЦВЗ (I60I69), который составил 169,7 на 100 тыс. населения, в том числе от острых форм ЦВЗ 79,2 (46,7%), от хронических форм (I67) 71,9 (42,4%) и от последствий ЦВЗ 18,6 (11%). Пандемия новой коронавирусной инфекции COVID-19 внесла коррективы в тенденции показателей смертности от последствий ЦВЗ, которые требуют изучения [1]. К сожалению, последствия ЦВЗ в структуре смертности не так часто анализируются в литературе. Так, в исследовании [2] приведены стандартизованные показатели смертности от последствий ЦВЗ в г. Санкт-Петербурге и г. Москве в динамике за 20152018 гг. В литературе, как правило, внимание уделяется показателям смертности от ЦВЗ без анализа их структуры [3]. Некоторые авторы рассматривают показатели смертности только от острых и хронических форм ЦВЗ [4, 5], другие приводят долю показателей смертности от последствий ЦВЗ в структуре ЦВЗ [68]. Обращается также внимание на региональные различия показателей смертности [9]. Так, при анализе структуры смертности от ЦВЗ по первоначальной причине смерти в исследовании [10] приведена статистика смертей от церебрального атеросклероза в структуре смертности от ЦВЗ на уровне 79,5% (показатель по Российской Федерации в 2022 г. составил 10,8%). Острые же формы ЦВЗ приведены как непосредственная и промежуточная причины смерти. Такой выбор первоначальной причины смерти отличается от правил, предусмотренных МКБ-10: в качестве первоначальной причины смерти должны быть выбраны острые формы ЦВЗ [1]. В то же время случаи смерти от последствий ЦВЗ не приведены. Изучение динамики показателей смертности и структуры причин смерти от последствий ЦВЗ, являющихся управляемыми ее причинами, имеет большое значение для разработки мероприятий по снижению смертности населения. Цель исследования изучить тенденции показателей смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ в качестве первоначальной причины смерти в субъектах Российской Федерации и федеральных округах (ФО) до и в период пандемии COVID-19. Материалы и методы Для анализа статистической информации использованы статистические сборники Демографический ежегодник России и Медико-демографические показатели Российской Федерации за 20192022 гг. Применены статистический и аналитический методы исследования. Рассчитаны показатели динамического ряда. Данные обработаны в программе STATISTICA 10.0.1011. Результаты исследования В период с 2019 по 2022 г. отмечена тенденция снижения показателя смертности взрослого населения Российской Федерации от последствий ЦВЗ (код I69) с 30,8 до 23,5 на 100 тыс. соответствующего населения (темп убыли 23,7%). В 7 ФО, за исключением Северо-Кавказского (СКФО), также регистрировалось снижение смертности от последствий ЦВЗ в среднем на 12,6%. В СКФО отмечен рост показателя смертности на 8,9% (табл. 1). В год начала пандемии (2020) смертность от последствий ЦВЗ в Российской Федерации выросла на 1,9%. Такая же тенденция наблюдалась в 5 ФО СКФО, Приволжском (ПФО), Уральском (УФО), Сибирском (СФО), Дальневосточном (ДВФО); в среднем рост составил 12,6%. В других округах Центральном (ЦФО), Северо-Западном (СЗФО) и Южном (ЮФО) зарегистрировано ее снижение в среднем на 11,9%. В 2021 г. по сравнению с 2020 г. в целом по стране отмечено снижение смертности от данной патологии на 9,9%, а в ЮФО и СКФО небольшой рост показателя (темп прироста 1,4 и 1,9% соответственно). В 2022 г. по сравнению с 2021 г. снижение смертности от последствий ЦВЗ зарегистрировано в Российской Федерации на 17%, во всех ФО в среднем на 12,3%. В 2022 г. в Российской Федерации показатель смертности от последствий ЦВЗ составил 23,5 на 100 тыс. соответствующего населения. В 5 ФО показатель оказался ниже среднероссийского, при этом самый низкий отмечен в СКФО (14,3 на 100 тыс. соответствующего населения). В ПФО, УФО и ДФО он превысил среднероссийский уровень, максимум зарегистрирован в ДФО (44,2 на 100 тыс. соответствующего населения). В ЦФО в 20192022 гг. отмечено снижение показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ с 34,4 до 18,4 на 100 тыс. соответствующего населения (табл. 2). Темп убыли составил 46,5%. В 2022 г. уровень показателя смертности в ЦФО был ниже уровня показателя по Российской Федерации на 21,7%. Тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ отмечена только в 5 регионах ЦФО из 18 (Ивановская, Калужская, Липецкая, Тамбовская области и г. Москва). Во всех остальных регионах четких тенденций показателя смертности выявлено не было. Самый низкий показатель в 2022 г. отмечен в Московской области (8,6 на 100 тыс. соответствующего населения) и в г. Москве (8,2 на 100 тыс. соответствующего населения), а самый высокий в Ивановской области (119,8 на 100 тыс. соответствующего населения). В СЗФО в 20192022 гг. отмечено снижение показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ с 29,3 до 19,6 на 100 тыс. соответствующего населения (табл. 3). Темп убыли составил 33,1%. В 2022 г. уровень показателя смертности в СЗФО был ниже такового по Российской Федерации на 16,6%. Тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ наблюдалась только в 4 регионах СЗФО из 11 (Мурманская, Новгородская, Псковская области и г. Санкт-Петербург). Во всех остальных регионах четких тенденций выявлено не было. Самые низкие показатели смертности в 2022 г. отмечены в Псковской и Новгородской областях (6,0 и 9,3 на 100 тыс. соответствующего населения соответственно), а самый высокий в Республике Коми (56,3 на 100 тыс. соответствующего населения). В ЮФО в 20192022 гг. показатель смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ снизился с 26,7 до 20,8 на 100 тыс. соответствующего населения (табл. 4). Темп убыли составил 22,1%. В 2022 г. в ЮФО он был ниже показателя по Российской Федерации на 11,5%. Тенденцию снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ наблюдали только в 2 регионах ЮФО из 8 (Волгоградская область и г. Севастополь), во всех остальных четких тенденций показателя смертности выявлено не было. Самый низкий показатель в 2022 г. отмечен в Астраханской области (4,1 на 100 тыс. соответствующего населения), а самый высокий в Республике Калмыкия (68,2 на 100 тыс. соответствующего населения). В СКФО в 20192022 гг. отмечен рост показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ с 13,5 до 14,7 на 100 тыс. соответствующего населения (табл. 5). Темп прироста составил 8,9%. В 2022 г. показатель смертности в СКФО был ниже такового по Российской Федерации на 37,4%. Четкой тенденции снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ не установлено ни в одном из 8 регионов СКФО. Самый низкий показатель был отмечен в 2022 г. в Республике Ингушетия (1,7), а самый высокий в Ставропольском крае (20,1). Неустойчивая динамика отмечена в ПФО в 20192022 гг.: увеличился показатель смертности от последствий ЦВЗ взрослого населения в 2020 г. с 30,3 до 36,4 на 100 тыс. соответствующего населения и снизился до 29,0 в 2022 г. (табл. 6). Темп убыли составил 4,3%. В 2022 г. уровень показателя смертности в ПФО был выше такового по Российской Федерации на 23,4%. Четкой тенденции снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ не отмечено ни в одном из 15 регионов ПФО. Самый низкий показатель смертности в 2022 г. установлен в Республике Башкортостан (6,4) на 100 тыс. соответствующего населения), а самый высокий в Пензенской области (71,6). В УФО в 20192022 гг. динамика была неустойчивой: рост показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ в 2020 г. с 39,3 до 43,4 и снижение до 34,1 (на 100 тыс. соответствующего населения) в 2022 г. (табл. 7). Темп убыли составил 13,2%. В 2022 г. уровень показателя смертности в УФО был выше такового по Российской Федерации на 45,1%. Четкой тенденции снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ не отмечено ни в одном из 6 регионов УФО. Самый низкий в 2022 г. отмечен в Ханты-Мансийском автономном округе (8,3), а самый высокий в Курганской области (55,8 на 100 тыс. соответствующего населения). В СФО в 20192022 гг. динамика показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ также была неустойчивой: в 2020 г. увеличение с 22,5 до 24,7 и снижение до 20,3 на 100 тыс. соответствующего населения в 2022 г. (табл. 8). Темп убыли составил 9,8%. В 2022 г. показатель был ниже такового по Российской Федерации на 13,6%. Четкая тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ из 10 регионов СФО отмечена только в Кемеровской области: минимальный в 2022 г. отмечен в Новосибирской области (8,6 на 100 тыс. соответствующего населения), а максимальный в Республике Тыва (53,0 на 100 тыс. соответствующего населения). В ДФО в 20192022 гг. наблюдалась неустойчивая динамика: рост показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ в 2020 г. с 49,6 до 51,8 и снижение до 44,2 на 100 тыс. соответствующего населения в 2022 г. (табл. 9). Темп убыли составил 10,9%. В 2022 г. показатель в ДФО был выше уровня такового по Российской Федерации на 88,1%. Четкая тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ отмечена только в 2 из 11 регионов ДФО: в Республике Бурятии и Забайкальском крае. Самым низким в 2022 г. он был в Еврейской автономной области (0,0 на 100 тыс. соответствующего населения), а самым высоким в Амурской области (125,3 на 100 тыс. соответствующего населения). Обсуждение Рубрику Последствия ЦВЗ (I69) по МКБ-10 следует использовать для обозначения состояний, указанных в рубриках I60I67.1 и I67.4I67.9 как причину последствий, которые сами по себе классифицированы в других рубриках. Последствия включают состояния, уточненные в качестве таковых или в виде отдаленных последствий или существующих в течение одного года или более после начала причинного состояния. Не следует использовать эту рубрику для хронических цереброваскулярных болезней, которые кодируют рубриками I60I67 [11]. Рубрика Последствия ЦВЗ (I69) включает в себя различные состояния, которые сами по себе классифицированы в других рубриках. Это свидетельствует о том, что ее следует рассматривать как остаточную, т. е. состояния, включенные в данную рубрику, не являются самостоятельной патологией, а включают различные состояния, не связанные в единую нозологическую единицу. В статистике заболеваемости эта рубрика не используется, так как должны быть четко разделены все состояния, входящие в понятие последствия (например, энцефалопатия, гемиплегия, дисфагия). Каждое состояние с соответствующим ему кодом МКБ-10 должно быть записано в заключительном клиническом диагнозе и зарегистрировано в статистике заболеваемости отдельно. Такое разделение состояний имеет значение только для статистики заболеваемости, а в статистике смертности это значения не имеет, в связи с чем рубрика I69 используется только при летальных исходах [12, 13]. В Российской Федерации в период с 2019 по 2022 г. наблюдалась тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ (код I69). В 7 федеральных округах, за исключением СКФО, также регистрировалось снижение смертности от последствий ЦВЗ в среднем на 12,6%. В СКФО отмечен рост показателя смертности на 8,9%. В период пандемии ожидаемое снижение смертности от хронических форм заболеваний ежегодно регистрировалось только в ЦФО и СЗФО. В год начала пандемии (2020) смертность от последствий ЦВЗ в Российской Федерации выросла на 1,9%. Такая же тенденция наблюдалась в СКФО, ПФО, УФО, СФО, ДФО в среднем на 12,6%. В ЦФО, СЗФО и ЮФО зарегистрировано снижение смертности в среднем на 11,9%. В 2021 г. по сравнению с 2020 г. в целом по стране отмечено снижение смертности от данной патологии на 9,9%, в то время как в ЮФО и СКФО происходил небольшой его рост (темп прироста составил 1,4 и 1,9% соответственно). В 2022 г. по сравнению с 2021 г. зарегистрировано снижение смертности от последствий ЦВЗ в Российской Федерации на 17,0% и во всех ФО в среднем на 12,3 %. Результаты исследования показали, что до начала и в период пандемии COVID-19 (20192022) отмечены территориальные различия в показателях смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ, что может стать предпосылкой к дальнейшему поиску путей снижения смертности от управляемых причин. Различия в ряде регионов Российской Федерации могут быть связаны с неодинаковыми подходами в выборе первоначальной причины смерти. Это необходимо учитывать при проведении анализа качества оказания медицинской помощи взрослому населению в субъектах Российской Федерации и при формировании образовательных программ для медицинских работников, занимающихся оформлением свидетельств о смерти. Заключение В Российской Федерации в период с 2019 по 2022 г. отмечена тенденция снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ с 30,8 до 23,5 на 100 тыс. соответствующего населения (темп убыли составил 23,7%). В год начала пандемии (2020) в целом по стране зарегистрирован рост смертности от последствий ЦВЗ на 1,9%. Такая же динамика отмечена в СКФО, ПФО, УФО, СФО, ДФО: рост составил в среднем 12,6%; в ЦФО, СЗФО и ЮФО убыль составила в среднем 11,9%. В 2022 г. в ПФО, УФО и ДФО показатель превысил среднероссийский уровень: наибольший зарегистрирован в ДФО (в 1,9 раза выше такового по Российской Федерации). Из 11 регионов ЦФО только Ивановская, Калужская, Липецкая, Тамбовская области имели тенденцию к снижению показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ. В СЗФО эта тенденция установлена в 4 из 11 регионов (в Мурманской, Новгородской, Псковской областях и г. Санкт-Петербурге), в ЮФО в 2 из 8 регионов (Волгоградская область и г. Севастополь). Во всех остальных регионах четких тенденций показателя смертности выявлено не было. Ни в одном из регионов СКФО, ПФО и УФО четкой тенденции снижения показателя смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ не отмечено. В СФО она отмечена только в 1 из 10 регионов (Кемеровской области), а в ДФО только в 2 из 11 регионов (Республике Бурятия и Забайкальском крае). Самый высокий показатель смертности взрослого населения от последствий ЦВЗ в 2022 г. отмечен в Амурской (125,3 на 100 тыс. соответствующего населения) и Ивановской (119,8) областях, самый низкий в Республике Ингушетия (1,7) и в Астраханской области (4,1). В Еврейской автономной области случаев смерти от последствий ЦВЗ зарегистрировано не было.

Ступак В. С., Зубко А. В., Маношкина Е. М., Кобякова О. С., Деев И. А., Енина Е. Н. Здравоохранение России в период пандемии COVID-19: вызовы, системные проблемы и решение первоочередных задач. Профилактическая медицина. 2022;25(11):21—7. doi: 10.17116/profmed20222511121

Бойцов С. А., Голухова Е. З., Драпкина О. М., Зайратьянц О. В., Самородская И. В., Семёнов В. Ю. Смертность населения от различных болезней системы кровообращения в Москве и Санкт-Петербурге в 2015 и 2018 годах. Российский кардиологический журнал. 2021;26(1):4048. doi: 10.15829/1560-4071-2021-4048

Бызов Н. С., Ножкина Н. В. Современные вопросы медико-демографических последствий и здоровьесбережения при цереброваскулярных заболеваниях. В сб.: Демографическая и семейная политика в контексте целей устойчивого развития. Сборник статей IX Уральского демографического форума: в 2-х т. Т. 1. Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН; 2018. С. 494—505.

Курмангулов А. А., Бачурина М. Ю., Гаджиев Н. А. Динамика статистических показателей цереброваскулярных заболеваний на фоне пандемии коронавирусной инфекции. Вестник СурГУ. Медицина. 2023;16(2):52—8. doi: 10.35266/2304-9448-2023-2-52-58

Данилов А. В., Кобзарь И. И., Нагибин О. А., Панфилова М. С., Филиппов Е. В., Хоминец В. В., Якушин С. С. Заболеваемость и смертность от сердечно-сосудистых заболеваний в Рязанской области: 2014—2018 гг. Наука молодых (Eruditio juvenium). 2019;7(3):439—49.

Потапова Д. Г., Зарипова Т. В., Ножкина Н. В., Бызов Н. С. Смертность от цереброваскулярных болезней в разрезе муниципальных образований Свердловской области. В сб.: Актуальные вопросы современной медицинской науки и здравоохранения. Материалы IV Международной (74 Всероссийской) научно-практической конференции молодых ученых и студентов, Всероссийского форума медицинских и фармацевтических вузов, посвященные 100-летию со дня рождения ректора Свердловского государственного медицинского института, профессора Василия Николаевича Климова. Екатеринбург; 2019. Т. 3. С. 550—5.

Карпова О. Б., Загоруйченко А. А. Проблемы заболеваемости и смертности от болезней системы кровообращения взрослого населения в Сибирском федеральном округе. Бюллетень Национального научно-исследовательского института общественного здоровья имени Н. А. Семашко. 2023;(2):89-94. doi: 10.25742/NRIPH.2023.02.013

Самородская И. В., Андреев Е. М., Заратьянц О. В. Показатели смертности населения старше 50 лет от цереброваскулярных болезней за 15-летний период в России и США. Неврология, нейропсихиатрия, психосоматика. 2017;9(2):15—24. doi: 10.15829/1560-4071-2017-6-100-107

Юмагузин В. В., Винник М. В. Оценка качества статистики смертности по причинам в регионах России. Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2023;(2):282—303. doi: 10.14515/monitoring.2023.2.2368

10.

Мосеева М. Б., Азизова Т. В., Григорьева Е. С., Багаева Я. П., Казачков E. Л., Сычугов Г. В. Структура смертности от цереброваскулярных заболеваний в когорте работников, подвергшихся профессиональному облучению, в динамике за весь период наблюдения. Педиатрия. 2017;5(149):114—20.

11.

International statistical classification of diseases and related health problems. 10th revision. 5th ed. Geneva: WHO; 2016. Vol. 2. Instruction manual.

12.

Зайратьянц О. В., Васильева Е. Ю., Михалева Л. М., Оленев А. С., Черкасов С. Н., Черняев А. Л., Шамалов Н. А., Шпектор А. В. Правила формулировки патологоанатомического диагноза, выбора и кодирования по МКБ-10 причин смерти. Класс IX. Болезни системы кровообращения. Методические рекомендации. М.: ДЗ г. Москвы; 2019. 66 с.

13.

Вайсман Д. Ш. Руководство по использованию Международной классификации болезней в практике врача: в 2-х т. 2-е изд. М.: ФГБУ ЦНИИОИЗ; 2022. Т. 1—2. 514 с. ISBN 978-5-94116-068-6